Как выжить женщине в Средневековье. Проклятие Евы, грех выщипывания бровей и спасительное воздержани - Янега Элеанор - Страница 57

Кроме того, знатным дамам полагалось заниматься меценатской деятельностью в сфере искусства. Их покровительство поэтам и художникам лишний раз демонстрировало обществу, что такое благородное происхождение, а самих дам выделяло как образованных и обладающих утонченным вкусом. В итоге чтение книг, заказы на их копирование и организация книжных выставок составляли часть непременных занятий благородных дам. В сущности, покровительство искусствам составляло такую же непременную обязанность, как и хозяйственные заботы, разве что более приятную.

Помимо того что знатные дамы несли тяжелый груз светских и хозяйственных обязанностей, они еще и могли помогать мужьям в политических делах. Брачные союзы, в которые они вступали из политических расчетов, равно как и заботливо данная им матерями выучка, влекли за собой соответствующий круг постоянных обязанностей. Знатные дамы могли участвовать в обсуждении политических дел и нередко давали своим мужьям ценные советы в этой сфере. Они могли хлопотать о примирении между своими родными и родными со стороны мужа, завязывать отношения с дамами из других могущественных кланов. Связи, приобретенные ими на придворной службе, оказывались весьма полезными, когда они возвращались в свои владения. Потому что даже тихая сельская жизнь знатных дам изобиловала заботами и хлопотами, в том числе и в сфере политики, как и жизнь любого мужчины их положения.

Если мы взялись рассуждать о том, как и где трудились женщины Средневековья, мы неизбежно подойдем к тем сиятельных дамам, о которых наслышаны больше, чем о женщинах любого другого положения, — к королевам. Особам королевских кровей вменялись те же обязанности, что лежали на плечах знатных дам, но в дополнение к тому особый акцент делался на государственных делах и публичных церемониальных мероприятиях. Как показывает пример Изабеллы Французской, которая нагружала доверенных придворных дам разнообразными поручениями, королевы нередко преследовали личные цели, и ими зачастую двигали собственные расчеты и намерения. Королева нередко брала на себя роль посредника между собственной родней и высшей знатью королевства ее супруга и, подобно искусному дипломату, улаживала возникавшие разногласия и конфликты интересов. Особенно значимой становилась роль королевы, когда она обращалась к правящему супругу как ходатай в делах управления государством. Если король избирал некий образ действий, от которого ему потом приходилось отказываться, он выставлял себя правителем слабым или неумным. В таких случаях королева могла напрямую вмешаться в дела управления королевством с призывом к супругу смягчиться, чтобы уберечь его от промахов из- за скоропалительных решений. Так что благодаря королеве король получал возможность сохранить лицо.

Та же Анна Богемская, когда не была занята тем, что знакомила английских дам с новыми веяниями моды на чепцы особой формы, умело защищала интересы своих подданных. Ее супруг Ричард II, по мнению простых людей, был человеком тяжелым и недалеким. Он велел жестоко подавить восстание крестьян, вспыхнувшее в 1381 году сразу в нескольких областях и позже охватившее почти всю страну; восставшие крестьяне требовали большей платы за свой труд и расширения свобод. Но Ричард II, судя по всему, не извлек уроков из народного восстания — в 1391 году он спровоцировал новое противостояние с подданными, на сей раз с жителями Лондона. В июне того года король потребовал у города заем в десять тысяч фунтов, однако городские власти, пытавшиеся в то время совладать с новой вспышкой чумы и нехваткой продовольствия, отказали королю. Оскорбленный отказом, король решил поквитаться с обидчиками: он урезал городские свободы, сместил мэра и членов городского управления, перевел свою администрацию в Йорк, а возглавлять Лондон поставил своего капитана. Мало того, Ричард потребовал с мятежных лондонцев штраф в сотню тысяч фунтов (около 9 миллионов фунтов стерлингов в пересчете на сегодняшние деньги) — по всей видимости, в качестве компенсации за свои уязвленные чувства.

Мало того, король сознательно пытался лишить Лондон его статуса и привилегий. Не слишком разумная затея, учитывая непомерное значение города как центра торговли. Тогда- то и вмешалась королева Анна: она сумела отговорить короля от уничтожения самого главного города его королевства, она умоляла его в Виндзоре и Ноттингеме не губить Лондон, восстановить мэра и простить городу наложенный штраф. Лондонцы тоже выказали желание сделать шаг к примирению, если король восстановит их свободы. Они пообещали выплатить королю в виде штрафа те самые десять тысяч фунтов, которые тот изначально требовал в заем. По случаю примирения король с королевой устроили пышную церемонию в Вестминстер- холле, во время которой королева снова бросилась на колени перед своим супругом и снова умоляла его простить Лондон. Ричард поднял ее с колен и усадил подле себя в знак, что дарует Лондону прощение. Однако он не торопился восстанавливать все свободы до самого 1397 года, но и тогда обусловил их новым займом из городской казны.

Королевы иногда вмешивались и в отношения королей с Церковью. В 1141 году папа Иннокентий II (ум. в 1143) утвердил назначение Пьера де Ла Шатра (ум. 1171) архиепископом Буржа, а французский король Людовик VII (1120–1180) попытался наложить вето на его решение. В ответ папа отлучил короля от церкви. Затянувшийся конфликт вылился в вой ну между сторонниками Пьера де Ла Шатра и французской короной; конфликт достиг кульминации, когда в осажденном королевским вой ском городе Витри погибла тысяча человек. В 1144 году супруга Людовика VII Алиенора Аквитанская отправилась с визитом к видному богослову Бернарду Клер-воскому (1090–1153), который состоял в дружбе с новым папой и которого церковь вскоре причислила к лику святых. Алиенора попросила, чтобы папа отозвал интердикт, наложенный его предшественником на сторонников короля, а взамен пообещала, что король поддержит первоначальную кандидатуру на место архиепископа Буржа. Ее просьба была удовлетворена.

Алиенора Аквитанская обращается с прошениемк папе римскому

Также некоторые королевы могли получать в свои руки власть в военной сфере, и архетип королевы- воительницы мы снова находим в лице Алиеноры Аквитанской. Раздавленный виной в гибели стольких людей во время осады Витри, Людовик VII в качестве искупления грехов решил отправиться в Крестовый поход. Алиенора приняла участие во Втором крестовом походе, но не просто как супруга короля, а как предводительница Аквитании и полководец с собственным вой ском, призвав под свои знамена аквитанских подданных. Алиенора также набрала отдельный женский отряд из свиты приближенных дам. Алиенора поддерживала переписку со своим дядей Раймундом де Пуатье (ок. 1099–1149), носившим тогда титул князя Антиохийского. Алиенора желала уточнить, какие военные силы потребуются для поддержки рушившихся одно за другим государств крестоносцев. Второй крестовый поход окончился плачевно, главным образом из- за бездарного командования Людовика VII. Брак короля с Алиенорой не пережил похода, и спустя несколько лет они получили от церкви согласие на развод, формальным поводом для которого было якобы близкое родство супругов. В целом считается, что даровитую правительницу Алиенору с ее блестящими талантами унижали убогие военные потуги супруга. Королеве, которая могла и сумела собрать и возглавить собственное вой ско, негоже было терпеть возле себя такого слабого супруга.

Алиенора Аквитанская — женщина и правительница выдающаяся даже среди выдающихся. Ее военные вылазки — хотя подобное не сказать, чтобы было чем- то неслыханным, — всё еще оставались редкостью среди дам ее положения. Неслучайно Алиенора Аквитанская была и остается, пожалуй, самой знаменитой среди немногих известных нам женщин Средневековья. И все же она смогла достичь столь многого именно потому, что занимала положение королевы и обладала соответствующей властью. Пусть мало кто из коронованных особ женского пола таким образом распоряжался своей властью, но это не было невозможным.