"Фантастика 2024-179". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Маревский Игорь - Страница 1200

«Ты не могла никого видеть из местных жителей, — тут же одернула себя. — Они давно умерли».

Мужчина резко развернулся и направился к дому. В походке мелькнуло снова нечто знакомое. Да что ж такое! Где я могла это видеть?

— Что, Аска, узнаешь? — тихо рассмеялся рядом Сацуджинша и провел когтем вдоль моего позвоночника.

Я вздрогнула, желая отодвинуться, но тут… Шиматта! Как же я сразу этого не поняла!

Император Шунске Кса-Каран да продлят боги его дни… Хотя, учитывая, что боги его знать не хотят, пусть будет как будет.

Разумеется, это был не он, но в том, что предок нынешнего государя — сомневаться не приходилось. Я пристально наблюдала за мужчиной, вошедшим в дом. Оказалось, могу видеть сквозь стены. Изумрудный свет Сацуджинши делал что-то со зрением.

Мужчина открыл тайник в стене и достал круглую нефритовую печать размером с ладонь. Посмотрел на неё, поджал губы и сжал в руке.

— Среди наших тоже были предатели, — прошептал за моей спиной Сацуджинша, и почему-то от каждого слова резало словно ножом. — Считали, что нужно что-то менять, стоит быть ближе к жителям долин… А на самом деле просто рвались к власти.

Печать в руках мужчины по имени Каран вспыхнула опаловым светом, отражаясь в его тёмных глазах.

— Ни один смертный не мог сопротивляться свету Кодай-но, — звучал голос Сацуджинши. — Мы всегда были сильнее. А Каран мечтал о новой жизни, ему было тесно в земных рамках.

— Он хотел быть крылатым, — произнесла я, больше утверждая, чем спрашивая.

Иначе откуда все эти титулы? Да и вокруг все время находились те, кто мог в любой момент воспарить на небеса на свои чудесные острова, соединённые золотыми цепями.

Картинка перед глазами померкла, я снова стояла в храме мертвого города.

— Что произошло с вами? — хрипло спросила я.

Сацуджинша молча проковылял к трону и опустился на него. Все эти фокусы с мгновенным перемещением явно высасывали из него силы. Я терпеливо ждала. Нужно было разобраться во всем происходящем.

— Физически люди не могли победить, — устало произнес он. — Как бы ни пытались. Поэтому пошли на хитрость и подлость. Многие из нас не ждали подобного.

Я напряженно слушала, стараясь не упустить ни одной детали. Вряд ли мозг запомнит всё, но хоть что-то!

Сацуджинша бросил на меня взгляд, в котором были горечь и усмешка.

— Проклятия. Каран и его приспешники сумели обратиться к тем силам, что дремлют, сохраняя гармонию. Силам разрушения. Только сама понимаешь, что от этого пошёл перекос мира.

Понимаю. Мы все прекрасно знаем, что нормально жить возможно только тогда, когда созидание и разрешение уравновешивают друг друга. Если усилить что-то одно — быть беде.

— Всех Кодай-но прокляла сама земля Тайоганори, — произнес Сацуджинша. — Даже тех, кто помогал Карану. Он был всего лишь человеком и не сумел верно рассчитать силу тех, кого позвал.

— Что в итоге с вами стало? Не все же погибли, — сказала я.

Он качнул головой.

— Кто был слабее, умер сразу. Кто не сумел принять себя, изуродованного проклятиями, убивали себя сами. Остались самые беспринципные или… те, кому было, чего ждать.

Я без слов понимала, что речь идёт о мести. Ведь это та сила, которая может двигать вперед очень долго. Другое дело, что не всегда после мести приходит удовлетворение.

— Остались такие, как вы, — все же, подумав, произнесла. — И те, кто сумел приспособиться.

Сацуджинша кивнул.

— В определенном смысле. Некоторые всегда умели играть одновременно на двух сямисэнах.

Я невольно улыбнулась. Надо запомнить, хорошее сравнение.

— Дайте угадаю, среди них были те четверо, которые как раз сейчас считаются богами Тайоганори.

Сацуджинша внезапно фыркнул вполне по-человечески.

— Они самые.

Оставалось только поаплодировать находчивости. Только вот…

— А как же так вышло, что Каран и люди, ненавидевшие Кодай-но, сделали их своими богами?

Нестыковочка, однако. Правда, судя по физиономии Сацуджинши, он ждал этого вопроса, потому что даже не задумался.

— Даже проклятые мы сильнее людей. Когда Каран понял, с кем связался, и есть риск погибнуть людям, то сдал назад и заключил сделку с четырьмя.

— Плетунья, Ошаршу, Трёхрукий, Дайске-с-костылём, — пробормотала я.

— Да, теперь их так называют. Последний, кстати, был среди тех, кто помогал будить разрушительные силы. Но вовремя сообразил, чем все это может закончиться и вмиг перестроился.

— Кто бы сомневался…

— Он первый сумел сковать проклятие в своём теле так, что оно не разрушило его, хоть и значительно изменило.

— То есть вышло все равно, что Кодай-но выше людей, — протянула я.

— Да, но они практически не пересекаются с людьми. Потомки Карана полностью владеют человеческими пределами. Правда вот… Никто не подумал, что после такого выплеска разрушительных сил ничего не будет как прежде. Появились Те, Без имени.

Я во все глаза уставилась на Сацуджиншу. Что? То есть эти вообще идут отдельно?

— А с ними и те, кого вы именуете малыми народами. У них способности отличаются от большинства клановых людей. Когда уходит что-то одно, обязательно приходит другое.

— То есть в каком-то смысле они — наследники Кодай-но?

На этот раз в глазах Сацуджинши появился интерес. Кажется, он не рассматривал произошедшее именно под таким углом.

— Не совсем. Но определенно их мощь не такая, как клановая рёку. И ты правильно сделала, что стала ученицей Шамана Ночи. Будущее за теми, кто ничего не боится.

«Будь тут рядом Коджи, он бы сказала что-то про пагоду без крыши», — подумала я, но вслух не сказала. Ещё помолчав какое-то время, я задала главный вопрос:

— А что вы хотите от меня?

Глава 2

Сила текла равномерно, напоминая слабый ветерок, касающийся щеки.

Эйтаро держал Санта и Ордо, надежно укутав их сердца живительной рёку. Он бы мог стоять тут целую вечность, отталкивая ловушки Кодай-но, только вот в этом не было смысла.

Едва он увидел друзей в таком состоянии, защиту направил сразу. Только вот, как следует изучив структуру деревьев-пожирателей, понял, что не сумеет помочь парням. Уничтожить верхушки, стволы, корни — да, легко. Но при этом тьма его рёку накроет и Санта с Ордо.

Поэтому, когда в голове прозвучал насмешливый голос, посоветовавший позвать наследницу Шенгаев, Эйтаро понял, что медлить нельзя. Поэтому, закрепив нити рёку, рванул за Аской.

Слава Тем, Без имени, она не успела даже толком возразить. И это было хорошо.

Эйтаро чувствовал, что близость мёртвого города что-то с ним делает. Рёку внутри начинала бурлить, требовать выхода. Она пьянила, делая хмельным и шальным. Стирались грани между тем, что можно делать и что нельзя. Она нашептывала, что он может быть свободен. Совершенно свободен. От всего на свете. Быть свободнее ветра, нестись куда захочет. А если кто-то попытается возразить…

Приходилось стискивать зубы, чтобы не поддаться на эту вопиющую провокацию. Сейчас было точно не до этого, не хватало ещё проблем с контролем!

С появлением Аски стало полегче, будто девчонка оттянула на себя часть странного внимания силы, которое он никак не мог объяснить.

Ещё раз взглянув на друзей, Эйтаро шумно выдохнул:

— Я вернусь. Я должен понять, как вас вытащить отсюда.

Ответом послужил только измученный взгляд Санта, Ордо и так не смог подать знак — его глаза уже закрыла поросшая мхом кора. Тем не менее, рот и нос были открыты, поэтому дыхание не стеснялось.

Благодаря рёку Эйтаро рост коры приостановился, но ждать не пойми чего не стоило.

— Я вернусь, — повторил он и в один миг перешагнул За Врата.

Кто бы мог подумать, что то, что раньше казалось недосягаемой мечтой, сейчас — его обыденность. Он ходит За Врата как в хижину соседа, совершенно не прилагая усилий. Местные обитатели косятся на него с интересом, но не рискуют связываться, понимая уровень рёку.