Золотое кольцо Галактики (СИ) - Аннушкина Евгения - Страница 45

– О, поверь, не посрамлю фамилию. Ты будешь доволен.

На людях точно. Виктор Чон умел держать лицо.

– Я отправила резюме в военный корпус Содружества.

Идея эта пришла ко мне внезапно, вспышкой, во флаере по дороге домой. Там фоном звучали последние новости, промелькнуло упоминание военного корпуса… И я поняла, что вот оно. Решение всех моих проблем. Место, где ни отец, никто другой меня не достанет. Под защитой Содружества можно спокойно работать под своей фамилией, получать более чем достойную зарплату, и погасить наконец кредит на обучение!

Поэтому да, едва обняв маму, я бросилась составлять резюме, а сейчас имею удовольствие наблюдать, как отец меняется в лице.

– И что же ты можешь им предложить? Ты не военная, София…

– Знание психологии рас, входящих в Содружество, умение решать конфликтные ситуации, диплом с отличием Эдемской Академии гостеприимства… Опыт работы в экстремальных ситуациях. Мне есть, чем послужить Содружеству. Достойно фамилии Чон, ты согласен?

Отец нехотя кивает. Ему нечем крыть, только надеяться, что меня не возьмут. Пока же он отступает и говорит примирительно:

– Буду рад, если у тебя получится. – Врет и не краснеет. – Хорошо, что ты дома, София. Отдыхай, тебе непросто пришлось. А через пару дней дадим прием в твою честь…

Он неисправим.

Но, пожалуй, я рада снова оказаться дома.

57

София Чон

Из кабинета генерала я выползаю на дрожащих ногах.

Мне казалось раньше, что Лисхи суровый начальник… Ха! Да он просто сладкая булочка по сравнению с генералом! Тот кажется, душу из меня вынул, хорошенько ее рассмотрел, и небрежно засунул обратно.

“Почему получали образование на Эдеме?”

“Почему военный корпус, а не привычная работа?”

“Чайки, говорите? И как вам?”

Собеседование, которого я ждала две недели, определенно, запомнится как не самые приятные тридцать минут моей жизни.

Под пристальным, холодным, изучающим взглядом я чувствую себя подопытным образцом, который внимательно рассматривают в микроскоп. И против воли рассказываю, как все было на самом деле, а вовсе не сказочку про похитителей и выкуп, которую мы до этого скормили прессе Шен-Ло.

Однако сейчас у меня в руках распоряжение о моем приеме. Я теперь – часть военного корпуса. Маленький винтик махины, которая будет стоять на страже Галактического Содружества.

Ноги все еще дрожат, но губы сами растягиваются в улыбке. У меня получилось! Я смогла!

Да, впереди непростая и ответственная работа, наверняка будут еще проблемы, и свободы у меня будет теперь куда меньше, но золотая клетка осталась позади. Теперь уже навсегда. Потому что я планирую здесь задержаться!

Не нужно больше думать, как избежать встреч с одним из тех “милых молодых людей”, с которыми меня старался свести отец. Наш договор он понял по-своему, и все еще пытался использовать меня в своих интересах. Благо, действовал теперь куда мягче. Понял, что в случае прямого давления я снова махну хвостом кометы и исчезну на просторах Галактики. Опыт есть, да и я теперь не паникующая девчонка. Потому подводил к нужным людям исподволь, аккуратно. Чем лишал меня возможности напомнить о наших договоренностях. Потому что, а что такого он делает? Всего лишь дает советы дочери, на несколько лет выпавшей из светской жизни Шен-Ло.

Внутри все поет, пока я шагаю в сторону кадровой службы. Впереди наконец-то работа, по которой я, оказывается, ужасно соскучилась! После насыщенных, напряженных лет на Эдеме жизнь девочки-бездельницы, дочери обеспеченных родителей, кажется переслащенной, словно кто-то в пищевой концентрат сгоряча сыпанул тройную норму подсластителя. А вот витаминов недосыпал, и, достаточно быстро восстановившись после всех приключений, я маялась пустотой дней.

Вязкое ожидание и череду бессмысленных встреч и мероприятий разбавляли только долгие разговоры по голосвязи с Ташей. Подруга, которая в первый наш разговор от переживаний плакала и ругала меня последними словами, исправно снабжала меня свежими сплетнями о “Млечном пути” и эдемских знакомых. Тоненькая ниточка к той жизни, которая мне так нравилась, держала меня на плаву все дни волнительного ожидания.

Из мыслей меня вырывает резкий, совершенно неожиданный здесь звук – вопль невидимого крикуна с планеты синих туманов. Останавливаюсь, словно налетев на стену. Откуда здесь эта тварь? Или все же все потрясения не прошли для меня даром, и теперь я страдаю галлюцинациями?

Медленно оборачиваюсь на звук, и застываю, словно насекомое в смоле. У информационного табло, на котором постоянно меняется пока непонятная мне информация, стоит и отвечает на вызов порткома он. Лиам.

По-военному коротко стриженный, в мундире, с нашивками младшего офицера, в которых я пока путалась. Спокойный, уверенный в себе и в своем праве здесь находиться. Словно и не висит над ним клеймо предателя.

– Серьезно? Ты поставил этот вопль в качестве сигнала на портком? – вырывается у меня вместо приветствия.

Лиам отрывается от порткома и замирает, как и я. Ловлю его взгляд, и все вокруг перестает существовать. Есть только Лиам и буря чувств, в которой мы тонем вдвоем.

Я вижу в его глазах удивление, радость и что-то еще, от чего захватывает дух. Пульс все ускоряется, сердце сильнее бьется в груди, словно пытается вырваться ему навстречу. И я уступаю ему. Иду вперед, сначала медленно, потом быстрее, и быстрее… Сорваться на бег не успеваю – он перехватывает меня на половине пути.

– С этим звуком у меня связаны исключительно приятные воспоминания, – он говорит какие-то глупости, а моя рука в это время тонет в горячей мужской ладони. Мимо торопятся по своим делам мои новые сослуживцы, и только их присутствие не дает повиснуть на его шее.

– А ты здесь?.. – он не договаривает вопрос, но в глазах столько надежды, что слова и не нужны. И я широко улыбаюсь в ответ.

– С этого дня служу Содружеству!

Он вдруг оказывается близко, недопустимо близко для просто знакомого или даже приятеля. Но я не против. Не собираюсь больше бегать ни от проблем, ни от чувств.

– В таком случае, уважаемая сослуживица… Позвольте пригласить вас в столовую для персонала. Там изумительный пищевой синтезатор. Такого набора максимально далеких от реальных блюд концентратов ты точно еще не видела.

И я позволяю. И пригласить, и много чего другого. И пусть его служба снова связана с риском, пусть он все еще хранит от других секрет о своем прошлом и способностях, а мне приходится снова доказывать свой профессионализм на новом месте, но мы не сомневаемся – у нас все будет хорошо.

Несколько месяцев спустя.

Вызов порткома вырвал Лиама из сна глубокой ночью. Он успел порадоваться, что уступил-таки уговорам Сони и поменял сигнал вызова, иначе быть бы ему битым собственной невестой – заснули они недавно, горячо отмечая помолвку. Потом понял, что вызов идет по закрытому каналу, о котором известно только своим… Детям Ц-189. Пользовались им только в особых случаях. Дурное предчувствие сковало сердце холодом.

Он схватил портком и бесшумно выскользнул из спальни.

Над экраном развернулось голо-изображение – дрожащее, искажающееся. Связь была нестабильна.

– Альфар!

Несмотря на помехи, он узнал ее. Да и как не узнать одну из своих сестер? Особенно ту, к которой у остальных были некоторые претензии.

– Пятая, – не поприветствовал, скорее констатировал факт. – Что тебе нужно?

Он не собирался быть любезным. Пятая осталась верна Пхенгу, пыталась убить Одиннадцатую, похитила одного из последнего потока мутантов… Неудивительно, что связь с ней не поддерживали.

– Помоги, Альфар! – выкрикнула она, а голограмма снова мигнула. – Они сворачивают проект. Отдан приказ о ликвидации всех объектов…

Помехи рябью прошлись по объемной, но прозрачной голограмме, искажая черты Пятой.

– Эва мертва. Мы следующие…В зоне видимости порткома появилась вихрастая голова мальчишки, которого Пятая судорожно прижала к себе. Голограмма еще раз мигнула и погасла.Связь прервалась.