Хладнокровное чудовище (СИ) - Александрова Евгения - Страница 75

Глава 40

Свободна

Стоило этого ожидать — их обоих нашли гвардейцы императора и заставили спуститься по лестнице. Вальдер шёл небыстро, уворачиваясь от хватки незнакомого гвардейца. Быстрые шаги причиняли боль.

Гаррет выдал или растрепала Айза? Уже неважно. Пора это заканчивать.

Короткой дорогой их провели к храму, заставив пройти не по парадным ступеням — слава богам! — а через короткий полутёмный наклонный проход в скале напрямую наверх.

Вальдер ненадолго прикрыл глаза, привыкая к свету, разлитому вокруг. Они оказались в небольшой комнате храма на самом верху: снизу доносились голоса гостей, тихая переливчатая музыка флейт; гонг замолчал.

В этой комнате был только светлый ковёр во весь пол, каменные лики Четырёх богов на фронтальной стене и небольшие окна, выходящие на восток — за ними виднелась терраса с высокими колоннами. Здесь было место для молитв, но Вальдер не ходил сюда прежде.

— Ваше величество, — заговорил Вальдер, встречаясь лицом к лицу с самим императором, стоящим под ликами богов.

Неподалёку за его плечом замерла Арнеина, уже успевшая стать законной супругой императора. В парадном одеянии дарханов — летящем, многослойном, светлом с золотом, под цвет золотистых волос, серьёзная, чуть отстраненная. Показавшаяся сейчас взрослее, чем он видел её прежде.

На что похожа эта сцена, если учесть, что их обнаружили вместе, а Айдан — предательница, ударившая императора ножом в спину? Та, которую давно положено казнить.

Сиркх медленно кивнул ему и прошёл вперед к Айдан, что замерла сбоку от Вальдера. Шаги императора были легки и бесшумны. Сколько же времени они разговаривали в архиве — или император прервал обряд, когда узнал, что его бывшая ученица здесь и жаждёт снова его смерти?

Айдан отступила на шаг, глядя в глаза Сиркху.

— Я знал, что ты не уйдешь из города, — заговорил Сиркх.

— Ты сделал всё, чтобы это стало для меня единственным местом, — свела она брови и заговорила, едва сдерживая эмоции: — Приковал меня здесь своей волей и своим выбором. И я должна буду остаться здесь навсегда, Самуэль Давн. Город богов — моя кара, моя судьба и моя темница. Из-за тебя.

Айдан приподняла голову, и Вальдер видел, как её глаза были сухи — ни слезинки. Всё выплакала при нём или страх императора лишает и этого?

Парадоксально хотелось заступиться за предательницу, чью жизнь Сиркх и впрямь поломал. Воля и мощь императора подавляли — и в этой небольшой комнате его магический дар давил и вызывал оторопь и дрожь. Казалось, только Арнеина смогла привыкнуть и выносить это стойко, не дрогнув и не отводя взгляд.

— Твой дух невероятно силен.

Айдан только молча и медленно помотала головой, не соглашаясь с императором. Казалось, теперь она загнана в угол. Бежать больше некуда.

— Ты убил моих родителей.

— Это был их выбор уйти. Они наказали позаботиться о тебе, Айдан, потому что девочки с таким даром, как у тебя, рождаются раз в столетие.

Арнеина вздрогнула на словах про убийство родителей, и Вальдер осознал, что эта юная девушка ещё ничего не знает о том, кого выбрала себе в мужья. Дарханы умеют выпотрошить душу и вывернуть каждого наизнанку. И в этом можно как победить… так и сойти с ума.

С императором выживет сильнейшая. Хотелось разглядеть в чертах гордой северной княжны эту стальную твёрдость, но пока она походила на ту, которая растворится над напором силы Сиркха. Не сможет удержать такую мощь.

А Айдан — смогла бы?

Удержать свои границы и удержать самого императора на этой земле?

Но она ответила сама:

— А что, если я не хотела⁈.. Не хотела иметь такой дар, не хотела всё это чувствовать, слышать, испытывать? Не хотела умирать от горя, оплакивая свое одиночество, не хотела искать защиты в каждом встречном, когда Сеттеръянг жестоко, очень жестоко встретил меня и заставил забыть обо всём, что я знала и во что верила.

— Айдан, — веско сказал только слово Сиркх, и она замерла.

— Убей меня… — прошептала она. — Убей так же, как их. Как моего дядю. Как всех, кого я знала и любила. Я не справилась с этой силой. Слышишь⁈ Не справилась…

Айдан отступила на шаг ближе к Вальдеру, словно и в нём искала защиты, и император взглянул на него: серьёзно и по-новому.

— Думал, вы уничтожите друг друга… Такой сильный всплеск магии, что это мало кто может выдержать. — Сиркх окинул взглядом их обоих, и в его светлых глазах мелькали отголоски магических сил, способных подчинить себе весь город. — Что же, Вальдер, ты смог добраться до её сердца. Айдан должна быть благодарна тебе за это.

— А ты, Сиркх? — Вальдер спросил прямо.

Император со смешком кивнул, снова выглядевший, как обычный человек, как тот Самуэль, которого Вальдер знал прежде и с которым сходился в поединке один на один.

— Я благодарен тебе за спасение жизни. — Он поклонился. — За то, что взял удар на себя.

Айдан отошла ещё на шаг и невольно коснулась спиной груди Вальдера, стоящего за ней.

— Для тебя все наши трагедии — игра. Ты не человек, Самуэль.

— Это правда, — кивнул Сиркх. — Куда меньше человек, чем думают многие. Я не тот человек, который будет поддаваться страстям, потому что это всё я прожил в прежних жизнях. Здесь я теперь для большего.

— Я знаю, что будет дальше, — проронила Айдан. — Ты не остановишься на малом. Будет новая кровь. И власть твоя и свет твой — для одаренных, а что будет с остальными?

Арнеина впервые за разговор вышла вперёд.

— Я позабочусь об этом.

Принцесса Нимбора по-прежнему казалась слишком хрупкой, но Вальдер впервые посмотрел на неё по-новому — с любопытством. Может быть, он недооценивал и её.

Айдан снова помотала головой.

— Он уничтожит и тебя. Я не знаю, существует ли сила, способная теперь остановить. Теперь — тем более. Самуэль, ты должен вспомнить о том, с чего всё начиналось…

— Я помню. И ни на шаг не отступил от своей веры. Прошёл по заповедям каждого из Четырёх богов, и каждый из них откликнулся мне. Ты знаешь, это так.

— Но здесь не боги — здесь живые люди!

— Именно поэтому мы здесь. Живые. Чтобы жить. Чтобы ошибаться. Чтобы получать свой опыт. Чтобы расти. Или проигрывать и оступаться и начинать всё сначала. Именно в этом весь смысл.

— Ты тоже ошибаешься…

— Я всё же живой, — улыбнулся Сиркх.

— Столько лет я готова была служить тебе. Но ты всё разрушил и уничтожил, стёр в прах. Ты уничтожил всё, что было мне дорого, всех близких. И меня саму — тоже.

Айдан в порыве отчаяния нащупала руку Вальдера и сжала, будто пыталась прикрыться им, как щитом, от несправедливости императора, от всей жестокости, что ей пришлось пережить.

— Это был твой выбор, Айдан, — серьёзно взглянул Сиркх.

— Я была так глупа…

— Твоя сила тянулась к другой, столь же мощной. Я понимаю тебя как никто, сам был таким же и на твоём месте поступал бы точно так же. Тебе было бы мало простой жизни, тебе надо было больше — и ты получила всё, о чём просила твоя душа.

Вальдер выдохнул на этих словах императора. Вот в чём с Айдан они точно похожи — так это в безотчетном стремлении получить больше, ещё, даже тогда, когда силы на исходе и ты подыхаешь, не справляясь.

— Если бы я могла изменить своё прошлое — я бы никогда не…

— Не легла первая в мою постель?

Айдан так вцепилась в его руку, что едва не сломала кости.

Сиркх говорил просто и прямо и сейчас вдруг напомнил Вальдеру и Эльханана, и даже самого верхновного бога, старшего из Четырёх, на аудиенцию к которому они все сейчас попали. Его ничуть не смущало, что они не одни, что все собравшиеся в этом маленьком зале связаны друг с другом сложной паутиной, нитями судьбы — но перед богами все равны.

Не оставалось тайн и полуправды: Айдан сама пришла к Самуэлю и сама выбрала посвятить ему свою жизнь.

— Ты чудовище…

— Мне жаль, Айдан. Но ты должна остановиться. Эта игра закончена.

Выпустив руку Вальдера, Айдан соскользнула на пол, опустилась на колени, сохраняя прямой спину. Приподняла голову, глядя на императора снизу вверх, и Вальдер с холодом в душе понял, что значат последние слова Сиркха.