Изгой Проклятого Клана (СИ) - Пламенев Владимир - Страница 2

И что мне делать?

Уходить? Аскольд сам отказался, он сам выбрал смерть.

Но когда я смотрел на них — пусть своих врагов — бросать их на очевидную смерть я не хотел.

Неужели расчувствовался?

Ха! Признаюсь, я никогда не обладал железным сердцем. Возможно, это и сгубило меня в моём последнем бою.

Я вспомнил свою смерть и её причины.

Защищать ту деревушку в горах, где дракону не развернуться, было ошибкой. Встретить Архидьявола Пустоты с его армией нужно было на равнине, куда успели бы подойти мои воины.

А деревушку оставить. Её жители никак не успели бы уйти.

Но если бы я оставил невинных на произвол судьбы… то мог бы я называть себя Лордом Зеркальной Башни и Хранителем Перекрёстка Миров?

Нет. Это я должен был остановить Пустоту. Как ответственный за безопасность всех известных миров.

И свой долг я исполнил. Пусть и отдал за это свою жизнь!

По крайней мере, Архидьявол Пустоты был уничтожен. А без него твари Пустоты будут легко разгромлены моими наследниками.

Рык мантикоры прозвучал уже совсем близко.

У нас оставалось полминуты. Не больше.

Надо принимать решение.

Смерть этих двоих будет мне выгодна. Аскольд считал меня проклятым, а значит проблемы в клане мне будут обеспечены. Тем более, что мы были в одной команде.

Но был ещё один вариант.

Я посмотрел в сторону ущелья, откуда слышался рёв. Именно там я найду решение.

Между справедливостью.

И человечностью.

Но надо действовать быстро.

Я прикрыл глаза и обратился к звериной форме.

Сердце стало горячим. Жар из него стал разлился по телу. В первую очередь к груди и рукам. Затем плечи, шея, голова.

Внутри меня будто разгорался костёр.

Вместо привычного извержения вулкана.

Слабо. До отвратительного ничтожно.

Я сжал челюсти от досады.

Все формы магических зверей, которые я собирал и усваивал под себя почти четыре столетия, оказались утеряны! Даже сохранившиеся силы астрального дракона — лишь налёт от его истинной силы!

Даже превратиться в обычного драконида я не мог. И судя по неровной пульсации маны внутри моего тела, сама форма была безвозвратно повреждена.

А значит у меня остался только один путь — найти новую форму и заменить ею огрызок формы дракона.

Как раз к нам приблизилась мантикора.

Я ощутил её резкий запах и открыл глаза.

— Проклятье, — послышался выдох Аскольда. Он воспользовался моментом и попробовал оттащить своего брата одной рукой, пока я концентрировался.

Одобряю.

Но испугал его не я. А стоящая в десяти метрах, на высокой скале, мантикора.

Огромный лев, с пышной тёмно-красной гривой, которая почти сливалась с высохшей на его морде кровью. На спине у него красовались два багровых распростёртых крыла. А за ними маячил огромный скорпионий хвост с жалом, на кончике которого блестел желтоватый яд.

Опасная тварь для моего нынешнего состояния.

— Нам конец… — дрожащим голосом произнёс Аскольд и побледнел.

— Не мешайся, — велел я и поднялся.

Он понял меня правильно и поспешил уволочь отключенного брата подальше.

Ха! Наверняка ожидает смыться, пока мантикора будет со мной сражаться.

Нет, дружище. Это так не работает.

Мантикора сначала истребляет всё живое поблизости и только потом приступает к трапезе.

Поэтому либо я.

Либо она.

Я ощутил как уплотняется кожа возле глаз и на скулах, покрываясь чешуёй. Как крепчают кости. Как мышцы наливаются запредельной для обычного человека силой, а когти на пальцах вырастают ещё на пару сантиметров.

Зрение становится острым, словно у хищной птицы. А глаза начинают видеть исходящую от мантикоры магическую ауру.

Вот и всё. Больше ничего не выжать.

Мантикора издала боевой рёв!

Взмахнула крыльями и оттолкнулась лапами от скалы. Взмыла вверх, пролетая над нашими головами, чтобы приземлиться с другой стороны и отрезать путь к отступлению.

Аскольд, волочащий Савелия, резко развернулся и прикрыл его собой. Из ножен на поясе он достал такой же кинжал, выставив его по направлению к мантикоре.

Но когда она приземлилась, то даже не взглянула него.

Её взгляд был прикован ко мне. Опытная. Чувствовала, откуда исходит угроза.

Я поприветствовал её оскалом. А взамен получил рык.

И ринулся вперёд, концентрируя всю драконью силу в руках и ногах.

Прыгнул вперёд.

Мантикора прыткая, но медленнее меня. Она отскочила назад, ударив когтистой лапой наотмашь. Я плавно отклонился, видя бритвенно-острый коготь прямо перед своими глазами.

Я ВЫЖИЛ! ХА!

Тварь не достала!

Мой оскал сменился улыбкой.

Боевой азарт захватил меня с головой!

Танец на границе жизни и смерти начался под музыку звериных рыков и свиста рассекаемого воздуха!

Удар сверху! Огромное жало прошло в десяти сантиметрах от головы, а затем с треском пробило камень у моих ног.

А мои драконьи когти прошли между сегментов скорпионьего хвоста и отточенным движением разорвали его.

Мантикора взревела, испуская во все стороны вокруг себя волны звериной ярости — пьянящего коктейля из дикой маны. Мой звериный аспект тут же усилился, обостряя все чувства.

Мне захотелось ещё.

ЕЩЁ!

Стоп. Я отскочил назад, уходя из-под львиной лапы.

Диким эмоциям нельзя поддаваться.

Мантикора взяла разбег, смотря на меня бешеным взглядом. Из обрубка её хвоста сочилась тёмно-багровая, почти чёрная, кровь, разливаясь вокруг.

Бросок! Мантикора прыгнула, усиливая прыжок крыльями! Магия вокруг неё сгустилась, подарив ей единовременное, но невероятное ускорение.

На секунду она оказалась быстрее меня.

Пасть с огромными клыками чуть не сомкнулась на моей голове, когда мантикора сбила меня с ног. Тварь нависла сверху, пытаясь довести свой укус до логического конца.

Но мои руки, покрытые чешуёй, удерживали челюсти мантикоры разомкнутыми. Её клыки пронзили чешую. Моя кровь и звериная слюна смешались, стекая на землю рядом с моим лицом.

А я смеялся.

Несмотря на боль. Несмотря на дрянной запах изо рта твари. Несмотря на опасность… нет, благодаря ей!

Сердце бешено стучало, от страха за жизнь!

Но именно это позволяло чувствовать себя живым больше, чем за последние лет двести!

Я и забыл, что такое быть в настоящей опасности. Ха! Потому и погиб!

Этой ошибки я не повторю!

Моё сердце полыхнуло вновь. Сила звериного аспекта разнеслась по телу, выводя его за пределы возможностей.

Руки получили новый импульс. С животным рыком я растянул их вверх и вниз, разрывая львиную пасть! Хруст. Рёв.

Мантикора в бешенстве замотала головой. Её нижняя челюсть бессильно обвисла.

Ухватившись за гриву, я подтянул своё тело вверх и оказался на шее твари.

Один точный удар когтями по артерии зверя.

Брызнула кровь… много крови.

Мантикора завертелась в исступлении, пытаясь сбросить меня.

Но я соскочил сам. Чтобы со стороны наблюдать за агонией побеждённого врага.

Ещё несколько секунд она бешено вращала головой. Бросалась из стороны в сторону. Рычала. А потом рухнула, подрагивая лапами.

Я сделал глубокий вдох и сложил руки перед собой.

Спи спокойно.

Могучий враг.

Сильный зверь.

Хищник, что правил этим ущельем.

Я поклонился поверженной мантикоре, в благодарность за славную схватку.

— Ты — не человек, — с округлёнными от ужаса глазами произнёс Аскольд. — Ты — чудовище… даже проклятые на такое не способны!

— Не переживай, — успокаивающим тоном сказал я ему и подошёл к жалу мантикоры. — Сейчас я сотру этот кошмар из твоей памяти.

— Что ты задумал⁈

Через десять минут братья Соколовы лежали, не подавая признаки жизни.

Лёгкая кома.

Яд мантикоры в малых дозах вводит в это состояние. А заодно подчищает память последних часов или дней.

Не очень полезно для здоровья. Но полезнее, чем смерть. И тем более полезнее, чем дать клану знать о чужаке, попавшем в тело одного из его членов.