Практика и теория жертвоприношений (СИ) - Романова Галина Львовна - Страница 43

- О,  мои ноги!

- Замолчи.  Дома снимем боль.  А пока терпи.

- Дома,  - всхлипнул парень,  - а где он,  этот дом?

Студенты переглянулись.  Ситуация начинала складываться непростая.  Им нужно было укромное местечко,  чтобы отсидеться и подумать, что делать дальше.

- А давайте к мэтру Горяке нагрянем! – осенило Альфреда.  - Ой!

Лилька,  развернувшись,  врезала ему пощечину.

- Ты чего? За что?

- Это ты так со мной за что? - уперла кулаки в бока девушка.  – Чтобы я сунулась к этому типу,  который… из-за которого…Уй! – она взвыла,  сжимая кулаки и чувствуя,  как эмоции выходят из-под контроля.

- А что не так? – Альфред на всякий случай отступил на пару шагов.  - Сама подумай.  Он нас приглашал? Приглашал…

- Даже приказывал,  – вспомнил Янко.

- Вот! Это раз.  Второе – укромное место нам нужно? Нужно! Α в доме некроманта нас искать будут в последнюю очередь именно потому,  что решат,  будто мы прячемся где-то еще.  Да и если найдут,  не подумают,  что мы вот так открыто,  среди бела дня… Это два! А третье – вы,  надеюсь,  еще не забыли,  что мы именно его во всем подозреваем?

- Но он же ко мне приставал!

- И получил в ответ за приставания.  Второй раз небось не полезет!

- Он нас завалит работой и глаз не спустит.

- Отлично! Значит,  у него не будет времени строить козни!

В конце концов,  большинством голосов Лилька проиграла и вынуждена была согласиться.  

ГЛΑВА 7  

Из дневника кота Левиафана:

«Я сидел в теньке у стены и думал.  Ничего тюрьма,  выглядит крепкой.  И где-то там сидит мой будущий хозяин.

Спрашивается,  как я это узнал? Ну,  вы совсем уже того-с! Забыли,  что я не простой кот,  а Покровитель? Нюх у меня – будь здоров.  Как ни велик был соблазн проследить,  куда направились эти двое после того,  как мирно пообщались друг с дружкой под деревом,  дело было важнее.  И так можно догадаться – на то самое место на пустыре,  которое я несколько дней доблестно караулил.  То ли очередную жертву приносить, то ли все готовить к последнему жертвоприношению.  Или,  прямо скажем,  к убийству моего будущего хозяина.  Поэтому я просто-напросто взял след и по цепочке запаха дошел до самой тюрьмы.

И вот теперь сижу и думаю,  как оттуда хозяина доставать.  Я ведь необычный,  но только лишь кот.  Хотя…»

Палач давно ушел,  дневная смена разбрелась тоже,  оставалась только ночная.  Три солдата в караулке.

Большинство ночей были тихими и сонными.  Тюрьма,  она же крепость,  она же ратуша нередко пустовала,  а если кого и сажали, то камеры никогда не бывали набиты под завязку.  Из шести самое большее были заняты три.

В этот раз во всей тюрьме славного города Старгорода сидели два человека – пойманный с поличным на рынке воришка,  которого завтра обещали высечь кнутом,  выжечь на лбу каленым железом cлово «Вор» и прогнать палками из города, и обвиненный в убийстве городского некроманта приезжий колдун.  На двери камеры колдуна еще вчера нарисовали защитный знак,  а пол посыпали смесью толченого перца и ладана.

Вошедшие в караулку солдаты ночной смены застали своих «дневных» напарников собиравшимися по домам.  Валялись вещи,  оружие,  ремни.  На одной из казенных лежанок – их было две на троих солдат – лежал здоровенный рыжий котяра и мурлыкал.

- Это что? - спросил один из солдат.

- Кот.  Крысолов.

- Откуда?

- Да приблудился,  - «дневной» стражник с опаской погладил пушистую спину.  - Пришел утром,  приволок крысу.  Вот такенную,  - показал свой локоть.  – А потом ещё одну.  И еще… Вон там лежат!

«Ночные» обернулись в угол караулки и увидели там штабелек из дохлых крыс.

- Ничего себе! Откуда он такой взялся?

- Откуда они все берутся? Кошки сами по себе гуляют.  И этот вот «пригулял».

Кот приоткрыл один ярко-зеленый,  словно нарочно нарисованный,  глаз,  смерил болтунов недовольный взором и,  снова зажмурившись,  заурчал c удвоенной силой.

- Ладно,  пусть живет.

Из дневника кота Левиафана:

«Ну,  что ж,  можно сказать, что первый этап внедрения на вражескую территорию прошел успешно.  Теперь осталось дождаться подходящего момента!»

Мэтр Горяка проснулся на рассвете от громкого стука.  Сначала сквозь сон некроманту почудилось,  будто в дверь колотят осадными орудиями,  и он машинально кинулся к оружию.  Но,  скатившись по лестнице на первый этаж,  обнаружил,  что осады нет и толпы перепуганных горожан не собираются врываться в дом.

Проклиная провинциальных паникеров – чуть увидят подозрительную тень, так сразу «некромансера» кличут,  даже не дав себе труда рассмотреть ее хорошенько! – мэтр Горяка мановением руки дезактивировал охранные чары и поплелся открывать.  Судя по бледному свету в окошках,  до рассвета оставалось никак не меньше получаса, то есть,  упыри,  если они и были,  успели давным-давно попрятаться в норы и раньше заката не активируются.  Вопрос – а зачем тогда будить некроманта ни свет,  ни заря? Делать им,  что ли,  нечего?

Мэтр Горяка уже открыл рот,  чтобы обрушить на паникеров потоки ругани,  но все слова застряли у него на языке,  когда,  открыв дверь,  он обнаружил на пороге всего-навсего четверых вчерашних студиозусов.

- Ну,  наконец-то! – жизнерадостно завопил на весь переулок коренастый крепыш,  стоявший впереди всех,  и раскинул руки для объятий.  - Вы очнулись! Α мы уж хотели помощь звать!

- Вы,  - некромант помотал головой,  – здесь откуда? И что делаете в такую рань?

- Ну,  как же! – крепыш еще прибавил в голосе громкости и жизнерадостности.  - Мы – к вам!

- Зачем? - мужчина попятился,  стреляя глазами по сторонам.  Не то,  что он был напуган,  но есть же соседи.  Если они ещё не проснулись от этих воплей,  значит,  они умерли.

- Вот тебе и раз! – голос парня поднялся до визга.  - Это как же понимать? Вы же сами вчера приказывали нам переселяться к вам с вещами!

- Чтобы глаз с нас не спускать и все такое прочее,  - поддержали друга остальные.  – Вот мы и спешили… Гжесь аж поцарапался…

- Среди ночи?

- А что? Мы же некроманты или как? Ночами сами не спим и другим не даем!

- Уж это точно,  – взгляд скользнул по окнам соседних домов.  Там уже начали загораться огни - народ явно начал просыпаться.  - Но вы зря пришли так рано.

- И что же нам теперь делать? - студент перешел на ультразвук и пафос повстанца,  произносящего свою последнюю речь на эшафоте.  – Нет,  вы только посмотрите! Сначала сам сюда звал,  а теперь с порога гонит? А куда мы пойдем? Куда глаза глядят? А глядят они у нас,  между прочим,  сразу во все стороны! И кто знает,  куда мы забредем без совета и помощи мудрых наставников? В какие неприятности сами влезем и остальных за собой утащим? Как же так? Будущее отечественной некромантии под угрозой! И по чьей вине? Уж точно не по нашей!

Мэтр Горяка понял,  что сейчас кого-нибудь убьет.  Просто так,  для профилактики.

- Все от нас отвернулись! – продолжал взывать парень.  – И вы тоже! Α ведь от вас зависит наша судьба!

- И потом,  – решительно отстранив оратора,  вперед протиснулась единственная в компании девушка,  скользнув на крыльцо,  - мы тоже можем быть вам полезными.  У нас очень большой потенциал… и не только…

Она поднялась на ступеньки, извернулась бочком и сделала попытку протиснуться мимо застывшего в дверях хозяина внутрь дома,  при этом случайно или нарочно упершись в него грудью.

Мэтр Горяка попятился.  Не то,  чтобы он был против подобной демонстрации женских прелестей,  но одно дело,  когда ты сам пытаешься добиться от девушки взаимности и совсем другое,  когда этими прелестями тычут тебе в нос.  Тем более,  когда вот так грудью напирает девица,  вчера уже устроившая у него на кухне разгром с демонстрацией явных способностей к телекинезу.

- Э-э…девушка…

Он отодвинулся совсем чуть-чуть,  но этого оказалось достаточно,  чтобы Лилька протиснулась в коридор,  напоследок вильнув бедром и окончательно оттеснив хозяина дома к стене.