Темный Луч. Часть 5 (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 38

— Сделай то, что, как мы всегда знали, ты можешь, Блейк, — сказал Чарльз. — И не умирай.

Я рассмеялся над тем, как мудро прозвучали в его устах эти слова.

— Ты ставишь на это.

Я подошел к внедорожнику, рядом с которым стояла Елена, и открыл дверцу.

Мы с Еленой заняли последний ряд во внедорожнике, а Сэмми, Дин и мой отец — ряд перед нами.

Пришли даже родители Дина. Его дядя стоял рядом с мамой.

Его отец умер несколько лет назад в результате трагического несчастного случая. Дин помахал им в последний раз.

Эмануэль сел за руль, а Гельмут сел на переднее сиденье рядом с ним, поцеловав Мэгги в последний раз.

Елена придвинулась ближе ко мне и положила руку мне на грудь.

Я поцеловал ее в макушку и снова начал показывать ей знаки.

Она рассмеялась и схватила меня за руку.

— Я их знаю. Я готова.

— Я знаю, что это так, — тихо прошептал я.

Эмануэль достиг вершины холма, и море воинов уже ждало войны. Это была смесь драконов и их всадников.

Оборотни тоже были здесь. Армия Калеба заняла половину открытого поля. Вот почему они нам были нужны. Это было зрелище, которое я и представить себе не мог, что когда-нибудь увижу, и у меня слегка отвисла челюсть. Я чувствовал себя лучше, зная, что они будут там сегодня. У армий Итана не было ни единого шанса.

На древках флагов, которые несли некоторые Драконианцы, была намалевана эмблема либо Тита, либо Ариса. Забавно, почему у Итана никогда не было короля, или, может быть, король Альберт также правил Итаном.

Многие Ластохвосты вернулись, чтобы помочь освободить Итан.

— Они вернулись, — тихо сказала Елена, то, что только что было у меня в голове.

— Большинство из них вернулось. Нам позвонили из порта, что Стена создавала какой-то сбой, когда они летели колониями, чтобы добраться сюда, — ответил ей король Гельмут.

— Почему ты мне не сказал? — Елена хотела знать.

— Чтобы мы могли видеть выражения ваших лиц.

— Закрой свой рот, Блейк. В драконьей войне было гораздо больше драконов, чем сейчас, — прощебетал Эмануэль спереди, и папа рассмеялся. Я действительно хотел шлепнуть его, но Елена держала меня за руку, будто знала, что я хочу сделать.

— Это были те деньки, — сказал папа.

— Которые настанут снова, сэр Роберт. — Король Гельмут назвал его драконьим титулом.

Папа засмеялся и, вздохнув, выглянул в окно. Скоро он увидит своего всадника.

Внедорожник остановился. Один лорд уже поднялся на трибуну и сказал им всем несколько слов.

Я выбрался из внедорожника вслед за папой, Дином и Сэмми.

Толпа зааплодировала, что по-настоящему укрепило мое самолюбие.

Папа улыбнулся и хлопнул меня по руке.

— Ты знаешь, что должен сейчас что-то сказать. Это твои драконы, Блейк.

Я глубоко вздохнул — мои драконы. Папа был прав. Я был Альфой, и если не знал, что это значит, что ж, сегодня я это обнаружил.

Я поднял кулак, и раздались новые одобрительные возгласы.

Елена схватила меня за руку, когда выходила, и просто с удивлением смотрела на всех, кто пришел.

Мы подошли к трибуне, и все поклонились. Я не знал, было ли из-за Елены или Гельмута.

Гельмут поднялся на трибуну и поблагодарил лорда Премиуса за то, что он произнес сильные слова мужества на латыни. Он обратился к толпе тоже на латыни, потому что все драконы уже были в своем истинном обличье. Оборотни поняли, а те, кто не понимал, что ж, кто-нибудь из их окружения переведет.

— Я благодарен за сегодняшний день, за то, что вижу, как Пейя снова объединилась. Восемнадцать лет назад лианы вышли из-под земли, если быть точным, в полночь, и сегодня вечером они вернутся туда, откуда пришли! — Он взревел, и все они зааплодировали. — Помните, кто стоит за этими лианами. Что держит вашего короля, и знайте, что они будут сражаться, делая все, что в их силах, чтобы удержать его там. Сегодня не тот день, чтобы сдерживаться. Напомните вивернам, почему они боятся драконов. Они сломили большинство из нас на другой стороне и забыли, какими величественными созданиями вы являетесь. Сегодня они никогда больше этого не забудут.

Улюлюканье и вопли были такими громкими, что от вибрации сотрясалась земля.

— Обещаю, Горан умрет сегодня ночью. Он не доживет до того, чтобы увидеть новую Пейю!

От радостных возгласов и криков, доносившихся из толпы, я покрылся мурашками. Мне было интересно, как Гельмут на самом деле относился к брату. Имел ли он в виду эти слова всерьез?

— У нас все получится!

Елена погладила меня по руке, и я накрыл своей ладонью ее.

— Мы вернем на трон настоящего монарха. И сделаем это с гордостью!

Толпа пришла в бешенство.

Он улыбнулся и посмотрел на меня.

— А теперь несколько слов от вашего Альфы.

Драконы завизжали, когда я поднялся на подиум. Я поднял руку, чтобы заставить их замолчать.

Все они повиновались, и над океаном воинов воцарилась тишина.

— Сегодня мы все собрались вместе. Человек, дракон, оборотень столкнутся с величайшей угрозой нашему миру, которую мы когда-либо знали. Сегодня тот день, когда мы больше ничего не скажем! — При этих словах по толпе прокатились одобрительные возгласы. — Мы стоим здесь, не разделенные нашими разногласиями, а связанные нашим желанием освободить тех, кто был порабощен, исправить тех, кто был сломлен, и отомстить тем, кто виновен. Не буду вам лгать. Многие из нас не вернутся, но клянусь, ваша жертва не будет напрасной. Стоя вместе, как единое целое, мы освободим наших павших братьев и сестер. Мы освободим Итан! — Я издал зов дракона, все еще находясь в человеческом обличье, и вся толпа сошла с ума. Я трансформировался в драконью форму, когда крики оглушили меня.

Это по-настоящему взбодрило мое самолюбие, и я взмыл в воздух и заревел.

Каждый дракон взревел в ответ, оборотни издали свои кличи, а их всадники выкрикивали боевые кличи.

Я приземлился рядом с Еленой, и она посмотрела на меня снизу вверх с таким восхищением и любовью.

На ее лице сияла широкая улыбка. Больше никаких забот. Сегодня обещал быть отличный день.

Сегодня вечером она увидит своего отца. Наконец-то у них состоится этот разговор, и я его не пропущу.

Я снова принял человеческий облик, и гель растаял на коже. Он снова вернулся в костюм.

Я взбежал по ступенькам туда, где она стояла, и обнял ее за талию. Я притянул ее к себе и яростно поцеловал.

Все зааплодировали, когда я прервал поцелуй. Щеки Елены слегка порозовели.

— Тебе понравился мой показ?

Она рассмеялась.

— Это было совершенно невыносимо.

— Дай угадаю, чертовски круто.

— Как скажешь.

Она притянула меня к себе за шею, привстав на цыпочки, и снова поцеловала.

ЧАСТЬ 2

— 19~

Больше встреч проходило в одной палатке, которая была установлена рядом с трибуной.

Калеб, Гельмут, папа и Эмануэль присутствовали на всех них. Мы с Еленой сидели сзади и слушали. Они вообще не упоминали об отношениях Гельмута и Горана. Я предположил, что они достаточно говорили об этом, и Гельмут ясно дал понять, что никто не говорил об этом при Елене.

У меня все еще было это ужасное чувство, что она должна знать.

Около пяти, когда солнце село, Елена начала собирать все войска. Она вернулась за Гельмутом и Эмануэлем. Я слышал их светскую беседу.

У Елены была особая связь с Эмануэлем, но это не звучало как прощание с ее стороны.

Калеб был следующим. Он не сказал ей ни слова. Ни капли сожаления о том, как он с ней обращался, ни черта.

Я покачал головой.

— Что? — спросил отец, и я понял, что никто из них не мог слышать, что происходило внутри лиан, когда Елена входила вместе с ними.

— Ничего страшного, — сказал я.

— С ней все будет в порядке, Блейк. С тобой тоже. Я знаю. Назови это предчувствием.

Я улыбнулся. Слава небесам, отец неправильно понял меня.

Елена вернулась и указала на меня. Когда я подошел к ней, она запрыгнула на меня и обвила ногами мою талию.