"Фантастика 2024 - 156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович - Страница 173

Да и не всякий может выдержать такое обучение, а потом — работу. Когда Селене, еще в колледже, после психологического и биохимического тестирования были объявлены результаты, по которым ее брали в группу бесплатной подготовки государственных операторов сетевых систем, она с радостью согласилась — и начался ее путь в Баканар, то теперь она — еще в оперотделе уставшая от дежурств до такой степени, что не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, два раза побывавшая в центре «Здоровье», насмотревшаяся, как люди падали без сознания, мучались от депрессии и вегетокризов, уже сомневалась в правильности выбора. Хармон, как дьявол, обольстил ее допуском в святая святых — научную лабораторию проекта, и Селена, движимая упорством и честолюбием, поддалась искушению, но, переступив порог, поняла, что угодила в ад. Машина высасывала из нее жизнь, она впадала попеременно то в уныние, то в прострацию, стала худеть и меньше есть, а по ночам ей снились ужасы — она видела фракталы, пульсирующие энергетические пучки, бегущие строчки команд, обгоревшего Кавалера, открывающего рот в беззвучном крике, и бьющуюся в конвульсиях Маску. И это только начало! Что же будет дальше? Депрессия — верный друг операторов, вечно угнетенное настроение, нарастающая тоска и отчаяние, упорные мысли о самоубийстве? С этим она столкнулась в медицинском центре, посмотрев на старых сетевиков. Никто из них ничего не говорил откровенно, все выглядели как обычные люди, болтали о пустяках, веселились и смеялись — только нет-нет да и проскочат в разговоре обмолвки или кто-то как бы невзначай возьмется за запястье, проверяя пульс, кто-то попросит говорить потише, а кто-то не выносит, когда в его присутствии упоминают о смерти… У многих дрожат руки, они просыпают пакетики сухого молока или кофе, некоторые роняют и опрокидывают вещи гораздо чаще, чем это пристало взрослым людям, — и все, все несут себя, как наполненный до краев стакан, словно боясь расплескать…

«Нет, — решила Селена, — не буду рваться. Отдохну, а потом прямо скажу Хиллари, что не потянула. Не прошла испытания — это не страшно. Значит, это мой потолок. Нечего стараться прыгать через голову, так можно и шею сломать. Лучше всю жизнь работать у Адана, чем ждать, когда сойдешь с ума…»

Через час флаер был на терминале Фэрри воздушного вокзала «Пинк-Пойнт». Пройдя по платформе, Селена с интересом отметила, что она не одинока. В Город, возбужденный киборгофобией и хлипоманией, вернулась мода трех прошедших десятилетий, и многие — и молодые, и старые — выкрасили волосы в яркие, флюоресцирующие красные, зеленые, салатово-желтые и синие тона. Селена приободрилась и неспешно пошла вперед.

Она и не заметила, как три пары глаз взяли ее на прицел.

— Вот она…

— Да где?

— Вправо смотри. Прошла вторую колонну, подходит к турникету…

— Это какой-то парень-хлипарь.

— Это она, я ее узнал. Хватит трепаться, иди.

Селена шла аккуратно, глазея по сторонам. Каждый раз, когда после напряженной работы и относительного малолюдья здания проекта она оказывалась в Городе, ее посещало чувство нереальности, какой-то оглушенности громадами домов и массами кишащих, вечно куда-то идущих, едущих, спешащих людей. Она боялась, что толпа народа увлечет ее за собой, или она попадет под колеса, или перепутает маршрут и экспресс с огромной скоростью унесет ее в неведомом направлении, чтобы выбросить неизвестно где…

Вечный страх, который отличает провинциала от жителя мегаполиса, привыкшего треть суток проводить в пути, треть — во сне и треть — на работе.

Из раздумий ее вывел спокойный голос, принадлежавший пристроившемуся рядом парню в синем спортивном костюме:

— Мисс, можно я помогу вам донести сумку до остановки? Это будет стоить дешевле, чем у вокзального носильщика.

Селена посмотрела на парня: длинные неравномерные пряди, открытое, располагающее лицо, умный взгляд. Студент в поисках заработка.

— Подрабатываешь?

— Угу. Но без патента. Поэтому в случае чего — я твой дружок Ник, пришел тебя встречать. Мы с приятелем тут на машине ждем клиентов — в любой район доставим, быстрее, чем в метро, дешевле, чем экспрессом.

Селена очень устала — стоять в метро, затем в экспрессе, потом снова в метро, где царит полное равенство и не принято уступать место женщинам, видеть суетящихся людей, мелькание множества лиц — враждебных, отчужденных… Так ей это напомнило последние дни зондирования, сравнения, сопоставления, бесконечного поиска и анализа, что она подумала о метро с отвращением, доходящим до тошноты. Можно, конечно, взять машину в пункте проката, но… это значит — общаться с диспетчером, потом с автопилотом, а вести самой — сил нет. К тому же часть дорог всегда перекрыта — то реставрация, то манифестация, а сейчас — майские праздники, и обязательно путь перережет какое-нибудь факельное шествие. Частным извозом занимались многие, иные просто подвозили пешеходов по доброте душевной, а студенты, особенно из непрестижных коммунальных колледжей, зарабатывали таким образом. Все лучше, чем на мойке стоять или торговать fast food.

— В Лестер-кэмп.

— Путь знакомый, — сдержанно ответил быстроглазый малый.

— Сколько?

— Три басса, а если найдем попутчика, то — всего пятнадцать арги. Сможешь подождать минут десять?

— Да, — согласилась Селена. Доехать спокойно, без давки и косых взглядов — что еще надо?

Сумка сразу перешла в руки студента, и Селена ощутила себя совсем свободной. Они дошли до стоянки, где Ник быстро нашел свое авто, открыв заднюю дверцу, помог Селене устроиться на сиденье, затем закинул ее сумку в багажный отсек и снова пошел к терминалу. Сидевший за рулем парень с белым чистым лицом, с черными волосами, стянутыми на затылке в длинный висячий хвост, в черной облегающей водолазке, полуобернулся, показав чеканный профиль, и спросил:

— Куда?

— Лестер-кэмп.

— Ладно. — Он был немногословен; отвернулся, не заводя разговора. Селене тоже не хотелось говорить; она вытянула ноги и прикрыла глаза.

Через пять минут вновь показался зазывала, а рядом с ним — стройная девушка в скрадывающем пропорции фигуры коричневом псевдозамшевом костюме. Волосы ее были уложены под такой же замшевый берет. Они подошли к машине, и не успела Селена поднять голову и всмотреться, как задние дверцы одновременно открылись и парень с девушкой сели рядом с Селеной — с обеих сторон; в ту же секунду автомобиль плавно взял с места, а Селена, разглядев в полумраке салона лицо своей соседки, изумительно красивое и правильное, поняла, что пропала. Иногда так бывает — поймешь вдруг, сразу, а потом никак себя разубедить не можешь, как бы ни хотелось поверить в лучшее.

Это лицо она неоднократно рисовала и в плоскости, и в объеме, и с копной золотых волос, и без оных. Ошибки быть не могло. Это была кукла Эмбер — Лилик. Но… может быть — случайность? Совпадение? Как бы это ни казалось фантастическим в гигантском Городе, но встречала же Селена пару раз в давке метро знакомых из Вангера?

Машина набирала скорость, а Селена все терялась в догадках. Она не знала, куда они едут, потому что никогда не ездила здесь на машине.

Парень в спортивном костюме облокотился на переднее сиденье и перебрасывался с водителем шутливыми репликами; они планировали, как потратят деньги — и не сделать ли им еще один рейс вечером; девушка рядом загадочно улыбалась, уйдя в себя, а Селена была в смятении. Обратиться к помощи парней? Неизвестно, как поведет себя кукла. Селена живо вспомнила, как эта бестия с перекошенным лицом рубила мебель в квартире Хиллари. А если это сообщники? Заорать, создать аварийную ситуацию, привлечь внимание полиции? А если это действительно студенты? Кукла сбежит, а она, Селена, вместо отдыха будет втянута в нудное и пошлое расследование, связанное с незаконным извозом и созданием угрозы аварии на дороге. Ее же и оштрафуют. «Нервы, просто нервы, — успокаивала себя Селена, — расшалившееся воображение, беспочвенные страхи и фантазии… Надо успокоиться до прояснения ситуации, а за куклой проследить. А то ты, чего доброго, от страха из машины соберешься выпрыгнуть…»