Хладнокровное чудовище (СИ) - Александрова Евгения - Страница 59

— Так сказали мне боги, — прошептала она наконец.

— Они говорят вам разные вещи, — задумчиво проговорил Вальдер, вплетая пальцы в её волосы на затылке. — И, как видишь, пока на его стороне, раз он остался жив, а ты — бежишь.

— Я больше не бегу, — тихо выдохнула Айдан, оставаясь лежать на его груди, такая горячая и расслабленная, и это единение… смягчало душу.

Но этого и стоило бояться, хоть он и сам этого захотел.

— Кто стоит за тобой?

Она вздрогнула, когда он снова перешёл к допросу, забыв всё, что только что было. Но, разнеженная и доверчивая, она была куда разговорчивей, чем прежде.

— Зачем тебе знать? Ты пойдешь с нами?

— Я должен знать. Это мой долг. И может быть, я хочу понять, насколько ты безумна.

— Настолько, насколько и ты, — она слегка впилась ногтями в его грудь, и Вальдер тихо прорычал.

— Ты совсем меня не знаешь.

— А если я хочу — знать? — Айдан, преодолев его сопротивление, приподнялась и всё же взглянула в упор в глаза. — Если я хочу, Вальдер? Я тоже здесь, с тобой, и не желаю тебе зла. Я рассказала тебе всё. Расскажу больше, про себя, про Сирха, всю правду, что мне доступна, если ты захочешь… если ты примешь меня такой. — Она замерла и спросила: — Или мы снова будем сражаться?

— Садись.

Вальдер поднялся и сел, вытянув ноги, усадил Айдан рядом. Факел потрескивал уже слабее, им стоило прихватить остальные, но возвращаться не хотелось.

Обратного пути нет, капитан.

— Расскажи, — бросил он коротко, не глядя на неё, а доставая портсигар.

Сигара оставалась одна — из тех, что скрутил ему Гаррет. Чутье подсказывало, что старый пёс жив и роет землю в его поисках, но у него были указания, как поступать в случае чего, и Вальдер сохранял спокойствие.

Устроившись у очередных камней поудобнее, он закурил, позволяя горькому дыму наполнить лёгкие и глядя, как Айдан кутается в рубаху.

Стащил с себя куртку и накинул ей на плечи, удерживая сигару в зубах. Айдан отказываться не стала, продела руки в рукава и застегнула крючки на груди, прикрывая свой порванный наряд и оголённое тело.

— Будешь? — предложил он ей сигару, заметив, как она смотрит.

Айдан внезапно кивнула, взяла сигару и затянулась, глядя ему в глаза. У них скоро погаснет факел, но идти никуда не хотелось. Некуда. Решение не принято, а там, за пределами этой пещеры, на них тут же обрушится весь мир.

В пещере было душно и влажно, хотя от земли шёл первородный холод. Долго здесь пробыть будет тяжко. Это Сиркх — любитель сидеть в пещерах, Вальдеру же такое развлечение не казалось привлекательным вовсе. Однако и спешить не хотелось. Не сейчас.

В тонких пальцах Айдан сигара смотрелась чужеродно, но даже её она обнимала губами так соблазнительно, словно была рождена для роли разбивательницы мужских сердец. И снова хороша — даже такая простая, дикая, растрепанная, но безумно женственная наперекор своему наряду.

— Я не одна в этом, — заговорила Айдан наконец, выпуская дым, который клубился в свете факела особенно зловеще, и возвращая ему сигару. — И за мной не только те люди, которых ты видел на скалах.

— Кто ещё?

— Кое-кто влиятельный.

Вальдер вопросительно взглянул, и Айдан вздохнула, договаривая:

— Среди заговорщиков действительно был мой дядя. Последний мой близкий родственник, которому я доверяла. Тот, кого Сиркх убил унизительно и прилюдно, сделав из казни благородного человека — развлечение для своего отбора невест. Да он сделал из него посмешище, отдав решение о жизни или смерти девицам, часть из которых и вовсе никто и ничего из себя не представляет! И я снова убедилась, что не боги говорят с ним, а чудовища — в его собственной голове.

— Твой дядя мёртв, — проговорил Вальдер, наблюдая за её эмоциями, и стряхнул пепел. — Кто ещё?

Айдан на время замерла, обдумывая, может ли раскрыть все карты. Отчаяние её толкало, последняя надежда или действительно какие-то чувства? Вальдер жаждал узнать ответ на этот вопрос.

— Тот, кто был равным Сиркху. Их было Четверо. Не удивительно, правда? Да, Сиркх был не единственный, с кем говорят боги, но только он решил, что вправе взять на себя ответственность за целый мир — и сделать так, как ему кажется верным.

— Кто?

— Ты не знаешь. Эти люди никогда не показывались прилюдно. Только Сиркх…

— Но они существуют и ты их знаешь? — утвердительно спросил он, выдыхая дым.

Когда-то сигары были его привычкой, потом он бросил, сочтя ненужным. И вот снова руки потянулись, будто затуманив дымом голову станет легче жить.

— Да. Они даже были в ордене дарханов, тогда, давно… Но разошлись во взглядах… с императором.

— Где же они теперь?

— Про двоих я ничего не знаю. Но один… Он вернулся, когда узнал, что Сиркх устроил переворот и убил короля, взял власть в свои руки. И он готов этому противостоять, чтобы вернуть мир на наши земли.

— Ты правда в это веришь? — Вальдер снова затянулся.

— Во что?

— Что на наши земли вернется мир.

— Путь Сиркха — путь во тьму. Вот во что я верю.

Вальдер отбросил сигару и поднялся, откашлившись. Подобрал факел, сгоревший уже больше, чем наполовину, и протянул руку Айдан.

— Идём.

Айдан приняла его ладонь, ещё пытаясь прочитать по его лицу, верит он ей или нет. И готов ли вместе с ней устроить новый переворот, чтобы уничтожить императора, чтобы снести лишь недавно утвержденный режим и снова переиграть всё так, как будет выгодно кому-то другому — некому Четвертому, человеку, о котором не знает ничего.

— Я проведу тебя в Сеттеръянг, и ты убедишься, что я не одна, — сказала Айдан, поднимаясь и возвращая себе привычный, насмешливо-решительный вид дарханки, которой всё нипочём.

Глава 32

Вальс во тьме

Они пошли дальше вместе и какое-то время молчали. Вальдер поймал руку Айдан и сжал в своей, с силой, но без боли. Хотелось чувствовать её ладонь и живую, кипучую энергию, которую она не сдерживала теперь: и интерес, и страх, и тягу.

— Вы охраняли этот тайный ход, чтобы пробраться в город, когда туда прибудет император со своей невестой?

Айдан едва заметно напряглась от этого вопроса, но потом кивнула.

— У вас есть план, как его убить?

— Да.

— И ты мне его расскажешь? — Вальдер покосился на Айдан и перехватил её ладонь, проведя большим пальцем по внутренней части, вызывая у неё щекотные мурашки.

С ней было удобно говорить, когда она была так открыта и поддавалась его действиям. Всё же близость, уже случившаяся, разрушала многие стены.

— Если ты поклянешься, что не убьешь меня, — сдержанно проговорила Айдан, понимая, что у него оказалось больше власти над ней, чем она думала раньше.

— Клянусь.

Если бы сказанные слова обладали той же силой, которой обладают магические заклинания на даори, подкрепленные особыми жестами и волей мага. Но увы, даже с Айдан не взять такой клятвы, которую бы она не смогла нарушить.

Факел, догорая, зашипел и погас. Очень театрально! Вальдер выругался, отбросив ставшую бесполезной палку. Глаза с непривычки не могли привыкнуть к мраку, даже если проморгаться. У него оставался кремень, чтобы высечь искру, но жечь нечего — разве что снятую друг с друга одежду, да только хватило бы ненадолго.

— Романтично, да? — прошептала Айдан в полной темноте, крепче сжимая его руку.

— Безумно. Сможешь вывести нас так?

— Да… Попробую. Осторожней, здесь много камней, — она в полной темноте сделала шаг и зашипела от боли, наступив босой ногой на что-то явно некомфортное.

Впрочем, не притворяется ли слабее, чем есть? Она сильный маг, раз была нужна императору, и вполне способна противостоять мелким неприятностям. Хотя эмоция боли прочувствовалась от неё самая настоящая, и даже на пару мгновений стало Айдан жаль.

Идти в темноте было совсем иначе. Вальдер острее прочувствовал, как давят невидимые стены и как сгущается мрак и предчувствие. Куда он идёт? Стоило ли спускаться в свою личную бездну, чтобы поговорить с демонами лицом к лицу? Кажется, скоро он узнает ответ…