Кровь черного мага 5 (СИ) - Гарднер Эрик - Страница 39

— Гретке, — я глянул на нее с неодобрением и протянул руку ловцу. — Простите мою супругу, господин Ярогневек, она со вчерашнего дня в плохом настроении.

Ловец смотрел на меня в полнейшем изумлении, не смея принять помощь, но я стащил очки и глянул на него так, что он мигом очнулся от своих сомнений.

— Большая честь для меня, — произнес он едва слышно, поднявшись. — Но как вы мое имя узнали?

— Я всегда знаю, кто передо мной. Мы к вам зайдем. Интересно послушать, кто у вас раньше собирался.

— Большая честь для нашей семьи! — Ярогневек поклонился. — Я поспешу, предупрежу жену.

Он побежал по снегу к отелю. По снегу разлетались кровавые капли от безвольно болтающихся вороньих голов.

— Великая Луна, Харди! После общения с подобными типами надо руки три раза вымыть! И ты серьезно? Мы будем есть ворон⁈ Я лучше Ноткера попрошу принести нам нормальный завтрак. Устроим тут пикник.

— Ноткер, тебе ничего не принесет. Пойдем.

— Так, меня этой рукой теперь даже не касайся! — возмутилась Маргарете, отпрянув, а потом глянула на кобольда, — Ноткер, дай живо спиртовые салфетки!

Кобольд вопросительно глянул на меня и когда я кивнул, наколдовал требуемое. Маргарете принялась тщательно вытирать мою ладонь. Увидев, что я в насмешке прищурил глаза, она, казалось, еще больше рассердилась, но молча продолжила ожесточенно оттирать кожу. Ноткер наколдовал мусорный пакет и терпеливо ждал, когда она выкинет туда салфетки.

— Ты ведь понимаешь, как подобные ему воспринимают таких как мы? За мелкую помощь, или даже за одно одобрительное слово, они готовы за нас умереть, — произнес я.

— И мне известна другая крайность, что подобные личности также легко могут вообразить что их оскорбили, забыли, не уважают и этот список можно продолжить. И после всего, что они себе навоображали, они превращаются в предателей, готовых воткнуть тебе нож в спину.

Я поморщился.

— Не надо просто доводить до той стадии, Гретке.

— Таких — миллионы. И ты не можешь разорваться на миллионы кусочков, чтобы отслеживать их лояльность.

Маргарете выбросила пятую по счету салфетку, придирчиво осмотрела мою ладонь, но наконец осталась удовлетворенной.

— Ты чрезмерно усложняешь, — я приобнял ее и увлек в сторону отеля.

Когда мы подошли ближе, Маргарете указала на вывеску с названием, рядом с которой была привинчена огромная голова каркающей вороны с выкаченными, словно на последнем издыхании, глазами.

— Название — то что надо для туристов — «У мертвой вороны», — усмехнулась она. — Хотя для темных наверное подходило идеально.

Мы вошли внутрь.

Интерьеры ресторанного зала оказались вполне соотвествующими названию — мы словно оказались в старом заброшенном готическом замке или даже скорее в комнате ужасов аттракциона, который имеется на любой ярмарке. Выкрашенные в кроваво-алый стены, черные колонны с готическими арками, оконные рамы, витражи с воронами, летящими в пасмурном небе, черный потолок с сетью нарисованных алых молний. На стенах бра, стилизованные под факелы. И соответствующая мебель — массивные столы и стулья из выкрашенного в черный дерева, с готической резбой. В конце зала жарко пылал камин, на мраморной полке которого была сложена пирамида из белых вороньих черепов. Через миг перед нами оказалась женщина в черном платье, поверх которого был надет серый фартук, а голову ее украшала вполне элегантная шляпа с черными вороньими перьями.

— Ваша Светлость, Ваша Светлость, — она раскланялась перед нами. — Это огромнейшая честь для нас, принимать вас тут. Проходите вот сюда, это наш лучший стол.

Она подвела нас к столу у камина. Вместо жестких стульев тут были вполне удобные кресла с дополнительными подушками под спину.

Мы с Маргарете сели друг напротив друга. Я указал Ноткеру сесть рядом. Его глаза округлились, но он подчинился. Хозяйка держала меню, но перед нами так их и не положила.

— Можно пару советов, Ваша Светлость? — она наклонилась и зашептала мне на ухо.

— Отлично, то что надо, спасибо, госпожа Ярогневка, — я кивнул, выслушав.

Хозяйка так со всеми меню и ушла. Маргарете уставилась на меня.

— Но я ничего не успела заказать! — возмутилась она.

— Я уже всё заказал.

— Я не буду есть этих чертовых ворон! — прошипела она, злясь.

— Ноткер, карты.

Кобольд протянул мне колоду и я вытащил первые три карты и положил их на столе перед Маргарете. На первой была нарисована ворона, на второй тарелка с приборами и на третьей была корона. Маргарете уставилась на расклад.

— И что это значит?

— Съешь ворону — получишь корону.

Глаза Маргарете заполыхали от ярости,

— Да, я помню твои карточные трюки, которые ты мне показывал два года назад в охотничьем клубе.

— И? Я ведь тебе тогда сказал, что могу предсказывать будущее.

— Только на тот момент, Харди, у тебя были проблемы с памятью и с магией.

— Однако, на предсказанное это нисколько не повлияло, не так ли? — заметил я. — Всё сбылось.

Маргарете побледнела.

— Не может быть…

Я промолчал, собрал карты и отдал кобольду. Маргарете сидела задумавшись и явно вспоминая события двухлетней давности. Хозяйка тем временем принесла нам заказанное. На огромном блюде у каждого лежало по три поджаренных птичьих тушки, залитых кровавого цвета соусом, с гарниром из красной фасоли, запеченного картофеля и свекольного салата — всё в цветах обстановки ресторана. Она разлила на по бокалам вино и, пожелав приятного аппетита, удалилась.

Маргарете, очнувшись от задумчивости, уставилась в свою тарелку.

— Меня же стошнит, Харди, — произнесла она жалобно.

Мы с Ноткером переглянулись и оба неодобрительно покачали головами.

— Настоящая темная ведьма спокойно может есть ворон, летучих мышей, крыс, жуков и прочее. А да, еще она суп из мухоморов должна уметь варить.

— Ты надо мной издеваешься?

— Вовсе нет.

— Это какая-то проверка? — Маргарете сверлила меня взглядом, пытаясь хоть что-то распознать на моем лице.

— Нет, зачем? Я тебя давно прекрасно знаю.

Маргарете вновь поглядела в тарелку и ее бледное лицо слегка позеленело. Я тяжело вздохнув, отрезал кусочек мяса и съел. За мной к еде приступил кобольд.

— Вкусно, Гретке, честно.

— Ненавижу тебя, Эгихард Фрайхерр Райнер-Наэр, — прорычала она словно смертельно раненая тигрица и, отрезав кусок от первой тушки, отправила в рот с таким отвращением, словно это был дождевой червь.

Поглядев еще миг на ее лицо, я подумал, что еще чуть-чуть — и ей действительно станет плохо.

— Черт, Гретке, это курица, расслабься. Три небольших цыпленка под размер вороньих тушек, специально без головы, чтобы посетители не поняли.

Маргарете уставилась на меня с неверием.

— Но ведь ее муж притащил только что целую связку этих «прекрасных» черных пташек!

— Он их исключительно для себя готовит. Хозяйка мне все вкратце рассказала. Не сердись, ладно? — я накрыл ее ладонь рукой.

Маргарете поглядела на меня, явно не зная, что делать, продолжать возмущаться или же забыть об инциденте.

— Ты сегодня очень странный, Харди, — в итоге заметила она.

Кобольд, на тарелке которого уже было пусто, прокашлялся.

— Простите, Ваша Светлость, но должен предупредить, что Его Светлость немного неадекватно себя ведет из-за присутствия янтарной пыли. А она находится тут везде. В морской воде, в песке дюн, в вине и даже в комнатной пыли. Так что думаю климат Пруссии, хм, вам несколько вреден.

— В вине? — удивился я. — А в приправе?

— В приправе отсутствует. Но виноград — местный, поэтому вобрал в себя незначительное количество. Однако, полагаю, что вы не заснете, как тогда, когда ваш кузен угостил вас янтарным виски.

— Неадекватно — это как? — спросила Маргарете. — Скажи точнее.

— Ну… — Ноткер смолк под моим взглядом.

— Так нечестно, Харди, — Маргарете вдруг нахмурилась. — И твое предсказание. Если это в действительности не вороны, а цыплята, значит и короны не будет?