Лечить нельзя помиловать (СИ) - Логинова Александра - Страница 46

– Выдыхайте, эрл. Да не этим местом, прости Господи… Живот разболелся? Это нервное. Сейчас я возьму у вас пробирку крови на структурный анализ и попытаюсь проверить одну идею.

– Какую идею?

– Есть подозрение, – я напряженно потерла лоб. – Что в болоте вы подхватили злокозненного пассажира. Маленького и злобного, как чихуахуа, понимаете? Проще говоря, подцепили вирус, бактерию или грибок. По клинической картине я бы ставила на бактерию.

– Так вытравите её!

– Вытравить я могу только тараканов из башки, – сурово цыкнула на солдата. – И зловредных тёщ за особую плату. А эта бестия прячется.

Тем сложнее будет ее отыскать, вытащить и предъявить медколлегии. Иначе об открытии нового возбудителя можно и не мечтать. Я не тщеславна, но… Кого я обманываю? Конечно тщеславна и хочу чествований от коллег и пациентов. Но только по заслугам! Лишнего мне даром не надо. Нет гордости и чести в похвальбе незаслуженными достижениями.

Здесь я полностью солидарна с Клодом. Мысли вернулись к письму, полученному утром. Мой фиктивный жених третий день загонял себя в могилу работой и не заглядывал даже на медитации. А жаль, без его поддержки погружаться в глубины подсознания сложнее. На последнем сеансе я чуть не заснула, увидев во сне какую-то лестницу с темными провалами. А проснувшись, даже не поняла, спала ли или пришла весточка из подкорки.

Капитан писал, что их Управление потрясла новая напасть: кто-то скупает у аптекарей крупные партии лекарств, перевозя их через порталы в миры оборотней. Сначала ведомство забеспокоилось и начало отслеживать бандероли, но на той стороне им вежливо отвечали: для внутренних нужд перевертышей. Особенно крупные партии шли волкам, но оно и понятно – у вервольфов с лекарствами очень туго. В связи с этим капитан просил посмотреть на список выкупаемых снадобий и оценить их на свежую голову. Потому что придворные и военные лекари ничего подозрительного не углядели.

– Жаропонижающее, противовирусные, витамины. Противорвотное, – глаза пробежались по списку. – Ерунда какая-то.

Опасения Управления понятны, из многих лекарств можно добыть запрещенные вещества. На Земле тут и там запрещают кодеин, ряд транквилизаторов, сомнительные обезболивающие, и отчасти это правильно. Но добыть гадость из парацетамола? Таких умельцев я еще не встречала.

И в ближайшие двое суток маркиз просил его не ждать – слишком много работы на два фронта. С одного бока наседает начальство из Управления, требуя тайно вызнать, зачем оборотням лекарства и почему их стало слишком много шастать между мирами. С другого бока подбирается нагрузка в гвардии, где Алеону нужно тренировать курсантов и отчитываться за них перед генералами. Следовательно, ждут командировки, которые удачно накладываются на спецзадание Управления…

Всё это маркиз буднично описывал в длиннющем письме, защищенном от вскрытия двойным шифрованием. От осознания, какие тайны мне доверяют, по телу пробежался приятный озноб. Говорят, чужие секреты опасны, но это же Алеон.

Хотя без гвардейской бесячей физиономии иногда скучновато. Надо перед его командировкой немного подлатать гормональный фон капитана. Совсем чуть-чуть, и сразу остановиться у границы отката.

– Ну и ну, – удивленно присвистнула от нелепой мысли. – Мало работы, голубушка, коли заигрываешь с выгоранием? Ну-ка быстро писать Лютеру доклад.

Коллега просил сообщать обо всем: от температуры пациента до прохожих за стеклом. Я взялась излагать ему на бумаге свои догадки, но из головы упрямо не хотел уходить гвардейский выползень. Сразу после ужина эрл Клод отвез меня домой и долго стоял на крыльце, разглядывая звездное небо. Созвездия были совсем иными, нежели в нашей галактике, и капитан умудрялся находить среди кучи светил сложные узоры. Сказывалось дворянское образование, содержащее курс естественных наук.

– Когда мне было восемь, дедушка повез меня в лесную охотничью сторожку, – задрав лицо к небу, начал капитан. – Чтобы я забил своего первого лося, а то и кабана, если повезет. Не повезло. На тропу вышел одичавший вервольф, в котором никогда не было человеческого. Слюна… У него текли слюни, как у бешеной собаки.

– Ты испугался?

– До ужаса, – кивнул Алеон. – Ноги парализовало, руки онемели. Я даже не мог закричать и позвать деда, лишь думал, что такими клыками голову мне срежет начисто, как гильотиной.

– А потом? – горло перехватило от иррационального страха – так достоверно ожила картина.

– Дед его сжег, – обыденно закончил он. – На месте. Одним ударом, в котором через четыре года я узнал «Слияние пламени» – боевую вязь огневиков. Еще и пожурил за растерянность, но не сильно. А отец сказал, что я опозорил род Клод, если меня дрянная животина до инфаркта довести может. Это сейчас к оборотням относятся на равных, а раньше наш дворянских брат их за разумных существ не любил считать.

– Из-за этого, кажется, и разгорелся бунт в Дагер-Хедже? – риторически заметила я. – И все же, каков мерзавец твой отец. Ребенок чуть не погиб, а ему хоть бы хны.

– Дедушка таким же был. Вредным до одури и размяк только когда я его впервые позвал в детстве.

Меня как громом прошило осознание. Нет… Или да? Ну конечно. Всё сходится!

– Алеон, – капитан вздрогнул от страшного шепота. – Есть подозрение...

– Ну-ка, – насторожился маг.

– Что ты станешь таким же вредным пнем, как твой отец, – от жути захватило дух.

– Алевтина! – возмутился мужчина. – До чего же вы несносная эрла, спасу от вас нет.

Вот так-то, знай наших. Поймав себя на улыбке, я оправилась и усиленно застрочила мини-отчет. Взятую на анализ кровь нужно разложить на составляющие и провести лабораторный эксперимент по выявлению в составе вредоносных бактерий. Буду последовательно разрушать клетки крови, а стрелкой-сканом выискивать вражеских лазутчиков. Эх, с Мартином было бы сподручнее: один медленно уничтожает молекулу за молекулой, а второй тщательно наблюдает во все сенсоры. А бактерия-то не промах, ее и обеззараживание крови не берет, хотя защититься от этого практически невозможно. Да что там практически? Я влияю на органику, и точка.

На чужой дар не влияю, но это закон магии.

– Эрла Алевтина! – вся улица услышала панический рык. – Эрла, беда!

– Снова? – бровь флегматично приподнялась навстречу бегущей по мостовой фигуре. Хорошие у меня окна, большие.

– Эрла Алевтина-а-а! – Мортимер Бэкк едва не запнулся об порог, головой выламывая приоткрытую дверь. – Убили!

Уже? Тогда сочувствую, не в моей юрисдикции. С этим резвому оборотню нужно бежать к Алеону или самому себе, как-никак лейтенант королевской гвардии. А проводить вскрытия уполномочен эрл-медэксперт в штате Управления, если смерть насильственная.

Не сочтите за черствость, но покойнику уже все равно. Я бы на месте стражи озаботилась состоянием очевидцев и близких родственников, их еще можно откачать от стресса.

– Прямо-таки убили? – но, зная некую эмоциональность оборотня, предпочту переспросить. – Или нужна помощь? Предупреждаю сразу: если пациент хочет жить, врачи бессильны.

– Эрла! – с отчаянием упрекнул вервольф. – Нашего капитана…

…убили.

Глава 31

– Если он жив, вы за это заплатите, – шипела я, трясясь в служебном возке.

По правую руку не меньше трясся эрл Бэкк, но его тремор вызван куда более прозаичными вещами – я врезала ему в вены коктейлем из кофеина и валидола. Нет, не стыдно. Хотя бы потому, что блеющий бараном лейтенант не смог объясниться, лишь мычал что-то про ловушку, магический взрыв и врагов. Великий Авиценна, он даже не смог сказать, был ли у Клода пульс – лишь о полной потере сознания капитаном. Со слов волколака выходило, что на маркиза организовали ловушку в Саду Единства, где он прогуливался в перерыве от работы. На этих словах оборотень почему-то смутился, но тут же взял себя в руки.

Сдетонировав, ловушка взорвалась и волной швырнула капитана оземь, выбив дух. При этом окружающие люди не пострадали, что дает основания предполагать – капкан любезно готовили именно Клоду.