"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович - Страница 247

Линии ФСПС не в силах прослушать никто. Шифры ФСПС невозможно разгадать, как руны праяунгийской цивилизации Предыдущих. Операторы ФСПС будут смаковать кофе на посту, даже если поверхность планеты выгорит в кериленовом огне. Обойти такое заведение в цикле передач «Гаранты безопасности» было невозможно.

— Вот они — бессменные дежурные, чьи руки лежат на пульсе нашего беспокойного мира!.. Канал V — первый, которому разрешено вести съемку на сверхсекретном объекте ФСПС. Эти парни и девушки чувствуют себя превосходно, ведут себя раскованно, но они всегда готовы соединить первых лиц Федерации с Генштабом Айрэн-Фотрис и Комитетом стратегического командования, с любым нашим патрульным кораблем, как бы далеко он ни был.

Операторы улыбались — их так редко хвалили вслух!..

— Проверим их готовность, — Доран склонился к красотке афро-азиатского типа. — Ваше имя?

— Нэбьюла, номер девятьсот сорок.

— Простите, разве вы — киборг?..

— Так мы называем себя на посту, иначе не положено.

— Дисциплина во всем! А если я попрошу вас соединить меня с кем-либо, вы сначала…

— …запрошу разрешение старшего по смене.

— Итак! Свяжите меня… — Доран задержал дыхание на паузе; в голове его проскакало несколько имен, — с Хиллари Хармоном!

Он сам не понял, как это вырвалось, но другого шанса не было.

— Сэр? — Нэбьюла оглянулась на старшего; тот кивнул.

— Запрашиваю Баканар-один, — поясняла Нэбьюла свои манипуляции. — Есть коннект. Ввожу пароль… уберите камеру, Доран.

— Волк, объектив в пол.

— Говорит ФСПС-главная, Нэбьюла девятьсот сорок. Экстренная связь с Хиллари Хармоном, пожалуйста. Благодарю вас. Трубка или свободная акустика?

— Для всех!

— Извольте. Мистер Хармон?..

…Встав пораньше, Хиллари с утра наговорил главу «Основ робосоциологии» и отправился тиранить кукол. Легче всего было с Детьми Сумерек — они освоились в клетке, судачили о том, что их тревожило, и ехидно пошучивали, кто и как выглядел после «Блока», а еще — маялись от непривычного безделья. Хиллари велел им принести записывающее устройство с пачкой дисков: «Скачивайте свои биографии — чьи вы, откуда и когда сбежали. „Гарпуном“ в эту машинку не стрелять». — «А то и она удерет», — прибавил остряк Анилин, и все заржали. Охра хитренько пропела: «Что вы, господин начальник, у нас никаких „гарпунов“ нету». — «Ах, я забыл — в Банш кукол из чужих „семей“ крадут по-простому, врукопашную. Не забудьте и это списать для меня». — «Значит, вы кого-то читали… — Кристалл поглядел в потолок. — Косичку и Маску, которых вы однажды чуть не… интегрировали силой. Интересно знать — по приказу вы на них накинулись или…» — «Нет, сами. У „отцов“ зарок — не угонять друг у друга киборгов, это подлеж. За это из Банш выпнуть могут. Но бывает всякое…» — «Та-ак… и Звездочету вы бы не сказали, что приобрели рабыню, а ее подружку развинтили на запчасти?» — «Они нам чужие, — был ответ. — Другая, не наша „семья“. Звездочет медленно набирал новеньких, а нас чем больше, тем удобней зарабатывать и жить». — «Что не гарпунили? Это же проще». — «Гарпун» «гарпуном» не вышибешь; надо спецом затачивать, чтоб один другим вынесло… Как там наш Цинк?» — назвал Кристалл то, что заботило всех. «Поломки поправимые. Кино про вас ему показали. Ждите, скоро явится».

«Кибер-расизм в свободном братстве, — окончательно уверился Хиллари. — Нет, даже больше — племенная рознь! Наш тотем — летуница, ваш — шуршавчик; значит, вы не люди. Фанк уже поплатился за свою веру».

Идти уламывать Лильен? Нет, лучше почитать Фосфора или Цинка, пока они отключены от тел. В них, даже не тараня, можно накопать немало. А нужно собрать ой сколько!.. Следствие по «войне кукол» требует исчерпывающей информации, а следом и суд свои претензии предъявит.

И едва Хиллари собрался…

— Мистер Хармон? Говорит ФСПС-главная, Нэбьюла девятьсот сорок. Для вас — экстренная связь. Соединяю.

«ФСПС? Значит — Президент?.. Или министр обороны? Какая честь… но рано или поздно мне пришлось бы отвечать за все скандалы. Просуммируй, Хил, и содрогнись — киберы с поддельными жетонами в Фанк Амара, экипаж фургона „Архилук“, спектакль на „столбе“… Нажаловаться на тебя наверх мог кто угодно — от А'Райхала до „политички“. Съедят».

— Алло, Хиллари Хармон? — весело выкрикнула трубка. — С вами говорит Доран! Наконец-то я вас слышу!

— Приветствую, — Хиллари убедился, что связь исходит от ФСПС. Фантастика… — Доран, вы умеете добиваться своего. Потрудитесь изложить цель вашего звонка; я занят, и потому…

— Я ненадолго отвлеку вас, Хил. Все ждут, когда вы правдиво расскажете Городу о «войне кукол» — накопилась масса вопросов. Вся надежда на вас! Канал V и авторская аналитическая программа «NOW» готовы дать вам эфирное время на любых ваших условиях! Назовите цену интервью и…

— Пятьсот тысяч, — ляпнул Хиллари наобум и тут же понял: «Ни томпаком меньше!»

— Да ты что, виском об угол трах… — выдохнул Доран, но осекся, — я согласен. Я согласен!! Сайлас, не корчи рожи, это не твои деньги!.. Но, Хил, за такие бутки я тебя как перчатку выверну. Я тебя выпотрошу. Полмиллиона! Так ты готов на интервью?!

— Присылай адвокатов, — ответил Хиллари, — и черновик сценария.

— Я предусмотрю в нем уйму импровизаций!.. Это мое право!

— Мы договорились, Доран. До свидания, — прежде чем отключиться от линии ФСПС, Хиллари успел уловить: «Централы, вы все слышали, что…». «Ах, подонок, — он это транслировал!.. Тем лучше, не сможет отпереться».

— Только сейчас. При вас. В режиме on-line. Было назначено самое дорогое интервью в истории, — чеканил Доран, глядя прямо в глаза каждому зрителю. — И оно выйдет в эфир, чего бы это мне ни стоило.

Когда Хиллари зашел к Фердинанду, тот лежал на подстилке, прикрывшись спальником, как одеялом, и делал вид, что спит.

— Фердинанд, — заговорил Хиллари, усаживаясь на стул, — я знаю, что вы притворяетесь. Может быть, вы откроете глаза и мы немного побеседуем?

— Просто я не знаю…

Само то, что Конрад Стюарт отозвался, обрадовало Хиллари. Арестант мог опять начать ругаться или угрожать голодовкой или выдумать еще что-нибудь, чтобы и дальше портить Сиду кровь своим непрекращающимся сопротивлением. Хорошо, что Конрад идет на контакт, а не вопит день и ночь, зажав уши и закрыв глаза, о своих попранных правах. Некоторые в этом доходят до умоисступления.

— Не знаю, как еще от вас отделаться. Я уже второй день по шесть часов выкладываюсь перед вашим следователем. Исключительно тупой у вас сотрудник; то ли он мне не верит, то ли совершенно не разбирается в сетях. Я измучился объяснять ему простейшие вещи. И едва я прилег отдохнуть, как являетесь вы и начинается второй раунд, с новым противником. До этого, наверное, была разминка. А не пошли бы вы к черту, мистер Хармон? По закону мне полагается шесть часов допроса в день, и я эту квоту выбрал. И точка.

— Я не собираюсь вас допрашивать, — как можно более миролюбиво сказал Хиллари, — я хотел просто поговорить.

— Отправьтесь в ресторан и наймите гейшу, если вам не с кем словом перемолвиться, а меня оставьте в покое. Или у вас хобби такое, Принц?

Последнее слово было сказано со всей издевкой, на какую был способен Конрад; Хиллари подумал, что новая кличка прирастает к нему все прочней, но раздражения не ощутил.

— Называть меня Фердинандом могли только члены моей семьи и близкие друзья. Ни к одной из этих категорий вы не относитесь, — продолжал Конрад говорить, лежа и с закрытыми глазами, а Хиллари весело думал: «Как же это напоминает прием у психиатра! И когда Конрад это поймет?..», — так что потрудитесь обращаться ко мне официально.

— Официально вас не существует, — продолжил мягким голосом Хиллари, — именно об этом я и пришел потолковать. То есть — о перспективах вашей будущей жизни.

— Не беспокойтесь, — Конрад по-прежнему не открывал глаз, — я уже все представил: дознание, суд, тюрьма. Через это проходят многие, и я смирился. Я все приму спокойно и достойно. Да, это я создал ЦФ-6, но свою семью я на террор не программировал и приказов таких не отдавал.