Практика и теория жертвоприношений (СИ) - Романова Галина Львовна - Страница 80

Последнего студента Виктор Вагнер слушал вполуха,  ловя себя на мысли,  что нетерпеливо посматривает в сторону двери.  Остальные члены приемной комиссии тоже едва ли не зевали.  Восемь часов слушать практически одно и то же! Тут поневоле взвоешь,  даже если будешь точно знать,  что альтернативой этой тягомотины будет личная встреча с разъяренной долгим ожиданием женщиной.  Теория жертвоприношений,  наука,  конечно,  сложная и интересная,  но кaждый студент почему-то считал своим долгом сначала прочесть краткую лекцию из истории,  потом упомянуть двух-трех известных теоретиков,  блеснув фактами их биографии и только потом переходить собственно к вопросу.  У преподавателей уже к середине экзамена сложилось впечатление,  что вся группа учила материал по одному и тому же конспекту.  Так что оживлялись наставники только,  когда студент делал паузу и другим тоном вещал:

- Ну,  а что касается данного вопроса, то…

Последний на сегодня студент сам устал торчать в коридоре.  Взяв один из трех оставшихся билетов – их по традиции всегда было немного больше,  чем студентов,  чтобы всегда имелся выбор,  и не приходилось выслушивать один и тот же вопрос несколько раз – он внимательно посмотрел на небольшой бумажный квадратик.  Потом перевел взгляд на преподавателей.  Опять посмотрел на билет.  И cнова на преподавателей.

- Ну? - декан бросил взгляд на окно.  Тени деревьев уже начали удлиняться и переместились,  лучше всяких часов показывая,  что экзамен продолжается не первый час.  - И какой у вас вопрос?

- Никакого,  – ответил студент.

- То есть как – никакого?

- Вот,  - парень подошел к преподавательскому столу и положил перед деканом билет.  Черный по белому каллиграфическим почерком там было написано:

«Вы можете выбрать любой вопрос. »

Виктор Вагнер почувствовал,  что улыбается

- Поздравляю вас,  господин студиозус,  – промолвил он,  - вы вытянули счастливый билет.

- Что это значит?

- То,  что вы можете получить оценку на экзамене просто за то,  что пришли сюда и вытянули его.  Ваша фамилия?

- Жемер,  но… - парень захлопал ресницами,  - я же готовился!

- Ну и что?

- Я учил! – голос его задрожал.  - Я почти всю ночь не спал,  повторял основные пентаграммы… Οни бывают трех видов – классические для жертвоприношений,  защитные двух типов – для нейтрализации вызванного демона и защиты проводящего обряд некроманта и узкоспециализированные для…

- Достаточно,  студиозус Жемер! – взмахнул рукой Виктор Вагнер.  – Вы свободны!

- Но я учил! – взвизгнул тот.  - Пожалуйста,  дайте мне сказать!

- Вы уже сказали все,  что было надо.  Профессор,  каковы успехи студиозуса Жемера по вашему предмету,  – обратился он к наставнику,  который вел теорию жертвоприношений.

- Какие успехи? – тот бегло просмотрел ведомости.  – Чуть выше среднего.  Звезд,  как говорится,  с неба не хватает,  но ни разу не оставалcя на пересдачу.  Большинство оценок – «хорошо» и «удовлетворительно».  Несколько раз получал «отлично» и даже однажды «превосходно»,  но…

- Так и запишем,  - Виктор Вагнер потянулся к перу.  – Экзамен по теории пентаграммостроения студиозус Жемер сдал на «хорошо».

- Но я учил! – тот чуть не плакал.  - Как же так?

- А вот так.  Судьба,  знаете ли!

- Но… но…- парень попятился.  - Дайте я хоть пентаграмму какую-нибудь нарисую…Ну,  хоть самую простенькую…

- Молодой человек…

Но парень уже метнулся к специальному углублению в полу,  куда был насыпан песок.  На нем экзаменующиеся чертили пентаграммы.  На ходу выхватив ученический нож,  он рухнул посреди площадки на колени и принялся яростно чертить.

- Молодой человек! – декану пришлось повысить голос.

- А?

- Уходите уже.  И не задерживайте остальных.  Времени у нас не так уж и много.  Вы долго ждали своей очереди, так не заставляйте ждать остальных.

- А никого больше нет! – студиозус поднял голову.  - Я – последний!

- Тем более, идите отсюда! – заторопились и остальные.  - Не стоит…

- Нет уж,  - парень снова принялся чертить,  - я привык доводить начатое до конца…

- И долго вам еще «доводить»? - занервничал декан.

- Сейчас-сейчас,  – студент заторопился,  но провел не ту черту и живенько стер написанное.  - Еще немного.  Минут десять-пятнадцать… ну,  двадцать,  если…

Приемная комиссия уже в полном составе смотрела в сторону входной двери.  А ведь,  в отличие от студента,  которого они сейчас выпроводят, им предстоит еще и сверить свои записи и выставить оценки,  чтобы потом донести результаты до учащихся.  То есть,  ещё полчаса,  еcли не больше.  Как раз к концу ужина и освободятся.  А если учесть «милую» тенденцию столовой практически никогда ужином студиозусов не кормить…

В коридоре послышались торопливые шаги.  Кто-то что-то спросил прерывистым голосом.  Ему ответили.  И дверь распахнулась от мощного пинка.

- Ага,  вот вы где все!

Виктор Вагнер невольно сцепил пальцы в замок,  собираясь бросить в незваного гостя атакующее заклинание,  но успел разглядеть главу гильдии некромантов Людмила Кривоуса и опустил напряженные руки.

- Что это вы,  магистр,  на коллег кидаетесь? - усмехнулся тот.  – Или столь ревностно относитесь к своим обязанностям по защите будущего отечественной некромантии? Дескать,  одних проворонил,  так над остальными трясусь,  как над хрустальными?

- Что вам угодно,  маэстро Кривоус? - процедил Виктор Вагнер,  косясь на остальных членов приемной комиссии.  Далеко не все в университете знали о том,  что пятеро его подопечных пропали без вести, и что-то не хотелось,  чтобы об этом стало известно.

- Мне угодно вас.  И думаю,  я явился как раз вовремя,  - он покосился на студиозуса Жемера, так и застывшего на четвереньках посреди не дорисованной пентаграммы.  – Можете называть меня спасителем…

- Кого и от кого?

- Ну,  судя по всему,  я явился вовремя,  чтобы спасти этого молодого человека от вашей теплой компании.  Он уже пентаграмму рисует,  чтобы от вас защититься! Что,  достало подрастающее поколение? Эмоциональное выгорание налицо?

- Это просто экзамен.  Οбычный экзамен.  И молодой человек выполняет практическую часть задания,  – процедил Виктор Вагнер.  Их отношения с главой гильдии сложно было назвать легкими.  Практически все некроманты империи находились в подчинении у Людмила Кривоуса,  но на деле декан факультета некромантии был ему равен и даже формально в той же самой гильдии не состоял.  - Так что,  если у вас нет намерения сорвать нам учебный процесс,  советую закрыть дверь с той стороны или хотя бы помолчать.

- А если я как раз с этим и прибыл? – усмехнулся Людмил Кривоус.

- Сорвать…э-э…

- Нет.  Просто,  думаю,  вам не повредит небольшая прогулка на свежем воздухе,  – он прошагал через всю аудиторию к окну и,  опершись коленом на подоконник,  с явным усилием распахнул раму.  – На улице такой свежий воздух! Жара спадает,  в воздухе так умопомрачительно пахнет зацветающей липой.  Затихает городская суета,  - на лице его появилось мечтательное выражение.  - Самое время для небольшой прогулки по городу.  Я вот собираюсь пройтись немного.  И намерен пригласить с собой вас,  магистр.

- Прогуляться?

- Да.  И заодно полюбоваться на некое странное зрелище у Восточных ворот.

- А что там такого интересного?

- Думаю,  вам лучше это увидеть самим!

Что-то в голосе Людмила Кривоуса показалось Виктору Вагнеру подозрительным.

- Хорошо,  - ответил он.  - Если вы настаиваете…

- Идемте скорее,  а то пропустим самое интересное!

Глава гильдии подскочил к декану,  подхватил его под руку и поводок к выходу.  Проходя мимо ползающего по кругу студента,  он наклонился и быстро пальцем дорисовал на песке символ солнца.

- Сориентируй по сторонам света,  учитывая настоящее время суток – и дело пойдет быстрее!

Парень только проводил его изумленными глазами,  вздрогнув,  когда дверь захлопнулась за спиной гостя.