Второй Шанс 2 (СИ) - "Аргус" - Страница 41

— Саша, ты меня смущаясь! — еще больше покраснела подружка отца. — Я что, принцесса какая-то, что ты мне руку целуешь?

— Ты не принцесса! Ты королева сердца моего отца! Он только о тебе и говорит! — галантно ответил сын, включив все обаяние, которому он научился за свою долгую прежнюю жизнь.

— Девушка моего сына уехала за границу, — поспешил вмешаться отец, — вот он и выплескивает все нерастраченные чувства на других девушек. Да, сынок? Ох, чувствую я, что без ревности, с моей стороны, тут не обойдётся!

— И очень напрасно, Сереженька. Я люблю только тебя, — Аня прижалась к отцу Саши, — но твой сын очень хорошо воспитан и умеет сказать приятное женщине.

«И не только сказать», — подумал про себя Саша, и, незаметно вздохнув, едва слышно произнес: — Ты мне тоже понравилась. Мойте руки и будем обедать.

За столом, Аня с ужасом переводила изумленный взгляд с сочащейся маслом жареной картошки на затопленный, тем же маслом, овощной салат.

— И часто вы… вот так обедаете? — осторожно спросила она.

— Мы так часто ужинаем! — ответил отец, даже не отследив момент сарказма со стороны своей подруги. — Правда вкусно?

— Ну теперь я понимаю, почему ты, Сереженька, поправился в последнее время, — произнесла она, сочувственно покачивая головой. — А первые блюда, супы разные, вы готовите?

— Нет, — вздохнул Саша, изобразив на лице трагическую «мину». — Супы у нас только в обед и вне дома: батя на работе наслаждается, а я в школе. Первое блюдо для нас — это целая наука. К огромному нашему сожалению — не изведанная. Вот если бы кто-то нам их варил — это было бы очень здорово. И вообще…

— Что же вообще? — поинтересовалась молодая женщина, словно завороженная разглядывающая те блюда, что так нахваливает ее кавалер.

— В нашем доме не хватает заботливой женской руки! — перешел в наступление юноша.

Аня тут же отмерла и перевела свой растерянный взгляд на Сергея.

— Саша! — поспешил тот на защиту. — Прекрати смущать девушку. Что она про нас подумает?

— А что она может подумать! — сын решил взять дело в свои руки и заняться сватовством отца. Ну а кто если не он? Не сидеть же им и дальше, как два бобыля. — Вот скажи, батя, как ты относишься к Ане?

— Саша! — тут уже не сдержалась Аня. — Это нетактично задавать такие вопросы! Но мне то же интересно! — она исподлобья взглянула на Сергея.

— Кто? Я? Я… — растерялся отец, переводя озадаченный взгляд с сына на гостью, явно ожидающих вполне четкого ответа. — Очень хорошо отношусь. Даже больше, чем просто хорошо.

— Сереженька, спасибо, — счастливая Аня, часто моргая, опустила веки.

— Отлично! Аня, а как ты относишься к папе?

— Я… Я тоже замечательно к нему отношусь! — набрав воздуха в легкие, решительно ответила она.

— Вот и чудесно! И я, как сын, совершенно не против того, чтобы двое, замечательно относящихся друг к другу людей, были счастливы вместе! Вам надо пожениться! — заявил ошарашенным влюбленным заботливый сын.

После таких слов, Аня немного напряглась и внимательно посмотрела на отца Саши. В комнате повисла тишина. Сергей, сначала строго посмотрел на не прошенного свата. Потом улыбнулся, встал из-за стола, подошел к, тоже поднявшейся со стула женщине, обнял ее и решительно произнес:

— Анечка, ты выйдешь за меня замуж?

— Конечно, Сереженька! Вот пока Саша тебе не сказал, ведь ты не решался.

— Я боялся! — признался откровенно смущенный мужчина.

— Боялся? Чего же именно? — спросила Аня.

— Ну, в первую очередь, твоей молодости! Я, по сравнению с тобой, такой старый! — еще печальнее ответил ее взрослый кавалер.

— Эх ты! — глубоким грудным счастливым смехом рассмеялась его невеста. — Ничего ты в женской любви не понимаешь! Ты думаешь нам только писаные красавцы молодые нужны? Как же вы, порой, мужчины ошибаетесь. Нам нужные верные и надежные, нежные и заботливые, такие как ты! — и она обняла своего будущего мужа.

— Совет да любовь! — стал ковать железо не растерявшийся Саша. — Аня, переезжайте к нам! Что вам там в общежитии куковать?

— Но твой папа мне пока не предлагал! — искоса глядя на отца Саши, вроде как виновато, произнесла девушка.

— А давай сегодня ты останешься, а завтра мы твои вещи перевезем к нам! — предложил радостно жених.

— Два какие там вещи, — вздохнула Аня, — один чемодан. А когда мы распишемся? Я не тороплюсь, но пойми, Сереженька, меня правильно. Что люди скажут, если мы с тобой не расписанными жить будем? Мне и так в спину шипят, что я твоя любовница. Или ты боишься?

— Чего я боюсь? — спросил Сергей расправляя горделиво плечи.

— Того, о чем все говорят, — вздохнула Анна.

— А о чем все говорят? — Саша сурово свел брови и взглянул на отца.

— Что молодая вертихвостка окрутила взрослого мужика, который ей в отцы годится, ради его денег и трехкомнатной квартиры, — произнесла с грустью молодая женщина.

— Ах вот оно что! Бать, не обижайся, но ты своим поведением дискредитируешь Анну! — заявил сын. — Вот я как чувствовал. Завтра, после работы, перед тем как забирать чемодан Ани из общежития, зайдите в ЗАГС и подайте заявление! Может быть вас сразу и распишут!

— Не распишут, — вздохнула Аня, и добавила: — Я уже все узнала. В тысяча девятьсот шестьдесят четвертом году у нас в СССР был установлен определенный срок ожидания регистрации брака — один месяц с момента подачи заявления — и введен институт свидетельства. Это когда присутствие свидетелей со стороны новобрачных стало обязательным. Кстати, — вещала Аня с воодушевлением, — вы знаете о том, что быть свидетелем очень почетно! Ведь своими подписями, эти люди, как бы заверяют право жениха и невесты на взаимную любовь. По этому поводу даже придумали несколько правил. Например, свидетели не должны состоять в родстве между собой и ни один из них не должен быть в браке. Свидетели должны были носить опознавательные праздничные ленты — красного или белого цвета с золотыми надписями, что прибавляло людям значения. Вот! А у нас свидетелей нет!

— Ничего себе порядки! — удивился, и без того шокированный происходящими изменениями, отец Саши. — Раньше такого не было.

— Так я же говорю. Эти правила ввели только три года назад, — уточнила Аня, — но нужно будет хотя бы заявление подать, и можно готовиться к свадьбе!

— А свадьбу будем дома справлять? — поинтересовался Сергей.

— Можно и дома, но сейчас реально и в ресторане праздновать. Это несколько дороже, но гораздо проще! Не нужно готовить и мыть потом посуду, и гостям есть где повеселиться! — разъяснила Аня.

— Решено! — ответил Саша. — Закажем свадьбу в ближайшей столовой!

— Саша, спасибо, но это так дорого… наверное, — смутилась Аня. — Мне правда неловко. Я тут все трещу и трещу, а у Сережи и не спросила. Не надо ничего. Распишемся просто, чтобы перед людьми не совестно, да и дело с концом.

— Ничего не с концом! — вступился за будущую родственницу Саша, понимая, что у еще не создавшейся ячейки общества случилось недопонимание. — Ивановы не нищеброды! Я просто уверен в том, что у бати и у тебя, Аня, это будет последняя и единственная свадьба! А деньги дело наживное и у нас они есть. Да, бать? Нам за изобретение одно хорошо заплатили.

— Вот и договорились! — радостно заявил отец. Будучи мужчиной работящим и ответственным, он всю жизнь страдал от нерешительности в принятии важных шагов. А тут, такая удача. Сын ведущий переговоры за него. Причем, ради его же пользы и семейного счастья. — Не волнуйся, Анечка, все организуем в лучшем виде.

Девушка облегченно выдохнула. Потом Аня прошлась по квартире и покачала головой.

— Что? — хором спросили оба Иванова.

— Вот что, дорогие мои мужчины! Этот заповедник холостяцкой жизни нужно срочно приводить в порядок! — решительно заявила будущая хозяйка.

— Мы генеральную уборку делали! — попытался оправдаться Саша.

— Генеральную уборку? — Аня саркастически посмотрела на возмущенных Ивановых. — Ну давайте посмотрим! — и она провела пальчиком по книжной полке, а потом показала собранную пыль. — Это вы называете генеральной уборкой? Вы этой пылью дышите, а это очень, между прочим, очень вредно для легких.