Золотое кольцо Галактики (СИ) - Аннушкина Евгения - Страница 35

После нескольких дней в напряжении стало понятно, что днем туман не показывается, обшивке корабля не угрожает, и достаточно всего лишь на ночь наглухо закрывать катер, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Они расслабились… И начали делать глупости.

***

– Это что?

Рыбий скелетик лежал неподалеку от катера, между деревьями, и делать ему там было абсолютно нечего.

– Ой! – щеки Сони залило розовым, отчего она приобрела вид еще более прехорошенький, чем обычно. – Это я…

– Ты? Разбрасываешь вокруг корабля рыбьи скелеты? – Лиам откровенно не понимал, зачем ей это.

– Не скелеты, а рыб! Для тумана…

Лиам моргнул. Почесал затылок. И переспросил:

– Ты подкармливаешь… Туман?

Соня часто закивала головой.

– Ну да! Он же явно живой, если бы это были просто кислотные испарения, то в ходе эволюции все ночные жители или отрастили бы себе крылья, или жили исключительно на деревьях, не опускаясь на землю. Но этого не произошло, значит, убивает он не всех…

– Или это некое локальное явление, которое встречается только в этой местности, поэтому ночные звери спокойно шастают в темноте по земле, – отрезал Лиам. Ему не жаль было рыбы, которая водилась в местных реках в изобилии, но эксперименты с непознанным могли привести к беде. – Соня, газ не может быть живым и, тем более, разумным. Чем он, по-твоему, переваривает свою добычу? Просто кислотный туман, который появляется по природным, пусть и непонятным нам причинам.

Соня неохотно кивнула, но явно осталась при собственном мнении. И пусть бы, но Лиам переживал, что она в своих экспериментах может зайти дальше, а какие еще сюрпризы может готовить им эта планета – неизвестно.

Он посмотрел на упрямо поджавшую губы девушку и покачал головой, признавая свое поражение. Запретить ей делать глупости невозможно, потому что их представления о том, что есть “глупость” существенно разнятся. Запереть в каюте для ее же безопасности – все равно, что собственной рукой разбить хрупкое равновесие, которое установилось на катере за эти дни.

– Просто будь осторожна, ладно? – сдался он. – Не выходи после заката. Даже если этот недокормленный газ станет очень-очень жалко, поняла?

– Разумеется! – Соня улыбнулась ясно и честно, и слову ее можно верить…

Но желанию закутать ее в защитную пленку и поставить в тихое и безопасное место, противостоять оказалось непросто.

– А если обещаешь быть хорошей девочкой, то я тебе кое-что покажу, – вдруг заговорщицки понилиз голос. Лиам и так собирался всем рассказать о своей находке, но наткнулся на рыбий скелет, и та вылетела из головы.

Соня вмиг напряглась, но глаза ее все еще любопытно блестели.

– Что именно? – она осторожно уточнила. Все же доверие – штука сложная и хрупкая, и полностью добиться его у этой девушки у Лиама не получалось. Но он старался, хотя и сам себе не мог ответить, зачем.

– Тебе понравится, – уверенно ответил он и потянул ее под сень инопланетного леса.

45

Соня Белозерова

Мне срочно нужна гормональная и психологическая коррекция, потому что то, что со мной происходит – явно ненормально.

И я сейчас вовсе не о внешних событиях, повлиять на которые не могла никак, только принять свою беспомощность и надеяться выбраться из всех передряг без слишком серьезных потерь. Нет, куда больше волновало собственное душевное состояние. Меня кидало из одной крайности в другую как лодку в море в шторм, от всепоглощающей паники до редкого даже в обычное время умиротворения, от страха перед теми, кто обманывал меня и, теоретически, могли свернуть мне шею даже, не напрягаясь, до уверенности, что в компании одного несносного стюарда мне ничего не грозит, и робкой симпатии к нему же.

Только поэтому я позволила увести себя от катера в неизвестном направлении. Хотя, тут почти все направления были неизвестными…

Вскоре деревья закрыли от нас черную махину катера, встали вокруг стеной, даже редкие лучи местного светила уже не могли пробить плотную их крону, не то, что в прорехи, оставленные катером. Мы словно попали в огромный сумрачный зал с множеством колонн, необъятный, и назад, реши вдруг Лиам оставить меня здесь, я дорогу уже не найду.

Но твердая уверенность, что меня не отпустят и не потеряют, не давала даже толком испугаться. Твердая мужская ладонь, которой он крепко держал мою руку, дарила покой. Следом же внутри рождалось что-то теплое и щекотное.

Как некстати-то, Вселенная! Ну куда мне ко всем проблемам еще и влюбленность?

В человека, который ничего о себе не рассказывает, под чужим именем проник на туристический лайнер для вип-персон и способен, не моргнув глазом, прыгнуть в стихийную червоточину.

Романтически настроенная часть меня согласно вздохнула: “Какой мужчина!”.

Я постаралась выбросить из головы лишние и неуместные сейчас мысли и спросила, чтобы хоть как-то отвлечься от анализа собственного внутреннего состояния:

– Далеко нам еще идти?

– Минут пятнадцать, – Лиам сначала ответил, потом посмотрел, как я спотыкаюсь, ковыляя по неровной земле, устланной переплетенными корнями, и поправился: – Или тридцать. Не очень долго, в общем.

Я даже не обиделась. Ну что поделать, если я такую нетронутую природу видела только издали, за ограждением заповедников, которые случалось посещать с туристическими группами. Не думала, что кому-нибудь в наше время может вообще понадобится умение ориентироваться в диком лесу!

Шли мы действительно недолго, даже не пессимистичные полчаса, которые предрек Лиам. И да, он был прав.

Мне понравилось.

Никогда не увлекалась геологией, и потому представить не могу, какие тектонические процессы воздвигли посреди леса эту скалу, укрытую мхами, с вершиной, терявшейся среди плотно переплетенных ветвей. На первый взгляд она казалась монолитной, но Лиам вдруг ловко поднырнул под ветвь лианы, потянул меня за собой…

И волшебство, о которой мечталось в далеком детстве, вдруг ожило.

Откуда-то сверху падал рассеянный свет, достаточный, чтобы разглядеть округлую пещеру с темным озером посередине. По камням на противоположной от входа стене бежал прозрачный поток. Земля вокруг поросла мхами, над которыми качались головки крошечных, чуть светящихся, цветков, и чахлым серым кустарником. В рассеянном свете, словно конфетти на празднике, порхали мелкие мотыльки, сверкая слюдяными крыльями.

– Ух ты! – вырвалось против воли. – А искупаться можно?

Лиам довольно усмехнулся.

– Не советую. Вода ледяная, мышцы сведет в момент, – он неотрывно смотрел на мое лицо и чему-то улыбался. – Но сама по себе безопасна, я проверил. Никаких примесей, как в реке, здесь бьет источник.

Я моментально сообразила, насколько это прекрасная новость.

– Источник чистой воды!

Да, после нейтрализации проникшего на катер тумана наше положение с точки зрения запаса энергии стало еще более плачевным. Каждый вечер, проверяя работоспособность систем жизнеобеспечения катера, Лиам хмурился все сильней. И это при том, что рабочее освещение мы уже не включали, довольствуясь дежурным, и то только по вечерам. Все остальное время на катере было темно. Готовили мы на костре, отказавшись от пищевого автомата полностью, и лишь система очистки воды еще запускалась периодически – речная вода несла в себе слишком много примесей, чтобы в ней можно было хотя бы помыться.

– Да, после кипячения ее даже можно пить, – подтвердил Лиам.

А жизнь-то налаживается!

Я присела у озерца, которое оказалось не черным, но очень глубоким. Да уж, я бы и без предупреждения в этот омут не полезла. Несмотря на прозрачность воды, дна было не рассмотреть – оно терялось где-то далеко внизу, пугая и зачаровывая. Коснулась рукой воды и вздрогнула. Ледяная.

– Нужно будет ее в чем-то переносить, – пробормотала задумчиво, наблюдая за танцем почти прозрачных мотыльков над цветущими мхами. Красиво. Если абстрагироваться от кислотного тумана и полной оторванности от цивилизации. то мне нравилась эта планета.