Василис Прекрасный или как выйти замуж и не превратиться... (СИ) - Рунова Юна - Страница 38

Из печальных мыслей меня вырвала Настасья Горыновна, плавно проплывшая, будто упитанная лебёдушка, мимо моих спутников и ловко утащившая меня к себе в горницу.

– Ну, как все прошло? – зелёные глаза сверкали любопытством.

Дракоша усадила меня за накрытый яствами стол и заботливо укутала в меховую шаль. Подкрепившись и коротко рассказав змейке о своих приключениях, я с надеждой ждала совета.

Горыновна обошла покои и остановилась у стрельчатого окошка, вглядываясь вдаль:.

– У меня нет для тебя четких указаний. Я не знаю точно, при каких условиях и для чего тебе понадобится твоя добыча. Ты большая молодец, не расстраивайся! Будь осторожна сегодня. Уверена, у Кеши и Марьянки есть план. А у нас, к сожалению, его нет. Сегодня твой Вася будет на торжестве, я сделаю всё, чтобы вы смогли поговорить, но много времени не обещаю, – увидев моё разочарованное лицо, Горыновна подошла и ласково погладила меня по плечу. – Не забывай, у тебя здесь полно друзей! Что-нибудь придумаем!

Змейка удалилась по делам, оставив меня с Эми, которую я позвала, чтобы покормить и поделится новостями. Не прошло и пяти минут, как о лисичке пронюхал Серж и тут же притащил ей целый веник луговых цветов, а после того, как его выдворили за дверь, устроил нам испытание своими любовными напевами. Беда в том, что медведь наступил волчаре не только на ухо, а вообще знатно прогулялся по его вокальным способностям!

Спасибо Настасье: возвратившись, она вытолкала горе-сердцееда на улицу и запретила входить, пока мы прихорашиваемся. Я же была несколько удивлена выбором нарядов! Горыновна уже готовая, с гладким, как после выпрямителя, сияющим рыжим водопадом волос и смелым макияжем глаз, была в поразительном наряде под змеиную кожу и черных лодочках на высоком каблуке. Наряд удивил тем, что был абсолютно привычным, таким, как носят светские львицы или звезды. Модным, ярким, но всё же вполне стандартным. Я-то ожидала сарафанов из порчи или на худой конец кринолинов каких-нибудь, а тут всё очень современно.

– А ты что думала? Мы тут у Лешего на свадьбе в рубахах через костёр прыгать будем? – усмехнувшись моему замешательству, спросила Настасья.

Ну, я как-то так и думала. А что? Вы по-другому себе представляли свадьбу Лешачкова?

Окинув меня оценивающим взглядом, Настасья живенько махнула принесённым с собой свертком и неуловимо быстрым движением развернула его. Это было удивительное платье-бюстье из синего шелка. У него была двойная юбка: нижняя обтягивающая и слегка прикрывающая ягодицы и верхняя длиной до середины щиколотки с разрезом от пояса! Довольно смело! К платью прилагалось украшение: колье и пояс соединенные между собой. Украшение было великолепным: крупные сапфиры и рубины в золотой оправе, выполненные в виде цветов. Также мне выдали босоножки из тонких синих ремешков на высоком каблуке.

Искупавшись, я торопливо надела всю эту красоту! Очень хотелось выглядеть не хуже Марьяны! Горыновна уложила мои волосы в высокую прическу, выпустив по локону у висков, и сделала мне вечерний макияж, на мой взгляд, несколько яркий. Видимо змейка очень любит эффектный мейк-ап.

Эми и Настасья восхищенно расхвалили мой образ, и я довольная в предвкушении встречи с Василисом вышла во двор, где нас уже ждали Соловей, Серж и Грустяшка. Мои товарищи тоже выглядели достойно: Серж повязал на шею алый галстук-бабочку, а Соловей заплёл сверкающие чистотой волосы в косу и надел чистую одежду. Грустяшка была в восторге от моих украшений и довольно разглядывала красивые блестяшки.

Серж вызвался охранять мой рюкзак: пришлось взять вещи с собой, чтобы не возвращаться в Змиевград. Настасья организовала нам портал, а когда я поинтересовалась, почему Горыныча с нами нет, ответствовала, что его пригласили в качестве шафера и дракон уже в усадьбе Лешачкова. Эми как всегда решила затаиться и исчезла перед тем, как я вслед за дракошей вошла в сияющую воронку.

Портал привёл нас на большую цветущую поляну, посреди которой стоял удивительный терем. На вид его стены состояли из сплетенных между собой гибких прутьев и напомнили мне садовую мебель из ротанга. Однако это удивительное здание выглядело очень прочным и массивным.

Поляну окружал высокий смешанный лес, тут и там из этого леса выглядывали любопытные звери и птицы. Наиболее храбрые группками расположились вокруг терема и наблюдали. Зрелище было действительно интересным. На поляне вспыхивали и потухали искры порталов, из которых выходили гости, по небу летели драконы, и запряжённые пегасами колесницы, а из небольшого бассейна, который я сразу и не заметила, поднимались на сушу водяные и русалки. Пёстрые наряды и смех – всё также как у обычных людей.

Мимо нас промчалась тройка златогривых коней. Посеребрённая повозка лихо притормозила у крыльца, и из нее вышел мужичок с длиннющей бородой, ростом он был мне по плечи не выше, а борода его была настолько богатой, что он ловко обмотал её вокруг пояса не меньше пяти раз! Он заботливо подал руку стройной девице в шикарном коктейльном платье расшитом изумрудами.

Девица была так хороша, что даже у меня дыхание спёрло. Длинные чёрные волосы волнами струились по её плечам почти до середины бедра, а зелёные глаза в обрамлении густых ресниц были настолько чистыми, что я сразу прониклась к ней симпатией. Заметив непонятную суету в наших рядах, я толкнула Сержа в бок.

– Соловей отказывается идти! – с досадой сообщил волк.

Я глянула на Разбойничка и сразу всё поняла. Соловушка тоскливо глядел на красавицу, а стоило ему перевести взгляд на мелкого бородача, как его кулаки тут же сжались.

– Знаешь, Соловей, решать тебе, но если ты её любишь, то должен хотя бы попытаться! Ты с ней говорил после своего возвращения? С чего ты решил, что она тебя разлюбила? – я понимала, что мои слова вряд ли помогут, но попробовать стоило.

Соловушка сдвинул брови и сурово посмотрел в мою сторону:

– О чём говорить-то? Если бы любила, не пошла бы и всё! – упрямо пробурчал он, а мне захотелось его хорошенечко стукнуть.

– Ты, значит, шлялся неизвестно где, – я повернулась к волку, – сколько, говоришь, его не было?

– Почитай, полтора года, – Серж растерянно хлопал глазами.

Я вскинула бровь и гневно посмотрела на Соловья:

– Да ты того! Оборзел! Полтора года прохлаждался неизвестно где, а девчонка тебя ждала! Небось, и весточки никакой не присылал? – краем глаза я усекла, как Серж утвердительно покивал. – Родители, они же всегда как лучше хотят: видят, мается девка никому не нужная, вот и решили замуж отдать! А он тут вернулся, даже с ней не поговорил и в обиду кинулся! Как баба, честное слово!

По мере того, как я говорила, лицо Разбойничка бледнело и краснело. Ох, последнюю фразу я, наверное, зря сказала!

Соловей вдруг весь ощетинился, нахохлился и помчался в терем, в дверях которого уже пару минут как скрылись Забава и её бородатый жених. Ой, что будет!

– Ну, Иванна! – укоризненно, но при этом с явной насмешкой прикрикнул на меня Серж и, вручив мне мой рюкзак, умчался следом за товарищем.

Вот блин! Ну, почему у меня никогда язык за зубами не держится? Нет, чтобы как-то тихо, мирно всё решить! Теперь устроят тут мордобой!

– Не горюнься! Какая русская свадьба без драки? – подбодрила меня Горыновна, и мне стало совсем совестно.

Невесту Лешачкова жаль, она-то тут не причём! Я бы расстроилась, если бы у меня на свадьбе гости подрались. Ладно, извинюсь перед ней, что уж теперь!

Настроение моё немного подпортилось, хорошо дракоша рядом, с ней мне как-то спокойнее. Только теперь, успокоившись, я заметила, что Грустяшка вновь стала невидимкой. Я чувствовала её маленькое тельце у себя на плече, но такое поведение показалось мне странным. Я думала, малышка понесётся с радостными воплями к своему хозяину, только мы ступим на порог, но нет.

– Настасья Горыновна, а что вы можете сказать о Лешачкове? – спросила я, пока мы шли по роскошному холлу к противоположной двери, ведущей во внутренний двор, именно там будет проходить церемония.