Оглянись в темноте (СИ) - Рымжанов Тимур - Страница 31

— А как мимо крепостей? — вновь вмешался Сом. — Если дозор заметит, сразу же погоню организуют. А граница?

— Крепости обходить ночью, в темноте. И границу переходить так же, ночью, в обход крепости.

— Не могу представить, как все это провернуть, но в любом случае при переходе имперской границы, дается подорожный документ, который так же будут спрашивать, а там крепостей куда больше, а в некоторых из них боевые маги, с этими точно не забалуешь.

— Пересечем границу, зайдем в имперскую крепость с другой стороны, объясним, что произошло, заплатим пошлину если надо. Думаю, что пограничники на такое нарушение закроют глаза. Империи даже выгодно, что часть наемников уклонилась от противостояния. Тетушка Боран говорит, что там порядка больше.

— А как мы ночами без фонарей крепости обходить станем? — вмешался Лой? — нормальные люди по ночам не ходят.

— Я проведу. Мне все одно, что день, что ночь.

— Ну, предположим, — согласилась Оста. — Старик Альд действительно не откажет, лошадей и припасы вывезет, а мы как за стену попадем?

— Я выведу. Через сточные каналы, только в конце придется решетку из стены выдрать. Мы с Наей и так пролезем, а вы нет.

— И всего делов-то? — хмыкнул Сом. — Выдрать решетку — это раз плюнуть.

— Лезть через сточные канавы, — скривился Лой. — Может лучше через стену?

— Может вам лучше и через стену, — согласился я. — Если сможете. Встретимся на хуторе старика Альда.

— Там же на стене нас и возьмут тепленькими, — возразила Оста. — Наверняка посты усилят. Без шума не получится. Ард дело говорит. Все надо сделать тихо.

— Пропажу нашего отряда обязательно заметят, — напомнил Сом.

— С этим мы ничего сделать не сможем. Кто за предложение Арда?

— Он конечно башкой не рискует, — заметил Лой. — Его первым в городской арсенал потащат. А вот мне за цисарийцев, да по принуждению, что-то против империи переть не охота.

На следующий день, как назло, очень заметно потеплело, началась самая настоящая весенняя капель. Но отказываться от задуманного, мы не собирались. Ранним утром Сом отправился на рынок искать старика фермера. Он якобы должен был продать ему наших лошадей. Мол если все равно из города никого не выпускают, то и незачем лошадям без дела стоять. А ведь их надо кормить, поить, ухаживать, а это расходы и немалые. Городская казна их на свое довольствие не примет, лошадь частная. Вот и не станут противиться продаже. В телеге Альда наемники спрятали и свое снаряжение, которого к слову было не очень-то и много. И только я решил, что все свое ношу с собой. В моем рюкзаке припрятаны золотые и серебряные монеты, все наши с Наей вещи, созданные мной припасы, инструмент. Зная, что поедем верхом, я сшил седельную сумку и постарался равномерно распределить весь груз. Большая часть одежды была на нас, в рюкзаке — только сменный комплект. У Наи тоже был свой рюкзачок. Так что к выходу, мы с ней, были готовы полностью.

Как доложил Лой, следивший за фиктивной продажей лошадей издалека, старик Альд благополучно покинул город с нашими лошадьми и багажом остальной части отряда. Этой же ночью, после полуночи, договорились встретиться на улице возле рынка. Именно там был сточный колодец, которым я однажды воспользовался чтобы пробраться в город.

Пока все шло гладко. Мы с Наей покинули трактир за полчаса до полуночи. Наши вещи я еще днем вынес во двор и спрятал в сарае.

— А ты и в городе сможешь ночью идти, Ард? — спросила Ная беспомощно оглядываясь в кромешной тьме.

— Так ведь всегда хожу. И дорогу уже очень хорошо запомнил. Ты главное, чтобы ни случилось, громко не говори, только в самом крайнем случае и шепотом. Нарваться на патруль стражников совсем не хочется.

Третий день декады. К концу зимы многие горожане заметно поиздержались, праздно шатающихся по улицам хмельных гуляк уже давно не было. Так что нам с Наей приходилось идти очень тихо. Стараясь держаться темных улиц, внимательно прислушиваясь и присматриваясь, пользуясь темнотой, добрались до условленного места, где весь отряд уже тихонько ждал, выстроившись возле невысокого забора, неподалеку от переулка, в котором можно было спрятаться от возможного патруля. А количество патрулей действительно увеличили чуть ли не вдвое. Сейчас больше всего опасались именно того, что оказавшиеся в западне наемники попытаются вырваться из города. Но прорывов ждали у ворот, на пристани у реки и на самих стенах. То, что кто-то полезет через сточные каналы, да еще и ночью, никому в голову не придет.

— Все собрались? — тихо спросил я, приближаясь к напрягшейся Осте. Рука командира отряда лежала на рукояти кинжала. Было похоже на то, что она единственная меня слышала.

— Все, — ответил вместо нее Лой. — Темень такая, что я своих рук не вижу.

— Добро пожаловать в мой мир, — тихо буркнул я и протянул посох Осте. — Держитесь крепче. Тут недалеко.

Самым сложным моментом станет именно спуск в сливной колодец для Наи и наемников, поэтому я рискнул и как только подошли к нужному месту, передал Наю Сому, который тут же усадил сестренку себе на загривок. Я спустился первым и достигнув дна колодца, чиркнув огнивом зажег заранее подготовленную масляную лампу похожую на плоскую фляжку с колпачком. В освещенный колодец отряду спуститься будет намного проще и безопасней. Наемники действовали слажено и тихо. Все прекрасно понимали, что очень рискуют, поэтому без всякой брезгливости спокойно спустились вниз. Я передал лампу Осте и повел всех в основной сливной проток. Я шел в нем согнувшись, Ная так и вовсе в полный рост, а вот остальным пришлось скрючиться очень сильно, буквально на карачках, осторожно двинулись к выходу. Благо, что не очень далеко, всего метров триста.

Не доходя до решетки метров двадцать, лампу пришлось погасить. Я и Ная выбрались наружу между прутьев. После этого я отвел сестренку в сторонку и посадил возле стены.

— Сиди здесь, — тихо прошептал я ей на ухо, ни о чем не волнуйся, я рядом, надо сломать решетку.

— Я поняла, — с дрожью в голосе ответила Ная, но ее глаза при этом были полны страха.

К взлому решетки я тоже подготовился, прихватив с собой моток очень прочной веревки. Саму веревку я намотал между прутьев, просунул свой посох и стал скручивать. До какого-то момента мне хватало сил стягивать образовавшийся тугой узел, а после уже Сом стал перехватывать посох и подталкивать, с другой стороны. Сначала прутья заметно прогнулись, а потом и вовсе вывалились из промокшей насквозь старой каменной кладки. Удалось отогнуть один угол с прутьями. Но теперь, поджав животы, в такую щель могли пролезть все остальные.

Самый опасный и ответственный этап мы миновали. Теперь надо воспользоваться темнотой и добраться до хутора старика. Тут всего километров пять и дорога вся раскисшая из-за оттепели, но это же нам на пользу. Найти наши следы в таком месиве не выйдет.

В этот раз я подставил Осте плечо, чтобы она положила не него руку. Остальные встали гуськом уже за ней. Делая вид, что легонько простукиваю и проверяю дорогу посохом, я в хорошем темпе повел весь отряд в сторону хутора. Ная вновь оказалась на загривке у Сома. Сейчас все, кроме меня и его, шли налегке.

И Лой, что шел замыкающим и сама Оста, несколько раз оглядывались на крепостные стены, на которых было заметно множество огней, но все говорило о том, что нам удалось покинуть город не подняв тревоги.

Километра через три заметили огонек, который горел на ферме старика Альда. Возможно мне показалось, но все в отряде облегченно вздохнули.

Сам старик в эту ночь не спал. Почуяв наше приближение во дворе всполошились собаки, но старик их быстро угомонил. По мере приближения к источнику света, я просто опустил на глаза ставшую привычной для меня повязку из грубой ткани. Теперь весь отряд мог ориентироваться уже на свет фонаря, который старик зажег возле ворот и держал там всю ночь, до нашего появления.

— Неужели добрались, — выдохнул с облегчением Лой.

— А ты сомневался? — ухмыльнулась Оста. — Пусть теперь кто-нибудь попробует мне сказать, что Ард не полноценный член отряда. Без него такая вылазка была бы невозможна.