Развод и прочие пакости (СИ) - Рябинина Татьяна - Страница 50

- А что, есть опыт? - съязвила я.

- К счастью, нет. Но не нравится мне это.

- Ничего, немного осталось.

- Вот вообще неправильно все это, - пробурчал он, одеваясь.

Мне вставать не хотелось, я лежала и смотрела на него.

- Фил, хватит ворчать. Правильно или неправильно, так уж вышло, ничего не поделаешь.

Он уехал, а я позвонила папе. Они с Ирой вернулись, мы сходили к ним, причем Аню взяли с собой. Прошло все мирно и доброжелательно, да я ничего другого и не ждала.

- Ну все правильно решили, - одобрил папа, когда я рассказала о предстоящем завтра саммите, причем вовсе не мира. - Жаль, конечно, что Анечка далеко будет, но если так для нее лучше, значит, это важнее. А что Феликс тебя решил с собой взять, тоже хорошо. Если у вас все серьезно, так и должно быть.

Я и сама так думала, но когда получаешь подтверждение своих мыслей со стороны, они становятся весомее, что ли.

На следующий день мы поехали к маме Феликса сразу после репетиции. Аня сказала, что доберется сама.

В оркестре все как-то быстро привыкли, что мы с Феликсом вместе. Будто так и надо было. Только Антона перекашивало на бок каждый раз, когда он видел нас вдвоем. Он вообще сильно сдал за эти месяцы. Мало того, что превратился в бабу-истеричку, так еще и выглядел не на сорок, а на все неухоженные пятьдесят. И куда только делся холеный красавчик?

Никаких угрызений по этому поводу у меня не было. Ну правда, не я же это начала. Иногда думалось: подобрала бы его, что ли, какая-нибудь дамочка, взяла в ежовые рукавицы. Но я тут же себя одергивала: не стоит желать такого счастья неизвестной женщине.

«Бабсовет» был уже в сборе, усиленный Арией. Сидели за столом и ужинали, нас дожидаться не стали. Марина Сергеевна, бывшая теща Феликса, хотя и знала, что мы придем вдвоем, посмотрела на меня с плохо скрываемым возмущением: а эта проститутка что тут делает?!

Я не преувеличивала. Наличие у Феликса личной жизни эту даму чрезвычайно нервировало. Видимо, он должен был быть верен ее дочери пожизненно, несмотря на то, что та ему изменила и ушла к другому. И требования ее были предельно радикальными: Аня остается в Питере и живет с ней. Ничье мнение на этот счет ее не интересовало.

Заморив червячка, Феликс перешел к главному блюду. Не стал ходить вокруг да около. Положил вилку и сказал, максимально спокойно:

- В следующий понедельник мы с Аней уезжаем. Билеты я уже взял. Два года она будет учиться в Вене, а потом решит сама, останется ли там или поедет в Лондон.

- Что значит, решит сама? - побагровела Марина Сергеевна.

Ко мне в ноги пристроился Джокер. Я сняла тапок и поглаживала щенка по спинке большим пальцем. Это действовало успокаивающе. Как будто спряталась в подземный бункер, а сверху уже завывали первые порывы урагана.

- То и значит, - пожал плечами Феликс. - Для Ани музыка не хобби, а будущая профессия. И решения мы принимаем, исходя в первую очередь из этого.

- Какое ты имеешь право?..

- Как раз я и имею, - это прозвучало так резко, что Аня испуганно прижалась к другой бабушке. - Нравится вам это или нет, но я ее отец.

Марина Сергеевна открыла рот, явно собираясь сказать что-то не слишком приятное, но посмотрела на Аню, встала и пошла в прихожую. Хлопнула дверь.

- Приплыли, - пробормотала себе под нос Ария.

Мама Феликса обняла Аню за плечи и посмотрела на меня. Ее глаза блестели от близких слез, а на скулах проступили красные пятна.

- Ира, а вы что скажете? - спросила она.

Как ни хотелось промолчать, но раз уж вопрос в лоб, пришлось ответить.

- Вы же понимаете, я музыкант. Поэтому… да, Ане нужно продолжить учебу там, где она ее начала. Вы педагог, вам все это хорошо знакомо.

- Понимаю, - она вздохнула тяжело. - Грустно, но… если надо, значит, надо.

- Спасибо, бабуля, - Аня звонко чмокнула ее в щеку. - Не грусти, мы будем с тобой разговаривать по скайпу. Хоть каждый день. А к бабушке Марине я завтра съезжу. Она успокоится и тоже поймет.

Мы с Феликсом переглянулись.

- Съезди, - согласился он. - Только будь готова, что услышишь очень много всего интересного. И не слишком приятного.

Глава 68

С оркестром все получилось так, как мы предполагали. Антон, увидев заявление об отпуске за свой счет, начал шипеть и плеваться, после чего Феликс сунул ему под нос другое - по собственному.

- Карташов, ты в курсе, что твой сосед уходит? - ядовито поинтересовался Антон, помахав бумажкой.

- А, что? - рассеянно пробормотал Володька, оторвавшись от партитуры, где делал какие-то пометки. - Громов-то? А, да. Жаль, конечно, но концертмейстером ему будет лучше, ступудово.

- Это где? - Антона аж перекосило от неожиданности.

- Да в Александринке же. А ты не знал? В ножки поклонились, обратно позвали.

В один из вечеров перед отъездом Феликс устроил для своих виолончелистов отвальную в баре, а мы с Аней дома испекли пирог с яблоками и большую часть тут же съели. Сидели, пили чай и разговаривали.

За этот месяц я успела не просто привыкнуть к ней, но и привязаться. И не переставала удивляться, что она выросла настолько похожей на Феликса, хотя восемь лет жила за две тысячи километров отсюда и виделась с ним пару раз в год. Видимо, что-то крепко заложилось в детстве.

А еще мне было ее страшно жаль.

- Фил, ну вот правда, как она там будет совсем одна? – вздыхала я, демонстрируя полное отсутствие логики.

- Ирка, прекрати, - сердился он. – Сама мне все уши прожужжала, что так будет лучше. А теперь что?

- Да нет, все то же, но…

Наконец этот день пришел, я вместе с бабушками проводила Феликса с Аней в аэропорт, благо, был выходной. Да, Марина Сергеевна тоже пришла, но держалась так, что за нее стало неловко. Я вздохнула с облегчением, когда наконец все попрощались. И так не любила все эти проводы, а тут было вдвойне тяжело.

К счастью, ехали все в разные стороны, подвозить никого не пришлось. Феликс оставил мне машину, и я ползла домой со скоростью черепахи, умирая от страха.

Хуже всего было то, что никто не знал, сколько времени займут все эти дела и когда Феликс вернется. Я начала скучать раньше, чем он уехал. Без конца заглядывала в телефон: вдруг написал, а я не услышала.

С Аниной учебой все решилось без проблем, в интернат ее взяли, вот только общеобразовательную школу пришлось поменять - перейти в ту, что при музыкальной. По уровню, как писал Феликс, та была слабее, но тут уж приходилось выбирать. Интернатские учились в «своей» школе.

А вот с наследством снова пришлось побегать, но в итоге Аннушка наша стала богатой невестой. По крайней мере, о расходах на учебу можно было не беспокоиться. Дом Феликс, как Анин законный представитель, сдал в аренду. Что с ним делать потом, должна была решить она сама.

Как и в первый раз, Феликс писал мне в основном по вечерам, но иногда что-то прилетало и днем - маленькой приятной неожиданностью.

«Иришка, любимая моя, так скучаю по тебе», - читала я и перечитывала двадцать раз.

Странное дело! Вся эта история с Аней, то, что сначала казалось сильным осложнением наших отношений, неожиданно сблизила нас - намного больше, чем я могла предположить. Я даже почувствовала себя частью его семьи.

Внезапно в гости напросилась Ария. И предлог придумывать не стала. Позвонила и сказала, что находится буквально в двух шагах - ничего, если заскочит с пирожными? Я немного опешила, но отказать было неловко.

Сначала мы обе чувствовали себя скованно. Я к тому же не забывала, что она подруга бывшей Феликса. Мало ли, скажешь что-то не то, и все улетит в ненужном направлении. Но потом как-то вдруг разговорились, и я перестала об этом думать.

Она рассказала множество забавных историй из их с Феликсом детства. И о родителях тоже рассказала.

- Знаешь, Ир, я на Феликса злилась, что он не захотел с мамой в круиз поехать. А сейчас вот думаю, что и хорошо. Она привыкла, что ее за руку водят. А тут пришлось немного вылезти из зоны комфорта. Вернее, из болота комфорта. А уж щенок - и вовсе супер. Тоже ведь Фил придумал. С Джо возиться надо, на прогулки выводить. Она там уже во дворе со всеми собачниками перезнакомилась. Оживает, в общем, потихоньку.