Дворянин без титула (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 51

— По ощущениям говорит, что пацан должен появиться, — на автомате ответил я, ощущая себя, как неподготовленный зритель в театре абсурда.

— Вот и третий князь будет в вашем роде, — устало выдохнул дед, для которого этот эмоциональный всплеск даром не прошёл.

— Пётр Абрамович, самый главный вопрос. А что даёт княжеский титул? Послабления какие или что-то ещё? — постарался я выжать из момента максимум информации.

— Если головы нет, то ни хрена не даёт, — отмахнулся старик, своим тоном давая понять, чтобы его пока больше не тревожили.

И вроде можно праздновать, но не празднуется. Разве что я и все Ганнибалы по бокалу шампанского приняли на грудь.

Императорский дворец, как-никак. С напитками надо меру соблюдать. Тут в любую минуту могут вызвать на разговор.

Собственно так и случилось. Сначала с дедом, которого пригласили на короткую беседу с Императором, а буквально несколько минут спустя и меня Мария Фёдоровна пожелала лицезреть, пригласив на беседу к себе в Павловский дворец. Поехал, а куда деваться.

Императрица приняла меня в небольшой гостиной. Пара фрейлин сидела в стороне, якобы занимаясь рукоделием, и никак не мешала нам общаться.

— Присаживайтесь, Александр, — улыбнулась она мне, как старому знакомому, что в какой-то мере так и было, — Чай или кофе будете? — поинтересовалась она, когда к нам подошла служанка.

— Кофе. Крепкого и совсем немного. Без сахара и сливок.

— Интересный выбор, — лёгким жестом веера отправила она горничную за моим заказом, — Последнее время в моду хорошие чайные сорта стали входить, — начала она обычный светский трёп, не спуская с меня внимательного взгляда.

— Саша, осторожней! Это не просто Императрица! Это ходячий компьютер и детектор лжи в одном флаконе. Она тут всех пережила, и ещё пару государей пережить сможет, — на полном серьёзе сказал Виктор Иванович, как только появился рядом со мной за столом, создав себе виртуальное кресло.

— Очень серьёзное испытание твоих актёрских возможностей, — согласилась с ним Алёна Вадимовна, сформировав себе подобие софы чуть поодаль от нас.

Надо же, мои тульпы в кои веки на помощь поспешили!

— Мой презент ещё цел? –поинтересовалась Императрица, после того, как я поцеловал ей руку, — А то злые языки говорили, что ты его о каблук сломал.

— Клевещут, Ваше Императорское Величество,– сразу сообразил я о чём идёт речь, и достал часы, подаренные Марией Фёдоровной моему предшественнику, — Я ко всему, что связано со временем очень трепетно отношусь.

— Я заметила, — улыбнулась Императрица,– Перлы, что время могут изменять, ты сам сделал или помог кто?

Интересно, где я прокололся? Когда все имеющиеся артефакты в специальной комнате под роспись сдал или на отреставрированной картине следы магии обнаружили? Я уже говорил, что во дворце дураков не держат?

Само собой все перлы у нас по приезду во дворец изъяли, кроме дедовского, который здоровье ему улучшает. Что интересно, сами обитатели дворца ходят с артефактами и не скрывают этого. Император с матерью, так вообще, как ёлки зелёные от окружающей их эссенции здоровья.

— Я бы по этому поводу хотел отдельно с государем поговорить, — не стал я ни в чём признаваться, как и отнекиваться.

— Неужели, я тебя не устраиваю?

— Более чем устраиваете, Ваше Величество. Но справимся ли мы вдвоём? — вполне искренно улыбнулся я в ответ.

— Что ты имеешь в виду? — не менее весело отозвалась Мария Фёдоровна, но взгляд у неё тут же заледенел.

— Иногда сильные персоналии настолько подавляют всех вокруг себя, что люди забывают о своих первоначальных планах и начинают выполнять чужие, при этом теряя самого себя, как личность, — сделал я первый маленький глоток крепчайшего кофе, принесённого мне в крайне маленькой чашке, своим объёмом чуть ли не меньше стопки.

— Кстати, Александр Сергеевич, а что вы про Аракчеева можете сказать? — похоже, поняла меня мать Императора.

— Ровным счётом ничего, — с простодушной улыбкой развёл я руками, — Не сталкивался, не разговаривал, в слухи не верю, что бы там не болтали.

Мой тульпа, Виктор Иванович, в этом моменте изобразил лёгкие аплодисменты, видимые лишь мне одному.

— А что бы вы желали?

— В качестве альтернативного варианта для сложившейся ситуации, или чисто лично для себя? — уточнил я вопрос у Марии Фёдоровны.

Так-то, да. Аракчеев. Присосался, клещ, к довольно прогрессивному правителю намертво. Не было бы его, глядишь, и через пару лет не стало бы крепостного права. Этак лет на сорок раньше времени.

— Допустим, в качестве альтернативного варианта, — тонко изобразила подобие улыбки эта умная женщина, — Так как я догадываюсь, что себя вы при любом случае не забудете.

— В казённые деньги я свои руки никогда не запущу, — тут же заверил я её, искренне наслаждаясь нашим словесным пинг-понгом, — И русский народ шагистикой развлекать не стану. Нам нужна Родина, которой можно было бы гордиться и не только, но и жить в такой стране счастливо. Всем.

— Говорят граф Аракчеев в артиллерии весьма не плох. И сын мой ему доверяет, больше, чем кому-либо другому.

— Про артиллерию спорить не стану. Вопрос мне не слишком знаком, а в остальном граф Аракчеев всего лишь неплох, как исполнитель, хоть он и занят далеко не самыми полезными делами, — решился я на некоторые откровения, пока без особой крамолы, — Занимайся он одной артиллерией, мы бы про него и говорить не стали, не так ли? — отпил я следующий малюсенький глоток крепчайшего кофе.

Плохо меня Мария Фёдоровна знает. Я этот большой напёрсток кофе могу очень долго цедить.

— Доверяет ему государь. Сильно доверяет, оттого и позволяет много, — словно сама про себя заметила Мария Фёдоровна, неторопливо помешивая чай серебряной ложечкой.

— Видимо есть за что, — ответил я ей в тон.

— И какие же у вас, Александр Сергеевич, планы на дальнейшую жизнь?

— Если коротко, то хочу стать богатым и попытаться наладить образцовое хозяйство на пользу стране и радость людям.

— Тоже печётесь о бесправных крестьянах? — прищурила глаз мать Императора.

— Не на словах, а на деле желаю показать, что многие вопросы можно решить мирным путём. Было бы желание, — обозначил я крошечный глоток кофе.

— Государь мне не так давно хвалил поместье Аракчеева, назвав его образцовым.

— Алексей Андреевич безусловно талантлив, как управленец и организатор, но отчего-то люди, после проявления его талантов остаются недовольными и голодными.

— Интересное замечание. Но вернёмся к вам. Вы же служите?

— Пока, да.

— Отчего же пока?

— Князь в чине коллежского секретаря? Не правда ли забавно звучит. Мне не хотелось бы стать поводом для постоянных острот. Иначе до дуэли один шаг.

— И как же вы разбогатеть рассчитываете?

— Мои таланты вы знаете. Разве что теперь к ним добавилось умение Формирователя. Так что рассчитываю подать прошение на имя Императора, чтобы он разрешил мне создавать перлы на самостоятельно найденных колодцах, — закинул я удочку, в расчёте на доброе ко мне отношение Марии Фёдоровны.

— Ничего не выйдет, — ответила она, почти не задумываясь.

— Отчего же?

— Тот же Аркачеев не даст хода такому прошению. Предоставлять кому-то самостоятельность не в его правилах, а он не любит неопределённостей. К тому же вы, в некотором роде окажетесь ему конкурентом.

— Неужели в моих действиях есть хоть какой-то вред? Налоги в казну я буду добросовестно выплачивать. Известные ресурсы не затрону. А от новых перлов стране только польза ожидается, что в военном, что в экономическом плане.

— Попробуйте, — с досадой покачала головой великая княгиня, — Но учтите, я вас предупреждала.

— Ваше Величество, может вы мне полезный совет дадите? Век буду благодарен, — использовал я запрещённый приём, прекрасно зная, насколько люди любят давать советы.

— Могла бы я за вас попросить. Но государь не терпит, когда к нему с такими вопросами обращаются не те, кому по службе положено. Моё участие в жизни страны он ограничил заботой о женском образовании и учреждением воспитательных домов, — мягко отказала мне Императрица.