Темный Луч. Часть 5 (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 64

Он заплакал, и это вселило страх в Билли и Патрика.

Я чувствовал себя бесполезным, зная, что это не из-за моих действий они сломались, а из-за срыва того ублюдка из-за чего-то другого, что он испытал, пытаясь найти легкий выход.

— Хватит! — закричал я. — Отвечай на мои вопросы. Может быть, этого будет достаточно, чтобы искупить вину.

Он шмыгнул носом и кивнул.

— Хорошо, что ты хочешь знать?

— Почему Елена?

— Я не знаю. Я просто хотел ее, а я всегда получаю то, что хочу.

— Она не хотела тебя.

— Это не имело значения, — выплюнул он. — Мне нужна помощь, ладно.

— Не играй со мной в эту игру. В этом мире есть много людей, у которых такие же садистские наклонности, как у тебя, и все же они пытаются, Сеймор. Ты даже не пытался. Ты убил своего отца.

— Знаю. — Из него вырвалось плаксивое рыдание. — Ты не знаешь его так, как я.

— И все же, он проявил к Елене доброту.

Он рассмеялся.

— Ты действительно думаешь, что он проявил к ней доброту?

— Она сказала мне это. Она бы не стала мне лгать.

— Может быть, она просто не хотела говорить тебе правду.

Я усмехнулся.

— Это не способ искупить свою вину, Сеймор. Ты все еще лжешь. Ты все еще обманываешь. Ты возвращаешься туда, откуда я тебя вытащил, и знаешь, что этого может быть достаточно, чтобы утолить мою жажду.

Я подошел к нему.

— Нет, нет, пожалуйста. Пожалуйста. Я умоляю тебя. Только не в это место, пожалуйста.

— К сожалению, мое время истекло. Может, я и не тот, кто сломает тебя, но что-то подсказывает мне, что твои мучения только начинаются.

Мой огонь разгорелся, и Сеймор умолял, как ребенок.

Я дотронулся до его головы, и боль, наконец, пронзила его тело.

Я сделал то же самое с Уильямом и Патриком, ни о чем их не спросив, и вышел. Пришло время найти сферы. Пора оставить прошлое позади и вернуть Елену оттуда, где, черт возьми, она была. Я знал, что она была с Люцианом. Она должна была быть там.

— 31~

Сегодня был самый тяжелый день во всей моей жизни.

Мне пришлось наблюдать, как Констанс выключила аппарат, так как больше ничего не работало.

Она наложила на нее заклятие, чтобы она оставалась замороженной, и я сам добавил заклинание.

Она просто спала. Я продолжал твердить себе это. Если бы она обнималась с Люцианом в загробной жизни, то скоро увидела бы меня. Я бы не стал убивать себя. Я просто собирался использовать сферы для входа туда, где бы она ни была. Если бы с ней был какой-нибудь принц, я бы надрал ему задницу и напомнил ей, что она не могла бросить меня, только не так.

Мне было все равно, насколько она была счастлива. Умирать было легко. Жизнь была более требовательной, и она должна была жить.

Я дам ей силу духа, чтобы она вернула свою задницу сюда. Даже если это будет моим последним заданием. Пейя нуждалась в ней больше, чем они нуждались во мне, и для меня было бы честью отдать свою жизнь за нее, чтобы совершить этот обмен.

— Блейк, — окликнула меня тетя.

— Ты дала мне свою клятву, Констанс. Ты должна сделать все, что в твоих силах, чтобы не позволить ему действовать за моей спиной и похоронить ее.

Она кивнула и просто уставилась на фигуру Елены.

Теперь Елена была похожа на Спящую Красавицу.

Я хотел, чтобы мой поцелуй мог разбудить ее, но это была всего лишь сказка.

Я собирался уйти от нее завтра.

В ту ночь Джордж, Бекки и Сэмми также дали мне свои клятвы и обещание не причинять Елене никакого вреда, пока я не вернусь.

Они и не подозревали, что я, возможно, никогда не вернусь, но сегодня было не время говорить им об этом.

Группа пришла с демо-версией песен, которые Айзек хотел включить в новый альбом.

У сестры навернулись слезы, когда она слушала песню, которую я написал для Елены. Бекки уставилась в никуда, а Джордж смотрел на меня.

Песня была о денте. Что мы видим во время процесса.

Позже тем же вечером они все попрощались.

Я забрался обратно на кровать Елены и закрыл глаза. Я снова представлял себе наш разговор, пока не задремал.

На следующий день предстояло уладить множество формальностей.

Я должен был получить письменное согласие короля, чтобы покинуть Пейю.

— Куда ты собираешься идти? — спросил отец.

— Я думал обратиться за помощью к монахам в Китае. Они знают обо мне, и пришло время им познакомиться с моим человеческим обликом.

Отец кивнул.

— Отличный выбор.

Король Альберт написал что-то на пергаменте и протянул его мне.

— Отдай им это. Они помогут тебе во всем, в чем ты нуждаешься, Блейк. Как мы будем поддерживать с тобой связь?

— Я позвоню, сомневаюсь, что смогу связаться с вами, как только пройду стену, но я сделаю все возможное, чтобы регулярно выходить на связь.

Король посмотрел на меня.

— Ты уверен, что твои сферы найдут ее?

— Да, я знаю, что они это сделают.

Король вздохнул.

Я схватил его за руку.

— Не сдавайся, пожалуйста.

Он улыбнулся.

— Хотел бы я иметь твою веру, Блейк.

— Она проснется. Обещаю.

Отец просто уставился на меня. Я не знал, узнал ли он о моем плане, но мне не нужно было его разрешение на это.

Я вернулся в комнату Елены и попросил тетю побыть с ней наедине.

Она коснулась моей руки и улыбнулась, уходя.

Я забрался на кровать и лег, прижавшись головой к ее голове.

Я закрыл глаза в последний раз и пожелал, чтобы все, что у меня было, попало в ее разум.

Солнце согревало мое лицо, а рядом чирикали птицы.

Это было так мирно.

Я почувствовал, как ее рука убирает прядь моих волос, и открыл глаза. Я слегка улыбнулся, когда наши глаза встретились. Она улыбнулась в ответ.

— Привет, принцесса.

Она рассмеялась. Это звучало так реально, и я так сильно скучал по этому.

— Я же просила тебя не называть меня так. Где мы?

Я закрыл глаза. Раньше она говорила «Привет, красавчик», но сегодня все изменилось.

— Блейк? — спросила она, и я открыл глаза.

— Имеет ли значение, где мы? Мы вместе.

Она нахмурилась. Это становилось слишком реальным, когда она посмотрела на меня с беспокойством.

Я коснулся ее подбородка:

— Эй, почему у тебя такой обеспокоенный вид?

Ее лицо расслабилось, и она снова улыбнулась.

— Думаю, пришло время. — Слезы навернулись у меня на глаза.

— Время для чего? — ее голос дрогнул. На самом деле это было такое незначительное изменение, но оно согрело меня изнутри.

— Чтобы показать тебе, Елена.

— Что, на этот раз у деревьев нет ушей?

Я рассмеялся. Откуда, черт возьми, это взялось?

— У меня действительно хорошо получается это делать. Так хорошо, что… — Я закрыл глаза и покачал головой.

— Хорошо что?

Я открыл глаза и с любовью посмотрел на нее.

— Ничего, это то место, где я хочу быть всегда.

Она уставилась на меня.

— Закрой глаза, Елена.

Она послушалась, и я мягко положил свою голову на ее.

Я снова показал ей, что такое дент. Это казалось таким реальным, и я не знал, как смогу оторваться от нее, чтобы найти свои последние сферы.

В этом сне она была для меня более реальной, чем во всех них вместе взятых.

Когда все было сделано, когда я прошел через все вместе с ней, вернулось солнечное тепло. На заднем плане тихо щебетали птицы. Наши головы все еще мягко касались друг друга.

— Это действительно произошло?

— Тсс, ты никому не можешь рассказать.

Она кивнула. Молчание затянулось, пока я просто смотрел на нее, размышляя. Черт возьми, я знаю, почему произошли эти перемены. Это был я. Желая, чтобы это было по-настоящему. Наконец-то это стало реальностью.

— Что-то здесь не имеет смысла. Если все это действительно произошло, значит, ты предупредил Герберта. Это значит, что ты знал еще до того, как я пришла в Пейю, и все же…

Она спросила о чем-то, о чем я даже не задумывался.