Сердце правящего дракона (СИ) - Гордова Валентина - Страница 18

Завеса… хотела же помягче. Я правда пыталась, но он же не слушал, и…

И вот как мне ему теперь в глаза смотреть?

Вслед за этой пришла и другая, очень печальная мысль: а почему я вообще должна чувствовать себя виноватой за свои чувства? Любимых же не выбирают. Сердце ни о чём не предупреждает и не спрашивает, оно просто тянется… Моё потянулось к Нэрену, а сердце Эрика – ко мне.

– Кто он? – ровный, лишённый эмоций голос боевика дрогнул.

Вслед за ним задрожала и я.

Разлепив ресницы, подняла на окаменевшее лицо парня грустный взгляд. Его вид, каждое из сказанных им слов – всё это кромсало мои внутренности тупыми ржавыми ножами, причиняя невыносимую боль, но… если мы не поговорим сейчас, то так и будем страдать дальше, раз за разом возвращаясь к этому моменту. Нужно окончательно разъяснить всё сейчас.

– Он хороший, – мой голос звучал тише ветра, но Эрик слышал и слушал каждое слово, – мне хорошо с ним. Эрик, я никогда не скрывала от тебя, что не буду императрицей, а фарс с помолвкой поддерживаю только из-за императора. Ты мне как брат…

Но кронпринц не пожелал слушать всё это, его интересовало совершенно другое.

– Я знаю его? – потребовал он ответа, пронзая насквозь, приковывая к месту и испепеляя взглядом.

– Лично – нет, – прошептала слабо, с отчаянием понимая, что разговор бессмыслен.

Он не воспринимал мои слова и цеплялся за своё.

– Имя, – новый властный приказ.

Который я не стала исполнять. Не знаю, был то страх за Нэрена или простое нежелание потакать вот такому Эрику, но я промолчала, взглядом и всем своим видом показывая, что отвечать не стану.

– Тьха! – зло усмехнулся парень, отворачиваясь от меня.

Его лежащие на столешнице и хорошо мне видные ладони сжались в захрустевшие побелевшие кулаки. На щеках зашлись в танце ярости желваки. Взгляд ожесточился и заледенел, но при этом я продолжала различать всполохи бешенства, ненависти, безвыходности и непробиваемо твёрдого намерения одержать победу в этой схватке с врагом, которого он даже не знал.

– Отец будет в ярости, если узнает, – его жёсткий голос был способен заморозить океан.

– Поэтому лучше ему не знать, – прошептала слабо.

По ожесточённому лицу парня прошлась судорога.

– Ты скажешь мне, кто он? – продолжая смотреть во тьму, почти обвинительно спросил парень.

Называть имени я не собиралась, но кое-что сказать нужно было.

– Он дракон, – голос испуганно дрогнул.

Рывок! Эрик резко повернулся ко мне, рывком подался ближе, навалившись на стол, и прошипел:

– Дракон?!

Не ответила, сжимаясь под его пылающим яростью взглядом.

– Дракон?! – взревел принц, вскакивая на ноги.

Стол зашатался, его стул и вовсе свалился на землю, я почувствовала себя крайне неуютно и уязвимо.

– Почему, Ари? – Эрик вдруг оказался прямо передо мной, ударом руки, не глядя, отшвырнул мешающий ему стол, и пока в стороне гремела разбивающаяся посуда и хрустело ломающееся дерево, боевой маг навис надо мной воплощением ледяной ярости, схватил за плечи, сжал до синяков и зарычал прямо в лицо: – Почему?! Я принц, я будущий император! Почему ты выбрала… дракона?!

Потому что он не причинял мне боли, не кричал на меня, всегда слышал и слушал, и даже между мной и своими принципами, убеждениями и желаниями выбирал меня.

– Мне больно, – сказала тихо, но твёрдо, не делая попыток вырваться и осознавая, что даже намёк на сопротивление приведёт к ещё более плачевным последствиям.

Эрик заставил себя разжать сведённые судорогой пальцы, замер на миг, словно только сейчас осознал, что он делает, скрипнул зубами и провёл по моим плечам раскрытыми ладонями, практически не касаясь, но охлаждая кожу, снимая боль и наверняка залечивая нанесённые им же раны.

Я не вмешивалась. Я не делала ничего, просто смотрела в его глаза, в которых медленно утихало бушующее пламя эмоций, сменяясь одной конкретной – глухим отчаянием.

– Ари, – хриплый полушепот-полустон.

И он, подавив неконтролируемое желание сжать и никогда не отпускать, тяжело, шатаясь всем телом, отступил на два шага, отвернулся, сгорбился и опустил голову, зажмурился и тихо, отчаянно застонал.

У меня сердце обливалось кровью и с каждым ударом словно билось о стеклянные осколки.

– Эрик, прости, – наверно, у меня не было причин извиняться, но и промолчать я не могла никак. – Ты очень хороший, и обязательно найдёшь своё счастье… но, прости, не со мной…

Безрадостная усмешка и горькие слова:

– Как сумел он получить то, о чём столько лет грезил я?

Ночной сад и отчаянного мага застелила пелена слёз. Моих.

– Любимых не выбирают, – прошептала едва слышно.

Кронпринц издал хриплый, режущий слух смешок.

– Рад, что ты это понимаешь, – сказал с горечью.

И вздохнул, так тяжело и так устало, словно весь мир ему надоел до смерти.

– Ты с ним ужинаешь? – тихий глухой голос мага дрогнул, а взгляд так и остался устремлён в темноту, но не на меня.

– Да, – подтвердила тихо, одновременно и радуясь опустившемуся на него спокойствию, и не веря показным эмоциям, и до ужаса жалея Эрика.

Но боевик медленно поднял голову, посмотрел на меня с печалью, какой не нашлось бы ни в одном из всех остальных миров, и спросил, тихо, устало, смиренно-убито:

– Кто он?

Могла ли я довериться? Нэрен занимал высокое положение в Хайрассе, и при большой необходимости Эрик мог наделать глупостей, которые повлекли бы за собой серьёзные последствия. Если бы речь шла только обо мне, я бы рискнула, но Нэрен… Мне не хотелось подставлять его. Не хотелось допускать и намёка на возможность подставить.

– Я вас познакомлю, – выкрутилась тихонько и осторожно поднялась с уцелевшего в саду стула.

Принц не шевельнулся и не отвёл взгляда от моих глаз.

Изначально я звала его, чтобы узнать о результатах сегодняшнего заседания, но спрашивать об этом после всего случившегося не хотелось. Совсем.

– Уйди, – после долгой тягостной тишины выдохнул боевик.

– Эрик…

– Не надо слов, – оборвали меня хрипло, – просто уйди, Ари.

Закусив губу до боли, я шагнула в сторону, под его пристальным взглядом открыла портальную печать и шагнула в грани. Силой удержав себя, не обернулась. Просто запретила себе оборачиваться, и так и ушла в беседку на берегу моря.

Там, стоя в темноте под воем ледяного ветра и обнимая плечи дрожащими руками, поняла, что трясёт меня вовсе не от холода.

Колотить продолжило, даже когда со всех сторон вокруг взревел ало-золотой с чёрными всполохами огонь, обнял, согрел и понёс прочь из Раделии туда, где меня ждали.

Глава 5

Огонь продолжал гудеть и реветь со всех сторон, когда я ощутила сильные руки, нежно притянувшие и прижавшие к твёрдой мужской груди. Пламя угасло, я оказалась в залитой тёплым золотым светом гостиной и в согревающих душу руках Нэрена.

Мужчине хватило всего несколько секунд, чтобы осознать, что что-то не так.

Очень мягко меня отстранили, но не выпустили из объятий. Подбородка коснулись и голову осторожно, но непреклонно подняли выше. Наши взгляды встретились. Мой, печальный, и его, из нежного и любящего стремительно становящийся встревоженным, вопросительным и мрачнеющим.

– Кто тебя обидел, Ари? – спросил дракон со всеми теми же эмоциями, что ясно и ярко, как на страницах раскрытой книги, отражались в его глазах.

Я слабо улыбнулась в ответ на его своеобразную заботу, покачала головой, говоря, что никто меня не обижал, и с губ слетело:

– Всё в порядке, я просто была…

– С кронпринцем, – ему не требовалась моя абсолютная откровенность, чтобы делать верные выводы.

Промолчала. Получивший молчаливое подтверждение своей правоты, Карам дарт аль-Хаенг потемнел ещё сильнее, в синих глазах с красивыми золотыми переливами верно начали собираться чёрные грозовые тучи. Но он сдержал эмоции и порывы и лишь спросил:

– Расскажешь, что случилось?