Экспресс в Рождество - Троу Эльма - Страница 8

Алиса поняла, что уже несколько минут сидит с открытым ртом и следит за текстом. Даниил перестал набирать сообщение. Видимо, он ждет ее ответа, однако сейчас Алиса не могла пошевелиться. У нее было чувство, будто все тело онемело и потеряло способность чувствовать внешний мир.

«Ты сама напросилась, Алиса. Ты виновата в том, что запустила этот механизм», – крутилось в голове.

Внезапно пришло сообщение.

Алиса отложила телефон и тут же откинулась на спинку стула. Теперь ей кусок в горло не лез.

«Он решил мне подыграть из вежливости? Или это его инициатива?» – проносилось в голове.

Алиса закрыла лицо руками. С улицы доносился скрип лопат, шорох ветвей на сильном ветру.

– Я и вправду утратила мечту взлететь, – сказала она в воздух.

Даниил вышел со станции «Ногинск» и оказался на небольшой площади с замерзшим фонтаном, который украсили гирляндами, – теперь казалось, что вместо воды из него вырываются искры фейерверка. Мимо пробежала большая грязная собака, которую явно подкармливали в местных кафе. Вид у нее был довольный, словно она уже знала, что сейчас ей перепадет вкусный кусочек.

Ладони промокли и замерзли. От волнения стало холодно, губы начали подрагивать. Он думал о том моменте, который родился в его голове, когда он рассматривал проплывающие в окне электрички поля и заброшенные промышленные постройки. На участке от станции «Фрязево» до «Электростали» была очень интересная акустика. Гудок поезда искажался эффектом Доплера[2], а затем, отражаясь от деревьев, множился, создавая эффект, похожий на призрачный плач.

Даниил представлял себе, как призраки прошлого напоминают Дириону о том, что он способен взлететь, если сильно будет этого хотеть.

«Любовь разжигает магию в сердцах», – подумал Даниил.

Даниил быстро пересек площадь, миновав небольшое кафе, в котором сейчас проходил очередной праздник. Далее начиналась дорога, которая отделяла железнодорожную станцию и автовокзал с торговыми центрами. На противоположной стороне этой дороги прямо у автобусной остановки на аварийках стояла знакомая белая «Шкода».

Игнорируя красный свет светофора, Даниил перебежал дорогу. В окне пассажирского места он увидел Наташку, которая радостно ему махала. Даниил открыл багажник, поставил туда сумку и, взяв с собой только подарочный пакет и переноску с Шанни, сел на переднее сиденье.

За рулем была мама.

– Привет, – улыбнувшись, она обняла его.

Даниил ответил ей и протянул неунимающейся сестре пакет.

– Это тебе. – Он с интересом наблюдал, как Наташка радостно разворачивает хрустящую бумагу.

– Не стоило тратиться, – поговорила мама, наблюдая за радостью дочери.

Наташа выудила из пакета толстую раскраску, одну из тех, которые обычно дарят взрослым. На дне она обнаружила новые маркеры и карандаши.

– Какая красота! – воскликнула Наташа и вдохнула запах свежих страничек. – Спасибо!

Мама погладила Даниила по плечу, выключила аварийный свет, и машина тронулась с места. Женщина была рада, что вся семья, наконец, соберется за одним столом.

Они промчались по узенькой улочке мимо маленьких магазинчиков и кофеен. Добрались до перекрестка. Справа виднелась главная площадь, где располагался парк фонтанов и театр.

– Вон там, видишь? – мама указала на небольшую кофейню рядом с театром. – Мы с отцом открыли еще одну.

– Там много посетителей, – заметил Даниил.

– Этот год был очень удачным, – гордо сказала мама, и машина свернула с Трудовой улицы на Рабочую.

Родители Даниила были предпринимателями. Они были владельцами сети кофеен, в которых подавали тематический кофе и сладости. Родители создавали удивительные пространства, в которых хотелось задержаться.

Снега выпало так много, что его не успевали чистить. Из-за мороза под колесами все хрустело. Небо укуталось в серую шинель, поэтому в городе очень рано зажигали фонари. Серость скрашивалась переливом лампочек.

Показался купол Богоявленского собора и его стены, выкрашенные в нежно-лазурный цвет. Из массивных дверей на улицу высыпали люди.

Раздался звон колоколов, извещающий город о том, что уже полдень. Знакомые звуки вернули Даниила в реальность после переписки с Алисой.

– А где папа? – спросил Даниил.

– Мама отправила его за кукурузой и тортиком, – отозвалась Наташка, которая уже разглядывала мелкие детали раскраски.

Для нее это было очень «залипательное» развлечение.

– Наташ, расскажем ему? – спросила мама, с таинственным видом поглядывая на дочь в зеркало заднего вида.

– Да! – воскликнула она, отложив раскраску и придвинувшись к спинке кресла брата. – Да-а-нь! А мы поедем в гости к Деду Морозу в Великий Устюг! – воскликнула Наташа.

«Куда?» – завопил внутренний голос.

– То есть? – Даниил обратился к матери. – В тот Устюг, в который ехать несколько суток на поезде? Надеюсь, мы самолетом?

– Возможно, ты видел, недавно запустили круиз на винтажном поезде, – проговорила мама, не отвлекаясь от дороги.

«Все, можно не пытаться позвать Лиссу на кофе», – разочарованно ответил Даниил своему внутреннему голосу, который продолжал удивляться и вопить.

– Мы с отцом решили, что это отличная возможность интересно провести время всей семьей и немного посмотреть страну, в которой живем. К тому же экскурсии очень интересные, ночная рождественская служба.

– Дай угадаю, путешествие на три дня? – спросил Даниил с надеждой в глазах.

– Бери больше. Каждый день новая остановка. Четвертого января ночью стартуем. Восьмого вечером будем в Устюге. Девятого рано утром на самолете домой. И у тебя останется еще пара дней, чтобы, надувшись, посидеть в своей комнате, – с иронией в голосе проговорила мама.

– Просто я не ожидал, что придется уехать так надолго, – ответил Даниил, пытаясь сохранить ровное выражение лица.

Тем временем они миновали мост через Клязьму. Собор стоял прямо на берегу. Летом его золотистые купола отражаются в темной воде, сейчас же Клязьма стояла замерзшая, лишь в середине, где течение было самым сильным, чернела вода, заглатывающая в свои потоки куски льда. Вокруг полыньи сидели черные нахохлившиеся утки. Их так хорошо кормят здесь люди, что им нет необходимости улетать.

Вдоль берега тянулась деревянная набережная, украшенная лампочками и еловыми ветвями.

– Почему ты не рад? – спросила Наташа. – Будем гулять, дурачиться и кататься на коньках! Мы пойдем с тобой гулять?

– Конечно, пойдем, – ответил Даниил.

Машина свернула с главной дороги во двор с высокими кирпичными домами, окна которых выходили на небольшой парк.

– Вот и приехали, – произнесла в своей обычной манере мама. – Наташа, помогай забирать продукты.

– Куда столько? – спросил Даниил, заглядывая назад.

Оказалось, все пассажирское сиденье было забито пакетами и свертками. Наташа кое-как выбралась, чуть не пнув ногами яблоки, которые лежали на коврике в пластиковой сетке.

– Это нам в дорогу, – радостно ответила Наташка и принялась вытаскивать продукты.

Даниил взял в обе руки по три пакета, стараясь захватить как можно больше покупок. Ему не хотелось бегать к машине еще несколько раз, хоть мама и поставила ее недалеко от подъезда.

– Вы как будто на месяц собрались, – буркнул Даниил.

– Вы все это сметете очень быстро, – смеясь, проговорила мама.

Она достала ключи и открыла дверь. Лифт стоял на первом этаже, поэтому они очень быстро добрались до квартиры. Под конец Шанни было уже невыносимо сидеть в переноске, и она принялась скрести лапами дно сумки. Как только Даниил выпустил кошку, она, поджав хвост и пригнувшись, пошла вдоль стены коридора исследовать квартиру.