Новое счастье попаданок (СИ) - Риш Мартиша - Страница 51

Насколько была бы жизнь проще, если бы в школе учили создавать семью и жить в ней, вместо дурацкого оригами или шитья, например. Может, тогда бы и она знала, как выбрать мужа, чтобы он подходил именно ей? Что толку в той любви? Должно быть что-то кроме этого чувства, наверное. Илью она любила без памяти и чуть не погибла. Ильмар ей был симпатичен, а толку? Разве что титул она получила от этого брака. Стать герцогиней тоже неплохо, наверное. Вера промокнула глаза и обратилась к Королю. Тот так странно смотрел на нее. Вера никак не могла понять его взгляда.

— Я, наверное, пойду. Простите, что так…

Девушка поднялась и сделала шаг к окну, еще несколько капелек магии скатились с ее руки на мягчайший ковер, обрывки защитных ставов окончательно сморщились. Король заворожённо смотрел на колдовство девушки. Ее магия стала иной, суть свою изменила. Грета никогда не имела столько силы в себе. И дар ее был более темным, здесь же наружу плещется чистое серебро. Если ведьма его не убьет, то Королевство обретет вскоре невиданную силу. И никакой ковен не будет больше нужен. Тем более, что Грета стала теперь герцогиней. Безродное прошлое у девушки осталось далеко позади. Она равна по статусу аристократам. Выше герцога только он сам — Король. И следующий свой брак Грета сможет заключить с кем угодно, если пожелает. Даже с наследным принцем или…

— Посиди, нельзя идти, пока слёзы не высохнут. Хочешь сока?

— Молока, если можно. Или сливок.

— Сейчас принесут, — нервно улыбнулся Король.

Чертов Готфрид, где он запропастился? Или магическая стрела с письмом так долго летит? Король не находил себе места, но внешне оставался спокойным. Сложно находиться в одной клетке с тигрицей, когда она расстроена. Мало ли, чем это может грозить?

Вера совсем растерялась. Она не мечтала встретиться с кем бы то ни было из прежних знакомых Греты. Вдруг подмену обнаружат? И так расплакалась! Поддалась глупым эмоциям, не сдержалась. Вон и Король кажется недовольным. Наконец в покои постучались. Король подскочил и уже через секунду оказался у двери. Какой он ловкий — удивилась искренне Вера. И это несмотря на седину.

— Что здесь случилось? — на пороге покоев застыл тот мужчина, который вел ее к алтарю. Вытаращил глаза, повел носом, потянулся рукой к вороту сюртука.

— Добрый день, — улыбнулась ему Вера и чуть напряглась.

— Девочка моя, что же ты так?

Мужчина побелел как полотно, попятился к двери, но довольно быстро смог взять себя в руки. Кажется, он решил, будто начался дворцовый переворот, мятеж и приготовился к смерти. Так жутко стало у него на душе. Казалось, он нашел тогда на площади алмаз, помог его огранить, полюбил как сумел, привязал к себе и все ради чего? Чтобы взять и погибнуть? Барон чуть приподнял подбородок, намереваясь встретить свою судьбу смело. Тогда Король ласково произнес.

— Наша девочка немного расстроена своим браком. Муж ее, кажется, оскорбил. Вот и… выпустила на волю свою магию. С дамами это порой бывает.

— Но не все дамы — ведьмы! Грета, что ты себе позволяешь? — строго спросил Готфрид, — Ты назвалась моей дочерью, а теперь устроила разгром в покоях нашего Короля? Этим ты оскорбила не только себя, но и весь мой род! Весь! Слышишь?

— Я… — окончательно растерялась девушка.

— Не будьте так строги! — возмутился Король, — В первый день после свадьбы молодой женщине позволительно…

— Но не ведьме! И не герцогине! — вскипел барон, — И уж точно не такой женщине, как моя названная дочь. Грета, ты всегда умела держать в себе свою силу! Свои эмоции, свой дар! Разгромить покои во дворце! Да еще чьи! Покои самого Короля! Где твоя благодарность?

— Я не хотела, — Вера начала затравленно озираться. Что она сделала? Она окончательно была сбита с толку. О каком разгроме вообще идет речь?

— Ты должна немедленно все исправить, — настойчиво кивнул Готфрид.

По спине мужчины струился холодный пот. Он понимал, что Грета впервые проявила ту силу, которую долго скрывала, о которой никто не мог догадаться. Раньше она была великой, а теперь? Теперь ей нет равных по силе. И либо он, Готфрид, сможет настоять на своем, подчинит своей воле эту девицу, либо… Лучше не знать. В любом случае на кону сейчас всё. И он готов блефовать. Поставить в противовес силе ведьмы привязанность. Других козырей нет и не будет. Ну же, Грета! И зачем только он так редко появлялся в приюте? Нужно было нянчить ее малышкой каждый день, не спускать со своих рук. Да только он как-то стыдился, боялся нарушить правила заведения, приезжал только раз в год. А она ведь ждала его, та славная девочка.

— Грета? — холодно произнёс он.

— Что именно я должна исправить? — шмыгнула носом красивая молодая девушка.

Готфрид не выдержал этого детского звука, разве ведьме подобает себя так вести? Нет, так шмыгать носом может только маленькая растерянная девочка. Тот испугыш, которого он нашел посреди ярмарочной грязи и взял за чумазую ручку. Картинки прошлого встали перед глазами. Готфрид очутился перед Верой в два шага, обнял ее, уложил женскую головку себе на плечо.

— Девочка моя, ты сломала защиту королевских покоев. Ну как так вышло? Разве тебе не стыдно?

— Стыдно, — тихонько засопела Вера.

Она не привыкла к проявлению мужской любви, даже отцовской. В детстве отец никогда не брал ее на руки, он был слишком холоден для этого и порой слишком строг. Илья тоже не отличался заботой. Просто так ее никто никогда не гладил и не обнимал. И уж точно она не надеялась почувствовать ласку взрослого солидного мужчины просто так, без подвоха, будто бы барон и вправду оказался ее отцом. Вера растаяла от этого тепла, подалась вся навстречу чужим объятиям, и пусть они предназначались не ей, а настоящей Грете, какая разница? Ведьма отдала ей в наследство все. И фамильяра, и дракона, и Готфрида тоже, названного отца

— Тогда восстанови в покоях Короля защиту. Ты все разбила, даже окно. Так нельзя. Король не рискну… к-хм не решился тебя огорчать еще больше, вот и не сделал замечание. Но мне-то можно?

Вера кивнула.

— Как это сделать? — девушка не понимала, как применять свой дар. Пока все, что у нее выходило — распахивать двери, да отшвыривать от себя мужчин.

— Сплети руну защиты и накинь ее на все стены, хорошо? — растерянность ведьмы удивила барона. Но мало ли? Всё-таки девушка. Да и защиту ставят редко. Грета эта заклятие могла и забыть. Наверное.

— Я не могу.

— Давай мне свою руку, я помогу начертить символ, а дальше сама.

Готфрид осторожно перехватил тонкое запястье, согнул все пальчики кроме среднего.

Девушка подчинялась ему легко, она, похоже, и вовсе находилась на грани обморока. Что могло случиться, чтобы довести до такого состояния Грету? Ильмара захотелось убить. Подвесить за ногу над центральной площадью, обмазав предварительно медом. И выпустить лепреконов, чтоб соскребали лакомство острыми бритвами. Или лучше казнить, чтоб уж наверняка? Может, отдать на растерзание м-мм, да хотя бы тем же гремлинам? За плату они готовы на многое! Паршивец, довел ведьму! Чем он вообще думал? О чем!

— Все так? — в воздухе завис символ, похожий на снежинку, он переливался словно ручеек ртути.

— Именно так, бросай на окно и плети новый. Нужно перекрыть защитой все покои нашего Короля, верно?

Готфрид продолжил обращаться с ведьмой как с маленькой девочкой и даже из объятий не стал ее выпускать. Пусть чувствует в нем опору, женщинам это важно.

Плетение соскользнуло с пальчика и растянулось на оконном проеме, свечение довольно быстро погасло, только искорки невзначай пробежались по раме. Вторая руна далась девушке много проще. Ее она накинула на стену. Следующую — на пол. Удивительно, но ей было так спокойно в объятиях барона, будто бы он и вправду был ее отцом.

— Вот и все, ты большая молодец.

Готфрид чуть дёрнулся от той магии, что растеклась по полу под их ногами. Пожалуй, теперь в эти покои и сам хозяин преисподней попасть не сможет. Самое безопасное место во всем Королевстве. И Грета ничуть не опустошена после такого-то колдовства, что странно. Даже ее огромный резерв должен был иссякнуть.