(Не)верный бывший. Месть полукровки (СИ) - Гераскина Екатерина - Страница 32

— У Мариссы траур. Тебе не кажется, что всё это преждевременно?

— Отнюдь, — император сложил руки за спиной в замок. — Сколько они были в браке? Пару месяцев? Вряд ли она испытывала пылкие чувства.

— Это решать Мариссе, — процедил Кристофер. Его спина стала еще прямее. Он перечил отцу, и императору это не нравилось.

— Вдова такого огромного состояния. Без поддержки семьи. Не может оставаться одна, без сильного плеча. Она всего лишь женщина.

— Она феникс. И может управлять всем тем, что оставил ей Ройберг.

— Она адептка первого курса, — пренебрежение так и рвалось из голоса императора.  

— И она ещё покажет себя.

— Споришь, сын. Будет так, как скажу я, — всё же вышел из себя император. — Даю время на траур, а потом подберу ей кандидата. Не может опасное существо быть само по себе, — а после, скривив от негодования губы, размашистым шагом покинул целительскую и захлопнул дверь.

Теперь понимаю почему императору не перечат. Он просто не терпит этого. Я и сама могу оказаться в таком же положении. Я ведь тоже «опасное существо».

Даже мысль о том, что меня обяжут выйти замуж за доверенного императору человека, разорвала меня от негодования. А еще понимание  что у меня нет сил сопротивляться подобному исходу. 

А что если император не позволит быть с Торвальдом? Но я даже не могу представить, что рядом будет кто-то другой.

Пусть он и упрямая сволочь, что не считался с моим мнением и думал, что делает как лучше, отсылая меня, но лучше быть с ним, чем с посторонним.

А ведь у меня дети.

Маленькие химеры. 

Меня внутренне затрясло от осознания беды, в которой я могу оказаться. На месте Торвальда я бы себя уже заперла где подальше и просто насильно заставила выйти замуж. 

Ведь он уже четко обозначил свою позицию, что никуда не уйдет и будет рядом.

Химера внутри рычала, но мы же не сможем отказать императору! А вид бледной и потерянной Мариссы просто выбивал из колеи. Она была ни жива, ни мертва. 

А что если император избавится от Торвальда и так буду сидеть я? 

Это то, о чем говорил Крис мне тогда в кэбе? Что мне нужна защита? Я понимала, почему мужчины держатся вместе. А ведь погиб один из двух генералов империи. Остался только Торвальд. 

Боги!

Нервный плач девочки вырвал меня из ужасающих мыслей. Я видела в ней себя. Меня трясло внутри, но снаружи я пыталась быть сдержанной.

Рычание химеры приходилось сдерживать. Я вышла из-за спины Торвальда, а ведь там было так безопасно, и подошла к Мариссе, села и обняла ее, сжав в своих объятиях. 

— Я не хочу. Нет. Не бывать этому, — прошептала бедная девушка, которой даже не давали оплакать своего мужа. 

— Вы не можете заставить её выйти за того, кто ей противен и не нравится.

— Я попробую узнать, кого собирается так осчастливить отец. И от этого будем отталкиваться. Найдём рычаги давления, — хмурился Кристофер. А потом обратился к Мариссе. — Но ты должна держаться. Ради… памяти Ройберга, ради ребенка.  А сейчас отдыхай, Марисса, — сказал принц. 

Я вновь взяла девушку за руку, помогла ей лечь, укрыла одеялом. 

— Всё будет хорошо, — прошептала я. 

Сама же сидела рядом на стуле и думала, что, к счастью, Торвальд и Крис вовремя вмешались, сгладив напряжённую обстановку. Не знаю, чем бы всё это обернулось, если бы не их вмешательство. 

Император мне не понравился, и его присутствие только усилило моё недоверие. 

Моя химера продолжала защищать Мариссу. 

Я думала, что этот момент был самым напряжённым за последнее время. 

Но то, что произошло через пару дней, подкосило меня, убило, разорвало.

Глава 38

Прошло несколько дней с тех пор, как мы спасли Мариссу и её ребёнка. Жизнь начала постепенно возвращаться в привычное русло. Я проводила время с детьми, заботилась о Мариссе и занималась учебой.

Торвальд практически все свое время проводит рядом с нами, играет с детьми. Он забирал меня на обед, и мы вместе отправлялись к детям, чтобы провести время вместе.  

На днях няня призналась, что те деньги которые она уговаривала меня взять в прошлом и которые были якобы от продажи ее дома, были деньгами Торвальда. И что на счете в банке лежит огромная сумма. Я лишь молча выслушала все это. Тор верно заметил, что я бы ничего не взяла у него, более того меня бы все это оскорбило. Я-то и у няни ничего не брала.

Сейчас же… я решила, что пусть все это будет детям. Они сами решат к поступить с деньгами отца.

Прошлой ночью Торвальд уже перенял у меня обязанность читать детям сказки. Да, его становилось слишком много в моей жизни. Он постепенно заполнял всё своим присутствием, окутывал нас вниманием и защитой.

А утром сегодня привёз столько подарков детям, что это было просто какое-то безумие: два полных кэба. Дети отказались идти гулять на улицу, и даже билеты на новую сказку в кукольный театр не изменили их решения.

Касания, взгляды — все было в новинку, но вместе с тем так знакомо. Внутри каждого кипела буря. Химера всё чаще просилась наружу. Я пока сдерживала её.

Марисса пока была в нашей академии и под моим наблюдением. Я оберегала её как могла. А еще выяснилось, что она такая же сирота как и я, хоть и воспитывалась в семье. Та самая больная малышка Хана, которую я иногда вспоминала, сейчас носила имя Мариссы.

Невероятное стечение обстоятельств!

И тем счастливее я была от того, что девочка оказалась вовсе не больна, а была фениксом. У меня появилась подруга.

Сегодня всё должно было быть как обычно. Но Торвальд встретил меня около проходной. Он подошёл ко мне и порывисто сжал меня в объятиях, оставив жаркий поцелуй на губах, но безумно короткий.

— Что такое?

— У меня поручение императора. Нужно съездить в академию к Ройбергу. Император желает как можно быстрее подобрать ректора. Это поручено мне.

Под ложечкой засосало от неприятного предчувствия.

— Тор…

— Всё будет хорошо, я вернусь, как только освобожусь. Чем скорее уйду, тем быстрее вернусь, — он оглянулся вокруг и сказал: — Варисы нет в империи. Сюда она пока не покажется.

— Почему?

— Я не хотел тебе говорить, чтобы не волновать.

— Кажется, ты сделал всё ровно наоборот.

— Белла. Моя секретарша найдена мёртвой.

— Боги! Это Вариса?

— Прямых улик нет.

— Стерва.

— В любом случае, она пока не будет нас беспокоить. Мне это на руку. Я вернусь быстро. Пара дней — и сразу же порталом обратно. Поцелуй за меня детей.

— Они расстроятся.

— Я тоже расстроен. Не хочу вас покидать. Не хочу отпускать ни на минуту. Элен…

Я поняла, что хотел сказать Торвальд, но покачала головой.

— Не в такой спешке все должно быть. Но я хочу, чтобы ты сейчас подумала. Не говори мне ничего. Просто выслушай.

Подъехал наш кэб. Торвальд помог мне сесть, сам забрался следом. Закрыл за нами дверь.

Приобнял, затем поцеловал, перетянул на свои колени. И это было практически единственная вольность в отношении меня. Обычно он только жадно смотрел на меня, срывая иногда короткие поцелуи.

Но тут... Он уезжал, и я не стала вырываться. Устроилась удобно на его коленях. Сознание помутилось. Было так сладко целоваться с ним. Я не сопротивлялась. Химера довольно урчала. Тор нехотя оторвался от меня.  

— Я хотел сделать всё иначе. Но… хочу, чтобы у тебя были эти пару дней, чтобы подумать и дать мне ответ.

Торвальд бережно придерживал меня за спину. Он достал бархатную коробочку из внутреннего кармана строгого чёрного камзола. Я приняла её и открыла. Увидело изумительной работы кольцо.

— Тор…

— Я купил его три года назад. До войны. Потом не знал, вернусь ли живым. А потом случилась Вариса, приказ императора и прочее. Но не будем больше об этом. Я буду жалеть о своем решении до конца жизни.

— Отведено тебе немало, не стоит проклинать себя. И я согласна все забыть.

Торвальд порывисто взял мою руку и поцеловал запястье.