Скандал в Академии монстров. Жена для чудовища (СИ) - Вересень Мара - Страница 28

Затем Райн предложил руку, чтобы проводить меня в кафе.

– Вы выглядите сегодня немного иначе, Амантис. Честно говоря, думал, вы прилично опоздаете, как делает большинство девушек, но очень рад, что этого не случилось.

– Почему? – Нужно было хоть что-нибудь говорить. А что говорить, когда способность думать пропала. Кажется, проснувшаяся женщина и способность думать у меня в организме одновременно не уживаются.

– Во-первых, я считаю что опаздывать неприлично независимо от пола, а во-вторых это позволило мне полюбоваться вами. У разглядывающих витрины хорошеньких леди особенное мечтательное выражение, что делает их еще привлекательнее.

– Находите меня хорошенькой, лорд Ашти?

Демоны… Что я несу? Лучше бы язык отнялся вместо головы. Это все от того, что я чувствую сквозь рукав руку Райна и как напряжены мышцы, а еще он чуть-чуть улыбается, когда говорит. И когда уже это кафе?

– Нахожу. Да.

– Вы поэтому меня пригласили?

– Хм… Сразу к делу? Может для начала все же пообедаем? Должен признаться, я неприлично голоден.

Дверь кафе распахнулась, Ашти назвался и нас проводили к столику. И тут до меня добежала мысль, что после вчерашней проверки, я практически адептка отделения псионики, и что совмещать занятия и работу секретарем станет нереально, а значит видеть Ашти я буду только по расписанию.

– Вы помрачнели, Амантис. Передумали обедать со мной? Хотите уйти?

– Нет. Не хочу уходить. Но разве мне не придется оставить работу если вы переведете меня на первый курс?

– Об этом я тоже собирался поговорить с вами. Независимо от результатов теста, – посерьезнел Ашти, между бровей обозначилась черточка, отчего он сделался еще более привлекательным.

Я как раз собралась попросить огласить весь список имеющихся для обсуждения тем, но тут принесли тарелки. Мой организм, к моему стыду, не стал молчать о том, что его лишили завтрака, но я понадеялась, что его голос был тих и скромен и слышим только мне. Ну может еще разносчику, который ставил рядом со мной корзиночку с хлебцами.

Птичья грудка в соусе и салат были чудесны, Ашти – великолепен, новости неутешительны. Райн сообщил, что мне придется оставить работу. И даже не по той причине, по которой я сама думала. Оказалось, что Корпс подгадил, ссылаясь, что я как адептка не должна видеть внутреннюю “кухню” учебного заведения, иметь доступ к документам руководства и смущать и вводить в искушение своим двояким статусом преподавателей и сокурсников. Кого искушать, а кого смущать, ясно не было. Утешало одно, это еще не завтра. И приказ о переводе и увольнение. До конца семестра.

– Надеюсь, Илантэ к этому времени сможет выйти, – удрученно добавил Ашти, а я отвела взгляд и выйти захотелось мне – через столик от нас сидел Сайлер и буравил меня глазами.

Вот откуда это неприятное чувство, а я думала, меня совесть гложет, что я посмела думать о ректоре не как о работодателе и мечтать о ночных лампах, поцелуях и… Отчего-то на язык просилась библиотека. Наверное из-за того, что у Райна такой же одеколон, как у того типа с бала, и волосы светлые. Гатто шевельнулся, будто собрался привстать, и я поняла, что выйти нужно.

Глава 4

Я даже до заветной комнатки не дошла. Сайлер догнал и толкнул в нишу с зеркалом. Прямо как в Акосе, когда он меня стремительно соблазнял.

– А ты та еще штучка, Амантис. Какое коварство…

Чего в его голосе было больше, восхищения или бешенства, было не понять, да я и не старалась. У меня пальцы неметь начали, так сильно он сжал мои запястья.

– Я записку оставила, что не пойду. Ты не получил?

– Получил. Мне стало интересно, по какой причине ты вдруг изменила решение на противоположное. Я был в холле. На лестнице. Дежурный меня не заметил, когда помчался наверх и я слышал и видел тебя там. Понял, что ты не встретиться со мной торопилась. И проследил. Записку уже по пути прочел. Что же замена достойная. Но что скажет на это твой отец?

– Ничего. Ничего не скажет, – храбрилась я, даже не пытаясь вырваться из захвата – все равно бесполезно. Не отпустит даже если кусаться начну. Осталось только заорать, но Сайлер будто почувствовал или среагировал на то, что я вдохнула поглубже и впился в мои губы.

Переждала, брезгливо скривилась. Гатто рассмеялся.

– Тем слаще будет тебя укрощать, Мо.

– Я. С тобой. Не буду.

– Будешь. Договор о помолвке составлен. И твой отец его подпишет. Даже рад будет. Ты порченый товар, Амантис, тебя никто не возьмет даже за деньги с такой репутацией. А я возьму. Уже взял. В Акосе. Первый. И скоро буду делать это столько, сколько захочу, и как захочу. Может даже ждать не стану. Я ведь знаю, где ты живешь, Мо.

– Тебя из Академии выставят.

– А знаешь, мне плевать. Не так уж я и рвался карьеру делать. Уедем с тобой в поместье Гатто. Там море, холмы, виноградники, дворец из белого камня, послушные молчаливые слуги… Я буду заниматься поместьем и тобой. Тобой – в особенности. Пока ты не станешь такой же послушной и молчаливой. Возможно, тогда ты мне наскучишь, но уверен, ты будешь долго упрямиться. По глазам вижу. Так сверкают!

Мне удалось увернуться от поцелуя, но Сайлера это только раззадорило.

– Я сейчас закричу.

– Кричи. Жалуйся. Кто тебя услышит?

– Может быть я? – спросили из коридора.

– Райн! – Я рванулась, но Сайлер ловко перехватил меня за талию и прижал спиной к себе. Не шевельнуться.

– Вас долго не было, леди Бредли. Я заволновался. Вижу, было от чего. Снова адепт Гатто. И снова не спросив разрешения, – Ашти говорил очень спокойно, неуловимо протягивая шипящие звуки и, казалось, занимал собой все пространство коридора. Во всяком случае его тень: она была какой-то непропорционально огромной.

– Лорд Гатто, – поправил Сайлер. – Мы не в Академии. Здесь мы с вами равны.

– Равны? Не думаю, – улыбнулся Ашти.

Не знаю, как Сайлер среагировал, он только крепче сжал пальцы у меня на талии, а меня саму мороз по коже продрал. Почудились края игольчатых зубов, мелькнувшие под верхней губой Райна, и желтые точки в глубине зрачков.

Нет, точки не почудились.

– Я имею полное право проводить время со своей невестой так, как посчитаю нужным, лорд Ашти, – заносчиво произнес Гатто.

– Леди Бредли не может быть вашей невестой.

– Это еще почему?

– Потому что она уже замужем. Амантис?

Обычно я устойчива ко всякого рода потрясениям и в обмороки не падаю, но тут мне стало дурно и, не держи меня Сайлер, сползла бы по стенке. Ашти знал про мой договорной брак! Откуда? Отец знает, где я? Может и знает, только забрать не может, ведь я под защитой Академии.

– Амантис, – снова обратился ко мне Ашти. – Останетесь здесь или вернемся в зал? Там подали десерт.

– Я… Я не голодна. Давайте просто уйдем.

– Лорд Гатто, не будете ли вы так любезны?.. – язвительно начал Ашти.

Сайлер, к моему удивлению разжал руки. Но прежде чем отпустить, наклонился к уху и шепнул:

– До встречи, крошка.

А еще волосок выдернул, садюга.

Я бросилась к Ашти как родному, хоть у него и были эти жуткие огоньки в глазах. Он приобнял меня довольно тактично и невинно, учитывая, что я вцепилась в него клещом, почти как на кухне в приемной, разве что на руки не забралась.

Вышли в зал. Райн оставил меня за столиком, а сам подошел к администратору. После чего вернулся ко мне и мы направились в фойе. Там нас нагнал разносчик, который обслуживал столик, и вручил Ашти коробку с вензелем кафе.

– Это для вас, Амантис, – ответил ректор на мой удивленный взгляд. – Здесь подают чудесные десерты. Отлично подойдет к какао. Вы ведь любите, я заметил. Вернее, мне проговорились.

Я мысленно отвесила челюсть. С кем Ашти мог меня обсуждать? С Лойдом? С моим болтливым домашним духом? С раздатчицей в столовой для адептов? У преподавателей был отдельный зал с отдельным входом, чтобы не мозолить друг другу глаза еще и во время приема пищи.