На огненном пути (СИ) - Тихонов Михаил - Страница 38

Конечно, провел опрос, но веры то нет. Вот три дня, пока лаборатория трудится, прихожу сюда и слушаю рассказы синекожего. Аджи, в смысле. Ники, такое чувство, тоже слушает. Сидит себе на корточках у решетки, смотрит гигантскими глазами, лишь изредка порыкивая.

Чего не отнять, так это умения Аджи рассказывать истории. Но еще больше мне импонирует его умение уводить абсолютно любую тему на рассказ о величии расы дравидов и как их предавали всю историю. То дэвы, то потомки первой волны колонизации, то аграфы, то еще кто-то… И все время-то дравиды были самыми великодушными, а остальные их ненавидели.

Верится, конечно, с трудом. Не бывает такого, что ты весь такой белый и пушистый, а вокруг одни враги и завистники. На Земле, лет двести-триста назад, был один народ. Где-то на территории Западно-азиатского департамента. Примерно с такой же историей — все-то их обижали, все притесняли. И главное, будто бы без причины — просто потому, что из-за принадлежности к народности. По факту же, государство этой народности, все время своего не такого уж и долгого существования постоянно воевало со всеми соседями. С вполне закономерным итогом — в какой-то момент, их просто стерли с лица планеты. За давностью лет, не буду судить, правильно это было или нет, но факт остается фактом. Если правильно помню, то это случилось еще до Большой Смуты.

Дядя знает точнее, но чтоб спросить, необходимо сперва вернуть его разум. Да и не важно это. Так, вспомнилось, навеянное рассказами Аджи. Эти разговоры с синим дравидом, мне служат заменой общения с людьми. В качестве своеобразной компенсации долговременной изоляции от общества.

Поначалу, конечно, я думал, что Аджи реально испугался и готов выложить все тайны, но в какой-то момент стало понятно, что он просто водит меня за нос. И даже испуг был наигранный. Оно, в общем-то, и понятно… Бессмертный. Почему-то в это я поверил сразу.

Даже я, еще только свыкающийся с мыслью о том, что не умру от естественных причин, мало чего могу испугаться. Аджи, проживший, по его словам, больше тысячи лет, явно не испугается мутанта. Несмотря на то, что Ники реально способен его сожрать. Длинная жизнь накладывает свой отпечаток. В Содружестве все это давно изучено и систематизировано. Правда, засекречено, и основной массе обывателей результаты исследований недоступно.

Тем не менее, такие исследования имеются. Аграфы, альвы, сполоты и еще несколько мелких рас, живущих по меркам хуманов очень и очень долго, дают возможность проводить научные изыскания. А так как в моей голове базы данных в том числе и аграфов, то об этих исследованиях в курсе. Жаль, что необходимые знания не всплывают при необходимости сами собой, а приходится перелопачивать кучу информации в своей голове.

Ну да, сейчас не об этом, а о проблеме воздействия на долгоживущих. Чем старше становится разумный, тем меньше в его мозгу рождается страхов. Глупо пугать видевшего, как сгорает планета со всем населением, тем, что переломаешь ему кости. В какой-то момент, у прожившего больше пятисот лет разумного, страх смерти просто исчезает. И не только этот страх. Чем старше разумный, тем меньше в нем остается эмоций. Настоящих живых эмоций, а не воспоминаний о них или симуляции. Оставаться в полном смысле живым, со свойственными разумным эмоциональными состояниями, хоть злость, хоть радость, удается единичным экземплярами.

Это очень хорошо заметно именно по аграфам. Долгоживущие и остающиеся в активном состоянии разума по несколько сотен лет, они наиболее контактные из подобных рас. С точки зрения, аграфы бесчувственные машины, высокомерные твари, думающие лишь о себе. В каком-то смысле, так оно и есть. Но относится в большей степени именно к возрастным представителям расы. Молодежь аграфов, как бы не казалось со стороны иначе, в плане психической активности, ничем не отличаются от представителей остальных рас. Просто, их мало, и они не спешат общаться со сверстниками хуманами. Тут тоже, нет ничего удивительного — тоска по умершим близким, она ведь и у аграфов есть. Каково им будет раз за разом хоронить живущих в разы меньше друзей из хуманов? То-то и оно…

Не скажу, что понимаю все перипетии мышления долгоживущих, но я и по меркам хуманов Содружества-то еще очень и очень молод. Правда есть подозрения, что мне все же придется вникнуть в нюансы сохранения разума на горизонте планирования жизни лет так в тысячу. Честно, пока вообще не осознаю подобного. Тем более с моим образом жизни, шансы сгореть в пламени какого-нибудь плазменного заряда, гораздо выше вероятности дожить хотя бы до пятидесяти лет. Так и чего об этом думать сейчас?

Тем не менее, знания аграфов мне сейчас пригодились. В чем не могу не отдать должное синекожему — вначале ему удалось запудрить мне мозг своей готовностью к сотрудничеству. Уж очень складно он рассказывал, вплетая правдивую информацию в откровенную лажу. Причем, датчики детекторов лжи, которые я использую, никак не реагировали на ложь. Как и сканер мозговой активности. Собственно, именно странные показания этого сканера и насторожили меня.

Не бывает такого, что активность коры головного мозга у разумного, в момент бодрствования проходит без всплесков и изменения интенсивности деятельности. Такое и со спящим-то происходит крайне редко.

В общем, так или иначе, но раз Аджи решил пудрить мне мозги, то вполне закономерно, что я пошел по пути наименьшего сопротивления. Проба генетического материала отправилась в лабораторию, а я продолжал беседовать с пленником. Как уже говорил, человек существо социальное и длительная изоляция от общества приводит к различным необратимым девиациям поведения. В смысле, потере навыков социальной коммуникации.

Сегодня, наконец, лабораторный искин выдал мне результаты исследования крови дравида. Что удивительно — синекожий оказался не представителем какой-то отдельной расы, а самым обычным человеком. Конечно, кое с какими отличающимися маркерами, но все в пределах нормы. Примерно, как если сравнить ДНК двух людей из разных звездных систем. Специфика местная, так сказать.

Единственное важное отличие — у синекожего, как и у меня, была отключена функция старения клеток. Я даже подумал, что у дравидов есть технология нейтрализации негативного воздействия вируса. Однако, никаких следов РНК-вируса, встроившего свои гены в цепочку ДНК я не обнаружил. Точнее, не я, а лабораторный анализатор. Не суть. Главное, что бессмертие синекожего, было достигнуто иным способом.

Конечно, я могу ошибаться. Все же, в качестве эталона для выявления воздействия вируса, использовал собственное ДНК. Однако, скорее всего, у синекожего иная природа воздействия на геном, чем в моем случае. Интересно, если я поинтересуюсь прямо ответит честно или продолжит умело уводить в сторону? Посмотрим… В любом случае, я узнаю все, что мне необходимо. По расчетам искина-исследователя, на синекожего действуют вполне себе стандартные медикаменты. Правда чуть в иной дозировке, но это уже ерунда. В конце концов, в отличие от Ники, у Аджи вполне себе человеческий набор генов. Даже более человеческий, чем у меня, чего уж там…

— Привет, Аджи. — Я неспеша подошел к клетке, в которой содержался пленник.

Конечно, сейчас это была уже не пустая коробка с решетчатыми стенами. Столик, стул, надувной матрас на полу. В конце концов, я не изверг какой. Конечно, он мне крутил мозги, втирая недостоверную информацию. Однако, беседы с Аджи, немного снижали мое психоэмоциональное напряжение. Рассказчик он отличный.

— Здравствуй, Макс. — Аджи поднялся со своего лежбища, учтиво склонив голову. — Снова пришел послушать мои истории? — Спокойно глядя мне в глаза, поинтересовался он.

— Ну, можно и так сказать. — Пожимаю плечами.

— Значит, решил все же засунуть меня в ментосканер? — Чуть скривил губы пленник.

— Ты же понимаешь, что у меня нет вариантов особо. — Я, не стесняясь вытащил из кобуры пневматический пистолет с транквилизатором. — Мне нужна информация, а делиться ею добровольно ты не желаешь. Почему, кстати?