Забытая реликвия (ЛП) - Пекхам Кэролайн - Страница 42

Когда мне удалось убить еще одного из них, сквозь клубящийся пепел его останков выпрыгнул Элит, присоединился ко мне и отвесил быстрый поклон в знак верности. Он был стройным парнем, и он был одним из моих. Я нашел его смертельно раненным сорок лет назад: запах его крови привлек меня к нему, когда разбилась его машина. Ему было чуть за двадцать, и мне казалось неправильным, что его земная жизнь оборвется, поэтому я обратил его вместо того, чтобы позволить ему умереть от полученных травм. Я задавался вопросом, жаждет ли он все еще повышения по службе, в котором я отказал ему в прошлом.

— Генри, — прорычал я в знак признательности, веря в его преданность, когда ударил кулаком в грудь кусачей, сокрушая ее сердце и отправив ее на верную смерть.

— Сир, я буду защищать вас ценой своей жизни! — Воскликнул Генри, размахивая своим огромным мечом и одним ударом прикончив двух кусачих.

Пепел смешивалась с дождем, стекая по моей коже, пока я готовился к следующей атаке.

Двое мужчин запрыгнули мне на спину, и цепь звякнула у меня в ухе, когда они попытались накинуть ее мне на шею. Я запустил одного из них через плечо, сбив еще троих на землю, когда он столкнулся с толпой. Генри подбежал, чтобы прикончить их, в то время как я оторвал злобную вампиршу от своей спины и ударил ногой по ее шее.

— Нет-нет! — взмолилась она, когда я наклонился и оторвал ее голову от плеч.

Клинок Генри вонзился ей в сердце, звон наполнил мои уши, когда она рассыпалась в прах, а меч упал на тротуар.

Мое сердце сжалось, когда кусачие снова приблизились. Я начал отбрасывать их в сторону сильными ударами рук, отчаянно желая прорвать их ряды и отправиться на поиски Монтаны. Эта потребность пробудила во мне яростную силу, которую было невозможно остановить.

Я вырывал сердца, прокладывая себе путь вперед, полный решимости найти ее. Я поклялся защищать ее, когда мы поженились, и планировал сдержать это обещание.

Генри вскрикнул у меня за спиной, и я растерялся, оглянувшись на него. Несколько кусачих повалили его на землю. Но моя жена была не подготовлена к таким битвам, и я должен был убедиться, что она в безопасности.

Он закричал в небеса, и я проклял себя, но бросился обратно к нему, ототкнув от него кусачего и перерезав ему горло ногтями. Я схватил с земли меч Генри, орудуя им с воспоминаниями о моей прежней жизни викинга. В моих руках он был как дома, и каждый кусачий в радиусе фута от меня встретил свою смерть от его острия.

Я взял Генри за руку и рывком поднял его, пока он зажимал зияющую рану на плече.

— Б-благодарю вас, сир, — заикаясь, произнес он.

Я кивнул и побежал прочь от него, оставив его исцеляться и забрав его меч, но я не беспокоился за него. Кусачие преследовали меня, отчаянно пытаясь не дать мне сбежать.

Я взревел от гнева, когда двое из них схватили меня за правую руку, пытаясь вырвать меч из моей руки. Я быстро поочередно врезал кулаком им обоим по физиономиям.

Шторм бушевал вокруг меня, покрывая мою кожу дождем и смывая кровь с моего тела. Я снова взмахнул оружием, сразив женщину с окровавленными клыками. Когда они снова сомкнулись вокруг меня, во мне поднялась паника.

Они пытались схватить меня.

Передо мной бросили цепь, и несколько рук дернули за нее, так что я был вынужден отступить на несколько шагов. Когда они попытались обвязать ее вокруг меня, я отскочил. Но их было так много, и все они гнались за мной, как стая волков.

Появилась Кларисса с пышной копной светлых волос, крича от ярости, когда атаковала кусачих, державших цепи. В ту секунду, когда она убила их, я побежал ей навстречу, схватив за руку, в то время как оставшиеся кусачие в страхе попятились. Два Бельведера были им не по зубам.

— Ты в порядке? — Спросил я, и она кивнула с озорной усмешкой.

— Приятно сражаться в настоящей битве после стольких лет, — прорычала она, обнажая клыки, когда бесконечная орда приблизилась, оценивая нас.

Я взмахнул мечом перед собой, обводя взглядом поле битвы, пока пытался найти свою жену. Генри отважно сражался в нескольких шагах от меня, используя кулаки с тех пор, как я отобрал у него меч.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

— Я потерял Монтану из виду, — сказал я Клариссе, и ее глаза заблестели от беспокойства.

— Тогда давай поторопимся и убьем этих ублюдков, чтобы найти ее. — Она вздернула подбородок, поднимая лезвия, когда кусачие ринулись на нас, как наступающая армия.

Рядом со мной была моя сестра, и я знал, что мы прикончим этих ублюдков. Они еще пожалеют о том дне, когда отвернулись от моей семьи.

Я

помчалась прочь от Фабиана и Даниэль, оглядывая улицы в поисках Монтаны.

Она определенно шла этим путем, так что я знала, что она должна быть где-то рядом. Я просто не могла понять, где именно.

Давай, Монти! Где ты?

Фурия покалывал в моей ладони, побуждая повернуть налево, и я резко затормозила на мокром бетоне. Я развернулась и полетела по ближайшему переулку, когда голос Вульфа донесся до меня в гулком пространстве.

— Ты будешь умолять о смефти, пфежде чем я закончу с тобой, — прорычал он.

Фурия пылал в моей хватке, когда я завернула за угол и увидела Монтану, неподвижно лежащую на земле, а Вульф подкрадывался к ней. У меня перехватило дыхание, когда я посмотрела на нее, беззащитно лежащую на земле по милости этого монстра.

Я не позволю тебе снова причинить вред моей семье.

Я отвела руку и со всей силы запустила в него Фурию. Клинок закрутился в его сторону, но в последний момент он увернулся от него, и клинок вонзился ему в плечо, а не в сердце. Вульф вскрикнул и вырвал лезвие из своей плоти, отбросив его в сторону переулка.

— Так даже лучфе, — прорычал он, устремив на меня свой ледяной взгляд. Один его глаз был изуродован, а по щеке текла ярко-красная кровь. — Я убью обеих фифтер.

Я издала рычание чистой ненависти и бросилась на него. Он стремительно рванулся мне навстречу, и я сделала глубокий вдох, готовясь, а мои дары нахлынули на меня, когда адреналин наполнил мои мышцы.

Я ударила его кулаком в лицо, почувствовав, как что-то хрустнуло у меня под костяшками пальцев, как раз в тот момент, когда он уперся ладонями мне в грудь. Меня подбросило в воздух, и я врезалась в стену здания рядом с нами.

Боль пронзила мой позвоночник, когда я упала на землю, и в одно мгновение он снова оказался на мне. Он оторвал меня от земли за горло, подняв над головой и оскалив зубы. Я уставилась на дыры на месте его клыков: десны были окровавленными и опухшими, как будто его тело никак не могло оправиться от такой раны.

Он заметил мое внимание и зашипел на меня, кровавая слюна вылетела из щелей между его зубами и покрыла мое лицо, когда он поднял меня выше и сжимал до тех пор, пока я не перестала дышать.

— Ты — пфичина, по котофой у меня отобфали мои клыки. Но как тофько Бефьведефы будут мефтвы, я забефу их обфатно и буду пить из вены всю вечность.

Я вцепилась в его руки, потом сдалась и вместо этого ударила коленом ему в подбородок, вынудив его с проклятием отпустить меня.

Я перекатилась, ударившись о землю, и быстро вскочила на ноги, прежде чем броситься от него к Фурии.

Вульф схватил меня прежде, чем я успела сделать десять шагов, и я снова рухнула на землю. Он перевернул меня под собой и обхватил руками мое горло, сжимая его в своих тисках так, что я не могла дышать.

Я снова и снова била его кулаком в бок, чувствуя, как его ребра трещат под силой моих ударов. Но он не ослаблял хватку, с усмешкой глядя на меня и принимая наказания, которые я наносила, зная, что времени у меня в обрез. Я попыталась отпихнуть его от себя, затем взметнула руки над головой, ища что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия.

— Ты пофалеешь о том дне, когда встретила меня, исффебительница. — он зарычал, его уцелевший глаз загорелся ликованием, когда он почувствовал свою победу.