Адский вояж (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич - Страница 24

«Нет, ладно. Не хочется быть неблагодарной скотиной. Будем ходить на допросы…»

— Дядь Саш, а чего там спрашивают-то? Ты ж уже ходил?

— Угу, три раза, — кивнул сосед. — Как пишут во всяких официальных документах — встречи проходят в формате беседы. Лёгкой и ни к чему не обязывающей. Короче, расспрашивают тебя о жизни, о детстве, о политике… Им вообще всё интересно. Я так понимаю, пытаются что-то полезное от нас получить. Ты про магниты-то с гелиотропами как, будешь рассказывать?

— Не знаю, как пойдёт. Но вообще хочу сначала сам проверить и убедиться, — признался Лопатин. — Так что постараюсь особенно не распространяться.

— Ну и я тогда не стану, — согласился дядя Саша. — Тем более как-то ляпнул что-то, так там на меня посмотрели странно. Так что ты это, Влад, если тебя и там за психа будут принимать — это моя вина, извини.

Влад обижаться не стал — наоборот, порадовался. Пусть уж лучше пока ничего никто не знает и не верит — потом, если результат будет, можно будет всех недоверчивых носом потыкать. А пока лучше на этом проекте, действительно безумном, внимания не заострять.

«Во-первых, может ничего не получиться, — думал Лопатин. — Если окажется, что это всё-таки дурная фантазия и магнитное поле здесь ни при чём. Во-вторых, сейчас это даже не проект. Идея. А идеи сами по себе ничего не стоят».

Еженедельное собеседование в социальной службе оказалось именно таким, как описывал сосед. Влада расспрашивали о жизни, о работе… Больше всего заинтересовали имперских жителей методологии разработки земного программного обеспечения. Даже вызвали какого-то специалиста — алгоритмика из местных. Пришлось вспоминать всякие страшные слова вроде «Скрам», «Канбан» и, самое кошмарное — «Континиус интегрейшн». Довелось как-то Владу работать по такой системе, до сих пор вспоминал с содроганием. Слушали его с большим интересом, но недоверчиво качали головой.

— Но послушайте, молодой человек! — собеседником был гном, немолодой, но очень увлечённый. — Если работа будет вестись по таким методикам, как вы описываете, неизбежно появятся ошибки! Причём, возможно, страдать будет сама логика работы продукта, из-за неизбежно возникающих конфликтов требований! И никакие, самые внимательные тестировщики не станут гарантией, что эти ошибки будут найдены. Качество продукта будет неизбежно страдать!

— Оно и страдает, — пожал плечами Влад. — Неизбежно. Но зато, согласитесь, так гораздо быстрее. Пока кто-то добросовестный будет ещё только формировать требования, другой уже выбросит продукт на рынок, получит отзывы, исправит и сформирует…

В общем, Влад нашёл себе профессионала, который готов был слушать его мнение, и сам невольно увлёкся. Правда, резюме, которое высказал гном, оказалось нелестным:

— Понимаю, почему вы, молодой человек, не захотели переквалифицироваться и идти работать в ту же сферу, то и на Земле. Такая система действительно может привить её участнику стойкое отвращение к работе. У нас такое внедрить не получится. Если какие-то технические вещи, о которых мы с вами говорили, стоит исследовать, то методологии… я понимаю, на Земле — конкуренция. Важно сделать быстро. У нас тут большая часть сложных продуктов — это прерогатива империи. А империя не может себе позволить торопиться и делать некачественные вещи. Хотя… Кое-какие приёмы всё-таки можно будет внедрить. Мы с вами, молодой человек, ещё поговорим об этом в другой раз, но пока мне нужно всё обдумать.

На этом первый поход в социальную службу завершился. Владу даже понравилось — приятно всё-таки продемонстрировать свои профессиональные навыки, даже если не собираешься возвращаться. Гном был, пожалуй, поражён, пусть и не всегда приятно.

— Ну, как тебе? — спросил дядя Саша, когда они возвращались домой. Земляне, не сговариваясь, решили пройтись пешком — социальная служба от общаги была совсем недалеко, и спускаться в метро ради двух станций было лень.

— Ничо, вполне нормально, только кормят однообразно, — пожал плечами Влад. Социальная служба ещё и на бесплатный обед расщедрилась, так что земляне домой возвращались сытыми. — Меня на шахте весь месяц чем-то в этом духе кормили.

— Орочья кухня, — кивнул сосед. — Они в ней какие-то нюансы находят и им кажется, что это разные блюда. А на самом деле — закинуть в котёл всё, что найдёшь, и хорошенько потушить — вот и все их изыски. Остальные тут над ними смеются даже, а они, наоборот, гордятся.

— Прикольно, — покивал Лопатин. — Ты, я смотрю, уже в курсе местных дел.

— А мы как раз об этом сегодня говорили, — объяснил сосед. — Допрашивать меня, походу, прекратили — видно, всё, что им было про Землю интересно, я уже рассказал. Теперь вот меня просвещают. Чтобы, значит, быстрее в местную жизнь встраивался.

— Вон оно как! На самом деле приятно, когда о тебе так заботятся, — задумчиво сказал Лопатин. — Ну то есть нас тут не бросили, чего-то даже делают специально, чтобы мы ассимилировались. Я так понимаю, у них люди совсем не часто появляются, а целая социальная служба для нас есть.

— Да это не для нас, — хмыкнул сосед. — Тут же не одна империя есть.

— Ну да, ещё эльфы. У них, кстати, тоже империя или что вообще?

— У них демократия, как у нас на Земле, — хмыкнул дядя Саша. — Выборы и всё такое. Но, сам понимаешь, выбирают всегда тех, кого надо, чтобы выбрали, а на самом деле всем рулит кучка самых богатых и влиятельных семей или родов. К слову здесь, в империи, тоже всё так же — есть император, есть всякие древние роды, которые, чаще всего, демоны, и они определяют курс партии и правительства. Ну, ты понял. А в целом, всё логично — у кого деньги и связи, тот и решает. Так, походу, вообще везде. Но я о другом говорить начал — тут и ещё всякие государства в наличии.

Влад удивлённо уставился на соседа.

— Ага, я тоже удивился, когда узнал. Я, правда, в местной географии ещё не разобрался, так что какие именно соседи у империи есть — не скажу. Знаю только, что империя и эльфы — самые сильные и самые большие. И да, между собой воюют, а с остальными у империи вроде как нейтралитет или дружба. Ну и приезжают, бывает, граждане соседей на жительство — на постоянное, или временное. Вот, получается, социальная служба и нужна для того, чтобы их адаптировать. Чтоб, значит, нормально встроить новых граждан или гостей в жизнь страны.

— Дельно, — задумчиво покивал Влад.

— Угу. И выгодно. Только, я так понимаю, если ты и после этого не встроишься, то сам себе злобный буратино, и за уши тебя как в Союзе никто тянуть не станет.

А на следующий день был выходной, так что дядя Саша с большим удовольствием отправился вместе с Владом в порт. У Лопатина аж руки подрагивали — то ли от нетерпения, то ли оттого, что страшно — вдруг ничего не получится. Так что парень был искренне рад, что начинать работу будет не один.

— А мы хоть знаем, какие примерно должны быть параметры у магнита? — спросил сосед, когда они встретились в коридоре общежития.

— Конечно, нет! Мы даже не знаем толком, как этот магнит делать, — пожал плечами Влад. — Экспериментировать нужно. Но я ж там забрал с нашего острова кое-какие книги, в том числе и по электротехнике, так что справимся как-нибудь. Пойдём уже быстрее.

— Сначала — завтрак! — строго сказал дядя Саша. — И нечего такую рожу строить. Серьёзное дело собираемся делать, нечего так с наскока! И приятеля твоего надо прихватить, а то он заскучал вчера. Ты его, вообще, где подобрал-то?

Влад мысленно выругал себя нехорошими словами. Про Борна он ухитрился забыть напрочь — накануне даже не зашёл повидаться.

— Точно, Борна тоже возьмём, — сказал Лопатин соседу. — Помощник нужен.

— Во-во, а ты про него забыл. Вообще обо всём забыл, так ведь? Не суетись, Владик. Тут, понимаешь, надо обстоятельно ко всему. Вспомни, как ты на острове корабль строил. Медленно и печально, как на похоронах. Зато и результат получился нормальный.

— Ага, только мы его взорвали сразу, как построили, причём чуть ли не вместе со мной, — вздохнул Влад. — Надеюсь, с магнитом так не получится!