Хладнокровное чудовище (СИ) - Александрова Евгения - Страница 62

Один за другим люди прижимали к груди кулак и опускались на колени, сохраняя полное достоинство и силу, но выражая почтение тому, кто говорит с богами. Сиркх тоже прижал ладонь к сердцу и ехал верхом так, молча и сосредоточенно, и по выражению его лица, на которое поглядывала искоса Арнеина, нельзя было ничего прочесть, но вид его небесных глаз, словно сияющих собственным светом, наполнял душу трепетом и любовью.

Можно ли так любить того, кого она едва знает? Это было что-то за гранью человеческих чувств. Первая же встреча пробила ознобом, словно они уже знали всё. Больше, чем можно сказать и выразить на этом человеческом языке. Словно они знали друг друга в прошлом — ещё до рождения. И теперь, соединившись, прозвучат так же громко, как этот всепроникающий удар в гонг.

Гонг звучал снова и снова, и волны звука накатывали одна за другой, сталкивались и резонировали в каждом, кто сейчас находился в городе богов. Хотелось тихонько кричать — от избытка эмоций, от силы, что плескалась вокруг. Душа требовала соединиться с этим звуком и звучать вместе с ним, и Арнеина позволила своей магической силе разойтись за пределы тела, удваиваясь и утраиваясь в божественном пространстве вокруг.

Хотелось прикоснуться к душам людей, что собрались вокруг. Отдать им часть растущей, невозможной любви, что ширилась в груди и требовала выхода. Как Великий Дух однажды сотворил мир из этой любви, так теперь Арнеина чувствовала в себе силу творить и менять миры вокруг себя.

Сиркх поравнялся с ней и протянул свою ладонь. Повернувшись полубоком, она соединила свою руку с его и прикрыла глаза, не в силах удержать улыбку. Лучше этого мига не могло быть ничего. Соединяясь, их сила становилась ещё больше и могла дотянуться до неба.

— Завтра на рассвете, — тихо проговорил Сиркх, подходя к её лошади, когда они остановились на площади, и глядя снизу вверх, — пройдет обряд. Чувствуешь ли ты, что готова?

Солнце мягко окутывало императора светом, ветер слегка трепал тёмные волосы, и пришлось чуть сощуриться, чтобы разглядеть его глаза. Ей уже было нестрашно смотреть в самую глубину, потому что в ней она видела… себя. Арнеина кивнула, и Сиркх протянул руки, чтобы подхватить её с седла и мягко опустить на землю.

Взъерошенная ветром и поездкой на открытом просторе, в непривычном многослойном наряде, такая небольшая рядом с ним, обхвативших обеими руками, она вдруг почувствовала себе хрупкой, маленькой, но такой уютной, и хотелось, чтобы это мгновение продлилось, а людей вокруг не осталось бы вовсе.

— Ваше величество, — подошёл всё-таки кто-то.

Один из ближайших советников. Арнеина отошла и снова расправила складки, пока император отвлёкся на обсуждение формальностей, где и когда будут находиться члены совета ордена дарханов, в какой момент всем будет позволено прийти на церемонию и другое, во что она уже не стала вслушиваться.

— Ваше величество, — заговорил мужским голосом ещё кто-то, подошедший со спины, и Арнеина вздрогнула, хотя обращались снова к императору, а не к ней.

Человек был среднего роста, среднего телосложения и внешне непримечательный, но Арнеина не могла не заметить наряд дарханов — он был тёмного цвета, а не светлого, русые волосы были зачёсаны назад, а глаза смотрели прямо, любопытно и внимательно, ничуть не подобострастно и не заискивающе, как часто смотрели на Сиркха его собеседники.

Император сразу повернулся к подошедшему и… обнял, опустив ладонь ему на спину вместо церемониального приветствия, к которому привыкли при дворе. А после отстранился, и на лице его были куда более живые эмоции, чем обычно.

— Моя душа рада видеть тебя, Эльханан.

— Да будет благосклонен к тебе Скадо, — улыбнулся в ответ мужчина, и сеточка морщин вокруг глаз проступила при его улыбке.

То, что этот человек особенный, Арнеина поняла с первого звука его голоса, но то, как его принял император, возвысило мужчину в её глазах ещё выше.

— Прошу, познакомься, — обернулся Сиркх к ней и, взяв мужчину за плечи, развернул тоже и представил: — Моя избранница и будущая жена, Арнеина де Лаурент.

Сложно было сказать, какой у него цвет глаз, они то казались серыми, то отдавали зеленью, но когда мужчина улыбался, это переставало иметь значение. Было в нём что-то особенное, что ярко чувствовалось за внешней оболочкой — и эта сила притягивала и внушала трепет.

Мужчина прижал ладонь к сердцу и поклонился, не сводя с неё внимательный взгляд. Не угрожающий, но такой яркий, цепкий, видящий целиком — и при этом овевающий благодатью, как взгляд служителя богов.

Это оказалось недалеко от правды, потому что он заговорил:

— Огромная честь для меня, ваше высочество. Меня зовут Эльханан де Маггид, и я служу Четырём богам в Сеттеръянге.

Он протянул ей руку, Арнеина вложила ладонь, повинуясь и обстоятельствам, и своему внутреннему порыву. Эльханан сжал её пальцы и поцеловал невесомо, только воздух овеял кожу, но этого краткого касания хватило, чтобы он сказал:

— Я должен поговорить с вами, госпожа. Вы избраны богами. — Он не обернулся к Сиркху, просто тихо уточнил: — Ты ведь позволишь, Самуэль? У тебя будет для этого вся твоя жизнь, а у меня… лишь небольшой момент.

— О, я знаю, как ты любишь разговоры, — усмехнулся император, жестом позволяя увести лошадей. — И конечно, это нужно прямо сейчас, даже не дашь ей отдохнуть с дороги?

— Мой дом — лучшее место для восстановления сил, — серьёзно отозвался Еремиас. — Ты знаешь. Но ты и так полон их, поэтому позволь мне говорить с твоей избранницей наедине.

— Я не властелин её, — скрестил Сиркх руки на груди, посмотрев прямо на Арнеину, и улыбнулся. — Гордая северная княжна сама вправе решать, готова ли она говорить с тобой прямо сейчас — или предпочтёт перевести дух и провести время в тишине.

— Вот как, — хмыкнул Эльханан, тряхнув головой, и смахнул назад прядь русых волос. — Не властелин! Ну право… Что скажете, дорогая княжна?

В их разговоре было так много простоты и тепла, так много божественной силы, что Арнеина какое-то время просто следила, не вовлекаясь, но чувствуя, что происходит что-то важное прямо сейчас. И на словах Сиркха про властелина тоже улыбнулась, бросив всё же взгляд на императора.

— У меня много сил, сентар де Маггид, и я с радостью поговорю с вами прямо сейчас. Особенно, если вы говорите, что сам ваш дом священен и наполняет могуществом. Как можно от такого отказаться? — она смотрела снова в посветлевшие глаза служителя богов и не стала вслушиваться, есть ли недовольство в голосе императора.

Он действительно не распоряжается её жизнью. Самое время установить свои собственные границы и идти туда, куда ей кажется важным.

Дом сентара де Маггид стоял на одной из вершин скал, окружающих Сеттеръянг. Арнеина поднималась следом за мужчиной в тёмном, и с каждым шагом утверждалась в том, что идёт верной дорогой: тропа казалась всё надежней, шаги легче, а в груди теплело и словно крылья разворачивались за спиной.

Эльханан провёл её в небольшое светлое помещение с большими окнами, обращёнными на площадь. Усадил на мягкое кресло у стены, а сам опустился на застеленный ковром пол у низкого столика, оперевшись на подушку. По его просьбе в зал принесли прохладную воду в керамическом графине, горячий чай в пиалах и простые угощения — орехи, сушеные фрукты и немного сыра. Пахло всё ароматно, тихо потрескивала одна свеча на столике, не чтобы освещать зал, а просто создавать уют и пряный апельсиново-коричный аромат.

Аренаина почувствовала, как расслабляется всем телом, как отпускает напряжение, в котором она невольно находилась всё время рядом с императором. И вроде и напряжение это было скорее приятным — щекотное, будоражащее предчувствие, но всё же…

— Угощайтесь, госпожа, — служитель потянулся и сам взял одну из пиал, грея в руках и медленно потягивая аромат травяного настоя. — Этот чай я собирал своими руками. Люблю бродить на рассвете в разнотравье и выбирать самые ароматные и полезные растения для сборов — здесь это удается редко, да и травы совсем другие, не такие, как у меня на родине в степях и лугах Энарии. Приходится привозить. Но вы тоже очутились в других краях, так что нам с вами привыкать к новой жизни…