Изгой Проклятого Клана (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 49

Выстрел!

Гром.

Земля у ног Дира приняла пулю, разлетевшись облаком пыли.

Но всё шло по плану.

— Теперь ты, Дир! — объявлял Будимир. — Стрельба!

Гром.

Свист.

Боль, пронзившая ухо. По нему потекло что-то тёплое.

Но я даже не моргнул. Только ухмыльнулся.

Сердце бешено колотилось, от осознания промчавшейся в нескольких сантиметрах смерти.

Однако я любил это чувство.

Потому что в очередной раз победил старую с косой.

— В голову не стрелять! — взъелся Будимир. Однако Дир не отреагировал. На его лбу сложились напряжённые складки.

Я сконцентрировался на положении своей руки… на движении воздуха… на том, как моя пуля промчалась несколько секунд назад.

Мой пистолет принял идеальную позицию.

— Руслан, стрельба! — крикнул Будимир.

Выстрел!

Болезненный крик.

Брызги крови и рухнувший в землю пистолет.

Дир с шипением прижал простреленную руку к телу.

Я опустил оружие.

— Дуэль закончена. Победитель — Руслан Северский! — объявил Будимир. — А теперь, господа, пожмите друг другу руки!

— Он прострелил мне её! — кряхтел Дир.

— Не ной, ты же мужчина! — заявил Будимир, подходя к нему с зельем. Видимо, исцеления ран.

Он взял руку племянника и ловким движением пальцев извлёк пулю, игнорируя стон боли. Потом залил рану зельем и приложил поверх дощечку с вырезанной на ней магической печатью. Там вспыхнула светом, который тут же осветил рану, залитую зельем.

Повреждения затянулись за считанные секунды. А дощечка превратилась в прах.

— Теперь все ваши конфликты разрешены, — сказал Будимир. — Дир, можешь идти.

— Не разрешены, — процедил Дир, бросив на меня недружелюбный взгляд. — Он может сколько угодно вешать вам на уши всякую лапшу, но я знаю, что это из-за него мо…

Подзатыльник Будимира заткнул его. А быстро подошедший Иван поспешил увести Дира подальше, пока тот не снова не наговорил лишнего.

Будимир проводил его взглядом.

— Я слушаю, — спокойно сказал я, протягивая пистолет Будимиру. — О чём Вы хотите поговорить, отослав своих племянников? Иначе бы мы не остались вдвоём.

— Ты наблюдателен, — всякая добродушность исчезли из голоса Будимира. Он повернулся на меня. В его светло-голубых глазах отражалась тяжесть. Такая, которая была только во взгляде воина. — А сейчас я хочу услышать, что на самом деле случилось с Савелием и Аскольдом. Без лжи.

Так-так…

Выходка Аскольда и Савелия разве была санкционирована не со стороны их рода?

— Назовите хоть одну причину доверять Вам, — сказал я открыто.

— Значит, произошедшее требует доверия?

— Как и любая неудобная правда.

— Аскольд и Савелий… напали на тебя?

— Я попросил у Вас причину, Будимир, а не игру в угадайку, — мой голос стал твёрже.

И ему это не понравилось.

— Ты подходишь к очень опасной грани, Руслан. Мало что отделяет тебя от проблем ещё и с нашим родом, не говоря о кознях в этой усадьбе. О которых мы тоже прекрасно осведомлены. Я — тебе не враг. Как и все Соколовы… пока что.

— Причину. Я жду причину, — выделил я последнее слово.

Лицо Будимира стало бесстрастным, как камень.

Но в глазах читалось недовольство.

— Ждёшь причину? Хорошо, — жестким голосом заговорил он. — Глава нашего рода сегодня будет говорить с Ярославом — главой клана — чтобы он согласился передать тебя для дачи показаний. С пристрастием, разумеется. Я уговорил дать мне один день, чтобы решить этот вопрос миром. Ведь мне нужен только ответ, зачем ты впрыснул в моих племянников микродозу яда мантикоры и что хотел скрыть. Потому что от рода они получили только одно указание — пройти с тобой инициацию.

Я хмыкнул.

Он не лгал, я видел это по глазам. По крайней мере, напрямую.

Теперь я хотя бы знал, что Соколовы тут не причастны. По крайней мере, стоящий передо мной.

Я ответил:

— Им нужно было, чтобы я отказался от инициации. Не вышло. Того, кто выдал им это задание, они не назвали. Даже под страхом смерти.

С каждым моим словом он хмурился всё больше и больше.

— Всё?

— Да.

— Как ты победил их и мантикору?

— Это уже Вас не касается.

Секундная тишина.

Попробует продавить?

— Хорошо, — кивнул он. — Тогда на этом мы закончим. Но перед тем, как ты уйдёшь, у меня есть для тебя одна вещь. Я хотел вручить тебе её сразу после инициации, но мы так и не пересеклись, — он вытащил из кармана небольшой предмет — простенькое кольцо из серого металла. Идеально гладкое, без малейших царапин. — Возьми.

— Что это? — я осмотрел его.

— То, что однажды попросил меня передать мой хороший друг. За то, что однажды спас мою жизнь, — ухмыльнулся он и вложил кольцо мне в руку. — Сказал, оно поможет тебе, если у тебя будет необычная стихия. Какая именно, он не уточнил, но… стихия пространства явно подпадает под этот критерий.

Отец Руслана…

Будимир упоминал, что именно он спас его жизнь!

У меня в горле пересохло. Хотя я не должен был ничего чувствовать к этому человеку… но сейчас меня пробрало до дрожи.

Неужели это память Руслана так наслоилась на мою, что во мне стали проявляться частички его личности?

— Это всё что этот человек хотел передать?

— Всё, о чём просил именно меня, — спокойно сказал Будимир. Его взгляд вновь уставился в пустоту, вспоминая что-то. — Хороший он человек… был… а, может, есть и сейчас, — он лихо подмигнул. — До встречи, Руслан. Будешь в родовых землях Соколовых — дай знать через любого из слуг.

Мы пожали друг другу руки и разошлись.

Он в сторону усадьбы.

А я сжал это неприметное кольцо отца. Рассмотрел на солнце.

Ничего.

Надел на палец и всё так же — ничего необычного. Только было мне маловато.

Тогда я подал в него каплю своей маны.

Дрожь.

Вибрация!

От него пошла мощная волна маны, всколыхнувшая всю энергию внутри моей энергетической системы. Затем, словно десятки невидимых нитей, прошили мою кожу и плоть, погружаясь внутрь тела.

Я попробовал стянуть кольцо, но оно, зараза такая, намертво прилипло к моему пальцу! Словно вросло!

Вибрация усиливалась. Она пошла по этим невидимым нитям, передаваясь потом в энергетически каналы, мана-ядра и саму кровь.

Я ощутил непроизвольное раскрытие мана-ядер. Похоже на то, что было при пробуждении Дара!

Усилием воли я приостановил этот процесс. Пусть при этом и было такое чувство, что я сдерживаю давление каменного валуна.

Быстрым шагом, насколько я мог, поспешил скрыться за ближайшими деревьями. Чуть придавленные к земле, они ещё лучше скрывали меня от других взглядов.

Не дойдя нескольких метров до сигнального контура усадьбы, закопанного в землю, я позволил мана-ядрам раскрыться.

А потом меня захлестнула…

Эйфория!

Мана волнами запустилась по моему телу. Она растекалась внутри жаркими ручьями. Они наполняли силой! Они давали чувство могущества!

Оно переполняло меня, как растущая внутри каждого мана-ядра звезда. Пульсируя. Обостряя все чувства.

Мана просочилась сквозь мою кожу, наполняя весь воздух вокруг меня бирюзовыми частичками, похожими на туман.

Но каждая из них была частью меня. Как палец, язык или кончик носа. И с их помощью я трогал всё окружающее пространство.

Мало…

Мне БЫЛО МАЛО!

Зачем трогать, если я мог повелевать⁈

Повинуясь моей воле, бирюзовый туман проник сквозь кору лежащего на земле древесного ствола. Легко, будто вода в губку.

Я вспомнил, чего хотел.

Вспомнил, что было мне необходимо!

«Северный Ход»!

Древесный ствол стал меняться.

Маленькие кусочки дерева просто исчезали с него и появлялись на север от меня, укладываясь на земле в ровную линию.

Без звука.

Без света.

Будто сотни невидимых червей прогрызали дерево, стачивали его!

Пока не осталось ничего, кроме полосы равномерных древесных кусков, ведущих на север.

Это был пик.

И конец.