Одарена и особо опасна (СИ) - Нуар Нинель - Страница 23

— Надо же, сколько в вас скрытых талантов! — вздохнул ректор с долей осуждения. — Еще сюрпризы будут?

— Вы серьезно считаете, что я вам все выложу? — хмыкнула я, останавливаясь перед развилкой. — Налево или направо?

— Понятия не имею.

Айзенхарт опустил магический светлячок к самому полу и всмотрелся.

— Разделимся? — предложила я. — Я налево, вы направо.

Ректор смерил меня долгим взглядом и покачал головой.

— Нет уж. Я вас одну никуда не отпущу. Оба пойдем налево.

— Отчего ж не направо? — усмехнулась я.

— Вы ж собрались налево. Значит, что-то там есть!

Ишь, как хорошо он меня уже изучил!

Левый коридор едва заметно уклонялся вниз. Нам примерно в ту сторону и надо, если ориентироваться на кладовку, где осталась бездыханной моя следилка.

Я и пошла. А Айзенхарт за мной.

Только успела подумать, что уж больно все спокойно, как плита под ногами исчезла. Меня спасла только молниеносная реакция. И висевший на поясе артефакт полета.

Носки туфелек почти коснулись острейших пик, густо натыканных на дне ловушки.

— Ну здравствуйте. Давно не виделись, — пробормотала я, взмахом руки отгоняя себя в сторонку.

Проснулась ностальгия. Все-таки спокойная сытая жизнь в академии порядком меня расслабила. Что такое одна небольшая локальная катастрофа в сравнении с моими привычными буднями?

Приземлиться на ноги мне не позволили — Айзенхарт перехватил в воздухе и сжал в объятиях так, что я крякнула.

— Ты в порядке? — взволнованно прошептал он мне на ухо, ставя на пол и ощупывая во всех местах одновременно.

Понятия не имею как у него вышло! Прямо-таки талант.

— Мы уже на ты? — уточнила я в ответ. — И приставания односторонние или мне тебя тоже можно пожмякать? Если да, то лучше потом. Сейчас немного не до того.

— Тьфу ты. Я ж за тебя испугался! — отшатнулся ректор и чуть не свалился во все еще разверстую яму.

— За себя переживай, — проворчала я, хватая мужчину за воротник и оттаскивая ближе к стене.

Немного не рассчитала, и он уткнулся спиной в камни. Охнул. И снова схватил за талию.

Рефлексы у него зачетные.

Я неохотно высвободилась из цепких рук. Стоять вот так, прижавшись щекой к широкой груди и слушая мерное, чуть учащенное биение сердца оказалось неожиданно приятно.

Нельзя расслабляться!

— Дальше пойдем медленнее, я буду тщательнее проверять каждый участок, —заявила, отправляя сканирующий импульс вдоль коридора.

Судя по сияющим наточенным лезвиям, ловушка относительно новая, не с древних времен сохранилась. И с отличной маскировкой — мой упрощенный поисковик ее не засек. Придется применять углубленный вариант, и то не факт что справится.

Увы, различие в магических школах играло как за, так и против меня. Те же самые купола — я так и не разобралась еще, по какому принципу они работают. А на ловушках явно стояло что-то аналогичное, с трудом мною засекаемое.

— Я, пожалуй, тоже, — проворчал Айзенхарт, когда я чуть не свалилась в дыру второй раз.

Так и пошли — впереди я, вытянув руку и удерживая активное плетение на всю ширину коридора. Мало ли, сверху что упадет? А сзади, отставая ровно на шаг и дыша мне в затылок, ректор. Как ни странно, подобное тесное сотрудничество не нервировало. Обычно я терпеть не могла работать с напарником. Иногда приходилось, никуда не денешься. Подать инструмент, подсадить в окошко кому-то нужно.

Но ничего серьезнее, и строго на один раз.

Сейчас же я фактически доверила мужчине собственную безопасность. Он засек два подозрительных участка, которые я пропустила, и за локоток проводил по широкой дуге мимо.

Милота! Почти свидание в моем представлении.

По ощущениям мы с полчаса нарезали круги по тайным переходам. Они петляли, сходились и расходились, но ничего интересного мы не могли обнаружить. Вокруг царила идеальная чистота — ни тебе пыли, ни паутины. Влажность разве, но, к сожалению, она уничтожала и следы тоже, смывая их в буквальном смысле.

К решетке мы вышли не иначе как случайно.

И остановились.

Дальше пути не было, да и незачем. За частоколом металлических прутьев виднелась модная, вполне современная по самым моим строгим меркам дверь сейфа.

— Откуда в этом захудалом мирке такая прелесть? — промурлыкала я, пожирая взглядом красоту. Мне еще не доводилось вскрывать «Трезормейстер», только слышала про него — вроде еще в разработке, опытные образцы, все такое.

И тут на тебе. В Траумфельде!

— Что это? — растерянно уточнил Айзенхарт.

— Ваш мистер Дитлинд знал толк в развлечениях, — расплылась я в довольной усмешке. — Я такое не открою. Нам нужен ключ!

Ректор смерил меня долгим сомневающимся взглядом.

— Мне казалось, ты лучшая в семи мирах, — протянул он наконец скептически.

Я фыркнула.

— Я лучшая, но не богиня все-таки. Даже с ключом эту ласточку так просто не вскрыть. Нужно еще сымитировать ауру мистера Дитлинда, с этим я справлюсь. А вот без ключа, увы, только сносить весь замок. И то не факт, что откроется!

— И где мы возьмем ключ? — поинтересовался Айзенхарт. — При почившем ничего постороннего и подозрительного не нашли.

— Кольцо? Трость? Кинжал? — на каждое мое предположение ректор качал головой, а я унывала все сильнее. — Занятно. Хотя и логично — вы же сказали, что магия на месте преступления исчезла. Ключ тоже деактивировался бы и рассыпался. Тогда могу предложить три варианта. Хороший, средний и плохой.

— Начнем с хорошего, — тут же попросил он.

— Скорее всего, ключ забрал убийца. И если мы найдем ключ — найдем и преступника! — радостно ответила я.

— А плохой?

— Мистер Дитлинд мог не носить ключ с собой, а прятать где-то на острове. И поди отыщи… а, нет. Это средняя версия, не плохая. Плохая — если ключ таки пропал, испарился вместе с магией в кабинете.

— Что будем делать в этом случае? Разрушить академию — не предлагать! —поспешно добавил ректор, заметив мое оживившееся лицо.

Я снова скуксилась.

— Ну вот, такую идею запорол! Тогда можно скучно подбирать подходящие излучения, но это надолго.

— Ничего, у нас еще целый год впереди!

Обнадежил так обнадежил, нечего сказать.

Внимательно оглядев решетку, я приложила руку к стене. Прежде чем лезть к сейфу, стоит проверить, какие возле него заложены сюрпризы. Один мой незадачливый коллега погорел на невнимательности. Буквально. Над дверцей, которую он вскрывал, установили капсулу с кислотой.

Больше бедолага по профессии не работает. По техническим причинам.

Прикрыв глаза, я вслушалась в прошлое камней. Многое вычленить не получилось, к сожалению. Мешала близость защищенного мощными чарами хранилища.

Вообще наука чтения вещей — тонкая и привередливая. Не только дается далеко не каждому, но и использовать умение получается не всегда. Вода накапала — все смыло. Помагичил кто рядом — затер. Сильный артефакт поблизости фонит — ничего не видно и не слышно, будто во время концерта пытаешься поговорить с соседом через ряд. Вроде что-то улавливаешь, но смутно, обрывками и неразборчиво.

Сейчас единственное, что я почуяла — остаточные следы аур. Двух.

— Сюда имели доступ двое, — сообщила я вслух Айзенхарту. — Один из них точно мистер Дитлинд. Второй — тот неизвестный, кого я чуяла раньше. Жаль, не могу поточнее определить, кто это. Даже пол не скажу.

— Думаешь, это может быть женщина? — скептически хмыкнул ректор.

После чего глянул на меня ещё раз — повнимательнее, и более сомнений не высказывал.

Вместо этого предложил:

— Решетку ты хоть снять можешь? Я бы посмотрел, что там у двери. Может, отпечатки какие найду.

— Я бы ее не трогала, — решительно отозвалась я, отлипая от кладки. — По одной простой причине. Пока что тот, второй, не в курсе что мы его засекли. И считает, что ты так и просиживаешь штаны в кабинете в ожидании невесть чего. Пока он — или она — расслаблен и ничего не подозревает, у него больше шансов совершить ошибку. А у нас — его поймать.