Невеста поневоле, или Доведи дракона до бешенства! (СИ) - Такер Эйси - Страница 33

Глава 38

Айрин

Я чувствовала, как его пальцы в ответ сжимают мои. От этого взаимного жеста меня переполнили новые теплые и мягкие эмоции. Хотелось улыбаться. Хотелось петь и танцевать. Конечно, в душе все еще таилась обида на Риэлиса за то, что он пошел на брак со мной ради семейной реликвии. Но в то же время я помнила, что всего несколькими неделями ранее, сама и вовсе не хотела выходить за него замуж, практически ненавидела.

Но за время совместного расследования все изменилось. За несколько недель я узнала Риэлиса совершенно в другом свете, увидела в нем иного человека, а вовсе не того, которого помнила с детства. И то, что Риэлис спас меня сегодня, да еще и отказался от обещанного отцом кольца, говорило о том, что его отношение и чувства ко мне тоже стали иными. И теперь уже казалось, что нам всё по плечу.

— Куда мы теперь? — встав на цыпочки, шепнула я на ухо Риэлису, пока мы ожидали открытия дверей из темницы.

— Я — доказывать твою невиновность. А ты тем временем побудешь под присмотром того, кому я могу доверять.

— Но ты же сказал, что я должна помочь тебе?

— Конечно. И поможешь тем, что я буду знать, что ты в безопасном месте, а не в темнице с преступниками, — тихо, но серьезно произнес Риэлис и крепче сжал мою ладонь, а я подавила улыбку, запоздало вспомнив, что нахожусь под пологом невидимости.

Мы преодолели лабиринты-коридоры ведомственной узницы. Выйдя на улицу, я, наконец, смогла вдохнуть свежий вечерний воздух полной грудью. Мы переместились через портал в служебную квартиру Риэлиса, и он снял с меня полог невидимости.

— Ещё одно перемещение, и ты будешь в безопасности, — улыбнулся он, бережно касаясь моей руки. — Только пообещай мне, что будешь находиться там и никуда не высовываться, пока я не докажу твою невиновность, Айрин.

— Обещаю, — абсолютно искренне ответила ему и согласно закивала, ведь больше лезть в приключения мне совершенно не хотелось.

—  Умница, — усмехнулся Риэлис.

Сотворив новый портал, он жестом предложил пройти мне первой, и я шагнула вперед. Место, где я оказалась, было пропитано спокойствием и выглядело просто сказочно. Перед нами был небольшой уютный домик посреди дивного благоухающего сада. Звучали негромкие, почти убаюкивающие трели птиц, а небо украшало круглое блюдце луны и россыпь множества звёзд. Казалось, мы попали в другой мир.

— Кто здесь живет? — спросила, следуя за Риэлисом к дому и с интересом оглядываясь по сторонам.

— Здесь живёт, кхм… моя няня, Серфина. Вернее, раньше она была моей няней, сейчас — добрый друг семьи.

Риэлис тихонько постучался, и вскоре дверь распахнула статная пожилая леди.

— Риэлис, дорогой! — тепло улыбнулась она, увидев нас на пороге.

— Здравствуй, тетушка, — улыбнулся Риэлис в ответ.

— Как чувствовала, что сегодня будут гости, пирогов вот напекла! С кем это ты ко мне пожаловал? — с лукавой ухмылкой поинтересовалась женщина, заводя нас в дом.

— Мне зовут Айрин, — кротко ответила ей и смущённо улыбнулась.

Женщина с интересом присмотрелась ко мне, а затем расплылась в улыбке:

— Как же я рада воочию тебя увидеть! Риэлис столько о тебе говорил в юности!

— Тетя! — грубо прервал ее Риэлис, сведя густые брови к переносице, на что женщина лишь многозначительно улыбнулась и подмигнула мне.

Войдя в небольшую столовую, мы помогли Серфине накрыть угощения, а затем все вместе разместились за круглым столом и принялись пить чай с пирогами, да такими вкусными, каких я прежде и не пробовала никогда!

— Ну, дорогой, рассказывай. Как ты? — завела беседу Серфина.

— Проблемы, тетя, — мрачно отозвался Риэлис. — Айрин попала в затруднительную ситуацию по моей вине. И я бы хотел, чтобы она пожила у тебя, пока я не улажу все.

— Кончено, Риэлис, я буду только рада помочь, — с готовностью отозвалась женщина. — А что произошло?

— Нас подставили. И теперь Айрин считают преступницей. Как ты понимаешь, о ее местонахождении никто не должен знать. Но, уверяю, она ни в чем не виновата! Но если ты вдруг решишь отказать, то…

— Я верю тебе, Риэлис, и не собираюсь отказывать, — вкрадчиво произнесла Серфина. — Если ты говоришь, что Айрин не виновна, значит так оно и есть.

— Хорошо, спасибо, — кивнул он. — Тогда оставляю Айрин на твое попечение, а мне пора идти.

— Так скоро? — встрепенулась женщина. — Но вы ведь только пришли!

— Знаю, но сейчас каждая минута на счету, нет времени на беседы, — ответил Риэлис, встав из-за стола. — Айрин, проводишь меня?

— Я? Конечно, — кивнула и, спешно поднявшись из-за стола, поспешила за Риэлисом.

Задержавшись у выхода, Риэлис окинул меня беглым взглядом и произнес:

— Айрин, ты ведь не против остаться с тетушкой Серфиной, пока я буду заниматься расследованием?

— Конечно, совсем не против, — улыбнулась я. — Нам с ней явно будет о чем поговорить! — не удержалась от смешка.

Риэлис шумно выдохнул, затем его ладони легли на мою талию, притягивая к себе. От неожиданности я задержала дыхание и упёрлась ладонями в его мускулистую грудь, облаченную в ведомственную форму. Под пальчиками четко чувствовалось скорое биение его сердца. Мое же и вовсе сошло с ума.

Я смотрела в потемневшие глаза Риэлиса и прерывисто дышала, разомкнув губы. Тело пробила дрожь от вспыхнувшего вмиг желания прильнуть к его губам.

— Айрин, — прошептал Риэлис и впился в мои губы жадным поцелуем, словно отвечая на мою безмолвную просьбу.

Так он еще никогда меня не целовал: порывисто, напористо, страстно. А я растворилась в этом поцелуе, отдаваясь ему без остатка и не скрывая своих чувств. Я так долго прятала свою любовь к Риэлису за маской, пыталась угомонить чувства, подавить их, что сейчас испытала неподдельное облегчение и радость.

Этим поцелуем Риэлис словно говорил: «Ты теперь моя навсегда, и больше я тебя никуда не отпущу». А я ему отвечала: «Я твоя, только твоя»…

Глава 39

Айрин

Не успела я опомниться, как Риэлис быстро покинул дом, не сказав больше ни слова. Сердце в груди колотилось как сумасшедшее, а щеки пылали. Мне все еще не верилось, что все происходит по-настоящему.

Когда меня бросили в темницу, я меньше всего беспокоилась о своем заточении. Думала лишь о словах лорда Вальтера, вновь и вновь прокручивая их в голове: о разрыве помолвки и о том, что Риэлис получит то самое кольцо, из-за которого и согласился на свадьбу со мной…

Я думала, что это конец. Была убеждена в том, что не нужна Риэлису, поскольку более не представляла для него никакой ценности. И от этой мысли становилось так горько, что хотелось провалиться в забвение и никогда из него не возвращаться.

Но вопреки моим ожиданиям Риэлис пришел за мной. Он не стал дожидаться, пока меня оправдают, и я на законных основаниях смогу получить свободу. Он рискнул всем ради того, чтобы вытащить меня из той дыры и доставить в безопасное место.

Отдавал ли он себе отчет в том, что произойдет, если его действия раскроются в ведомстве? Наверняка. Но все равно не отступил. Значит ли это, что у него есть ко мне чувства? Наверное…

Да, его поступок говорил о многом, хотя настоящее признание было бы совсем не лишним. Мне ведь так хотелось услышать от него эти слова! А он так ничего и не сказал, лишь поцеловал. Или это и было его признанием?

Всё ещё находясь под впечатлением от поцелуя, я провела кончиками пальцев по губам, вспоминая тепло и мягкость губ Риэлиса, и в задумчивости вернулась к Серфине.

Женщина была действительно приятная, тактичная, не принуждала к ведению беседы. Даже не стала расспрашивать о том, почему я веду себя странно после ухода Риэлиса. Вместо неуместных расспросов она стала рассказывать о его детстве. И говорила она об этом с таким очарованием, что я напрочь забыла о своем бедовом положении.

— …Риэлис всегда был целеустремлённым, любознательным, напористым. Если чем-то заинтересовался — из-под земли достанет, но добьется своего, найдет то, что ищет. Характер у него, конечно, ого-го! Дерзил частенько в юности, мог вспылить из-за какой-нибудь мелочи, но быстро остывал и всегда умел просить прощения, — рассказывала тётушка, пока я уминала третий кусок вкуснейшего теплого пирога.  — Вот смотрю на него и не нарадуюсь, каким он замечательным вырос. И очень рада, что не вобрал в себя все дурные качества своего отца.