Новое счастье попаданок (СИ) - Риш Мартиша - Страница 22

Настоящая крепость, готовая в любую секунду к атаке. Так и кажется, что из ворот встречать их карету выйдет королевская стража. Тем удивительней, что в доме нет слуг. Ильмар зябко поёжился. На целый год этот особняк станет его домом, а если не повезет — то и на целую жизнь. Его отец присвистнул от восторга, что было совершенно не свойственно герцогу.

— Какой дом! Нет, ну какой же роскошный у нее дом! Даже флаг вывешен! Будто она не простушка, а сама по себе принадлежит к высокому роду. Заменишь эту тряпку на герб нашего рода, сынок. Пускай все кругом знают, какой славный род приютил под сенью своей славы безродную Грету.

— Она не даст этого сделать.

Признаться, на миг и самому Ильмару захотелось вывесить свой герб высоко над столицей. Словно бы подмять при помощи тряпки весь ближайший квартал. Глупость — одернул себя парень. Не его это дом, и жена ему досталась только случайно, он сам этим браком для себя ничего не приобрел. Напротив, утратил. Опозорил и честь свою и честь рода, взял в жены безродную и опороченную! Сделал это на глазах у всей знати, без сомнения у ее бывших любовников, у самого короля.

Если б только его с ведьмой брак заключили в далёком безлюдном храме, чтобы никто, ни единый человек не видел, не знал и не мог рассказать, как прошла его собственная невеста проверку невинности, как ярко разгорелась алым арка, как мерзко ведьмочка улыбалась — может быть, тогда Ильмар и смирился бы с крахом. Жрецу можно было бы заткнуть рот золотом и клятвой.

Но увы, весь двор видел, кого он взял в жены. Повезет, если мерзавка не носит под сердцем чужого ребенка, к примеру, бастарда от самого короля! Хуже всего, если родится мальчик. Одна-единственная близость с женой и Ильмар будет вынужден признать бастарда своим наследником, даже если срок беременности не сойдется. Сын, рождённый в консумированном браке, является наследником обоих супругов. Герцог скрипнул зубами от злости.

Повезло его отцу, старшему герцогу рода, тот в своей жене ни разу не усомнился. Мать Ильмара была чиста и невинна перед супругом, даже гости мужского пола в их замке случались не часто. Поговаривали, что раньше, ещё до рождения Ильмара, и сам король заезжал навестить их замок, останавливался, бывало, и на несколько дней. Охота на снежить долгое развлечение. Отец уходил вместе с королевской свитой охотиться, король же оставался с его матерью наедине, предавался беседам. Славное, должно быть, то было время. Но разве можно подозревать в чем-либо порочном короля и юную герцогиню? Она же не простая девка, в отличие от его, Ильмара, беспутной жены.

Нолет спрыгнул с козел. Ильмар без труда различил удар его сапог о каменную мостовую.

— Ступай первым, сынок. Я доволен, сегодня мне не в чем было тебя попрекнуть. Надеюсь, так будет и дальше.

— Не сомневайтесь, — хмыкнул молодой герцог и вышел наружу.

Перед парнем предстали каменные столбы ворот, на левом из них было сделано небольшое углубление по форме ладони. Туда надлежит вложить свою руку. Тому, кто приглашен — вреда артефакт входа не причинит, иным может сжечь пальцы. Муж имеет право войти к себе в новый дом, наверняка артефакт уже знает, что он, Ильмар, стал супругом Греты. Она же сама разрешила ему сюда ехать. И все же герцог замялся, ему показалось, что в саду мелькнула чужая тень и исчезла.

— Давай же, сынок, не бойся.

— Я и не думал бояться, отец.

Парень смело положил ладонь на ледяные камни. Долю секунды ничего не происходило, потом по руке пробежал огонь, колдовские синие язычки облизнули кожу, словно попробовали на вкус, так и не причинив боли, и тут же исчезли. Во всех окнах дома зажёгся свет, распахнулась кованая калитка, двери особняка с легким хлопком раскрылись наружу.

— Поторопись, не выстужай меня. Шевели ногами или пшел вон! — проскрипел чужой голос. Ильмар знал, что бывают такие артефакты входа, только обычно они произносят приветственную недлинную речь. Здесь же все было наоборот.

— Какая милая шутка! — обрадовался чему-то отец и подтолкнул его в спину.

— Господин, мне жутко, — донёсся до ушей Ильмара голос слуги.

Совсем ещё мальчишка! Нет, молодой герцог был благодарен жене за то, что она не отказалась взять юного раба в свой дом. Нолету будет здесь куда лучше, чем в замке отца. Голодать уж он точно не будет. Парень привык обращаться к мальчишке пусть не как к равному, но довольно спокойно, а где-то и ласково. Он опекал его в меру своих возможностей, учил письму, охоте, объяснял, как разбираться в оружии и многим другим вкщам. Можно сказать, мальчишка получил образование, достойное пусть не герцога, но князя уж точно. Он даже разбирался в книгах, любил баллады.

Нолет отвечал герцогу потрясающей преданностью, ему многое можно было доверить. Не сказать, чтобы он и Ильмар были друзьями, скорее уж, герцог относился к парнишке как к младшему брату, опекал и заботился о нем. Будет ли добра к мальчику ведьма? Не станет ли попрекать, бить, издеваться? В этом Ильмар сомневался. Для себя он решил держаться с Нолетом очень сдержанно, чтобы Грета не могла даже помыслить, будто бы раб ему дорог. Нельзя дать ведьме такой рычаг управления им.

"Выпорю Нолета, если ты не…" — Молодой герцог легко мог представить такие слова от жены. Нет уж, пусть лучше ведьма думает, будто он и сам готов сорвать на мальчишке злобу. Так им с Нолетом будет жить куда проще. Другое дело, когда Грета будет в отъезде, тогда он сможет поболтать с Нолетом точно так же, как и раньше.

— Ты теперь принадлежишь госпоже Грете, — произнес Ильмар сухо и тут же взглянул на отца. Теперь судьба Нолета от того не зависит.

— Нолет, иди сюда, живо! — приказал отец, замешкавшемуся мальчишке, — И вещи неси! Саквояж с латунными пряжками.

— Но вы велели мне к нему не прикасаться.

— Теперь можно. Вы с Ильмаром уже дома. Я взял вещей с запасом. Хорошо, что ты так понравился Грете.

Тон отца привлек внимание Ильмара. Отец знает что-то, о чем не догадывается молодой герцог?

— Что ты имеешь в виду?

— Симпатичный мальчик — так сказала ведьмочка, верно? Он ей понравился. И я не посмел отказать госпоже Грете в ее порочном желании.

— Он только мальчишка. Нолету всего шестнадцать.

— Ошибаешься. Уже шестнадцать. И он бреет щеки. Просто выглядит младше из-за худобы. Разве ты никогда не слышал о том, что некоторые вдовы держат при себе целую свиту пажей?

— Эти высокородные дамы…Они просто любят охоту! — ошарашенно ответил молодой герцог.

Он и подумать не мог о таком. Как же родовая честь? Все те понятия, которые с самого детства вбивались в его голову? Да, он сам редко навещал свет. Балам предпочитал охоту и битвы. Но разве можно не заметить такого? Вдовы и вправду не так редко держали при себе раба или двух, да только охотиться выезжали не чаще одного раза за несколько лет.

— Вот и твоя жена решила поохотиться, а ее дичью будет Нолет. Я сразу заприметил, как часто стало биться сердце ведьмочки, стоило ей заприметить мальчишку. Она едва сдержалась, чтоб не тронуть его за плечо.

— Ты ошибаешься, — прошипел Ильмар.

— Дичью? — мальчишка затрясся. Светлые волосы растрепались.

Ведь он и вправду красив той особой, юношеской красотой. Красив и совсем молод, ничем и никем не испорчен. Ильмар испытал к юноше смешанные чувства. Сочувствие мешалось с ревностью, закипало яростью. Нолет не виноват в том, что приглянулся ведьмочке, он случайно показался ей на глаза, хотел вымолить себе жизнь, грохнулся перед ним, Ильмаром, на колени. И все же! Ведь они втроём теперь будут жить в одном доме, под одной крышей. Он станет невольным свидетелем того порока, что будет твориться в их доме. Как пережить такое? Убить раба? Никто, кроме Греты, и слова не скажет. Только у герцога рука на парнишку все равно не поднимется. Как отец сказал? Не мальчик Нолет, он уже бреет щеки, вырос совсем. Вырос под покровительством его, Ильмара, руки.

— Господин, хозяйка меня убьет?

— Старайся держаться от ведьмы подальше.