Я подарю тебе свое разбитое сердце (СИ) - Мур Полин - Страница 40

План лечения был передо мной, и моя жизнь мчалась по непростому пути. Я внимательно слушал врача и с каждым его словом мое отчаяние становилось все сильнее.

— Сколько времени займет лечение целиком?

— Примерно 2–3 месяца. Это в идеале, и если не будет никаких осложнений. Вы молодой, а возраст очень важен. У Вас начальная стадия, поэтому я уверен, что все будет хорошо, мистер Феррар, — он чуть улыбнулся, а затем позвонил медсестре, попросив ее зайти в кабинет. — Итак, желательно в ближайшие дни Вам перебраться сюда, Ваша палата уже готова.

Через несколько минут в кабинет зашла молодая девушка не больше двадцати пяти лет. Она мило нам улыбнулась, а затем достала папку с ручку и начала что-то записывать.

— Да, мистер Бэрроуз?

— Линда, проведите Стефана в лабораторию и возьми у него кровь, а затем покажи его палату, — мужчина повернулся ко мне. — Если у Вас больше нет вопросов, Вы можете идти.

— Я готов лечь в больницу уже сегодня. Единственное мне нужно съездить на всеми вещами.

— Без проблем, мистер Феррар, но сначала сдайте кровь.

— Хорошо.

Мы поднялись с места и пожали друг другу руки.

— Я в больнице каждый день с семи утра до девяти вечера. Можете заходить ко мне в любое время, если понадобится какая-нибудь помощь или появляться вопросы.

— Мне обязательно сбривать волосы?

— Выпадение волос является распространенным побочным эффектом химиотерапии от лейкемии, но не у всех пациентов оно наблюдается. Вероятность выпадения волос и степень его выпадения зависят от типа химиотерапевтических препаратов, дозировки и индивидуальной реакции пациента. После начала лечения волосы могут начать выпадать неравномерно, что может вызывать дискомфорт, а сбривание помогает избежать этого. Смотрите на свое усмотрение, но я бы посоветовал сбрить. Однако, это Ваш выбор.

— Я понял, спасибо.

Мужчина кивнул, а затем медсестра проводила меня в лабораторию. У меня взяли несколько пробирок крови, а затем дали бутылку воды, чтобы восполнить потерянную кровь и предотвратить обезвоживание. Девушка сделала несколько пометок в журнале, а после показала, где находится моя палата.

— Прошу, мистер Феррар, Вы можете оставить свои вещи здесь, — девушка улыбнулась. — С пяти до шести у нас ужин, так что постарайся к этому времени вернутся.

— Спасибо, — произнес я, кладя свою небольшую спортивную сумку на кровать.

— Меня зовут Линда Джексонс, ко мне Вы тоже можете обращаться по любым вопросам. Я буду выдавать Вам препараты, а еще могу провести экскурсию по больнице, показать столовую. На первом этаже есть вендинговые автоматы и кофемашина, однако чтобы спуститься туда сначала нужно предупредить нас. А еще…

У меня зазвонил телефон, поэтому девушка стихла. Я взяла телефон и, увидев, имя своей девушки, улыбнулся.

— В общем, чтобы к шести часам Вы были здесь. Когда приедете отметьтесь в журнале на стойке, — девушка еще раз улыбнулась, а затем удалилась.

Я несколько секунд переваривал ее речь, а затем поднял трубку. Сразу услышал слабое дыхание Милс, а после ее нежный голосок.

— Стефан, привет! Не отвлекаю?

— Никогда. Как твои дела, милая?

— Неплохо, только вышла из университета. Валери пытается затащить меня в кино, но я чертовски устала и хочу отдохнуть.

— Но Мили, я ждала этот фильм два года! — я услышал на заднем фоне голос Холл. — Передай этому засранцу от меня привет.

— Передай ей, что я все слышу, — смеясь, произнес я.

— Ой, Валери будь тише! И не называй его засранцем! — грозно произнесла Гринграсс, однако уже через секунду я слышал их смех. — Как у тебя дела?

— Неплохо. Сегодня заезжал на фирму, сейчас поеду домой разбираться с бумагами.

— Ты так много работаешь, Стефан, не забывай отдыхать. Кстати, ты записался к врачу?

— Да, дорогая, не переживай. Через несколько дней меня ждут на приеме.

— Хорошо, обязательно сообщи, что там с анализами.

— Хорошо.

— Наше такси приехало, я наберу тебя вечером. Целую!

— И я тебя, Милс.

Гудки. Тишина.

Будь счастлива, милая. Просто будь счастлива…

Как я и обещал ближе к шести часам я приехал в больницу уже со всеми нужными вещами. В здании наш этаж шестой. Меня встретила Линда сразу как только я вышел из лифта. Отметился в журнале и начал раскладывать вещи. Сама палата толком ничего из себя не представляла. Обычная комната в квартире. Небольшая по размерам, но в ней было все необходимое: кровать, тумба, комод для одежды, раковина, туалетный столик, стул, а на стене висит небольшой телевизор. Я переоделся в больничную одежду, и мы с медсестрой отправились на обещанную ею экскурсию. Она показала мне, где находится ванная комната, туалет, столовая, зона отдыха, все кабинеты и еще две лаборатории. Все это сопровождалось непринужденным разговором и слабым смехом. Наверное, она хотела отвлечь меня от мрачных мыслей, что заполнили мою голову. Или хотела отвлечься сама, ведь каждый день видеть людей, борющихся за свою жизнь — очень тяжело. Как бы то ни было у нее немного это получилось.

Девушке было двадцать четыре. В подростковом возрасте она пережила страшный опыт — ее отец умер от рака головного мозга, поэтому с того дня она решила, что хочет быть связанной с медицинской сферой.

— Я никогда не хотела быть именно врачом. Если честно, я не переношу вид крови, а операции и подавно. Но мне нравится быть медсестрой. Я люблю ухаживать за людьми, дарить им поддержку и заботу, вселять в них уверенность и надежду. Многие из пациентов приезжают к нам совсем одни. У них никого нет, им одиноко, и тогда мы становимся их семьей. Теми, в ком они нуждаются.

— Тебе не тяжело так часто видеть смерть?

Линда оступилась и с печалью в глазах посмотрела на меня. Мой вопрос ее явно расстроил.

— Я стараюсь не думать об этом, Стефан. Смерть — неизбежная часть жизни. Мы все знаем, что однажды наш час наступит. Но это не делает ее менее болезненной. Каждый раз, когда я теряю пациента, я чувствую, что частичка меня тоже умирает. Я видела, как родители прощаются со своими детьми, как супруги прощаются со своими любимыми, как друзья прощаются с друзьями. Я видела, как надежда превращается в отчаяние, а жизнь — в ничто, — на ее глаза навернулись слезы и, черт, это так меня задело, что мне самому было тяжело сдерживать свои эмоции. — Смерть оставляет свой отпечаток на каждом, кто ее переживает. Она может сделать нас сильнее, но может и сломать нас. Она может научить нас ценить жизнь, но может и лишить нас всякого смысла.

— А сама ты думала о смерти?

— Да, много раз. Я не знаю, что ждет меня после смерти. Я не знаю, есть ли рай или ад. Но я верю, что смерть — это не конец. Это просто переход в другое состояние бытия. Я надеюсь, что когда мой час наступит, я смогу встретить смерть с миром в сердце. Я надеюсь, что смогу оглянуться на свою жизнь и сказать, что я прожила ее в полной мере. Ну а пока я буду продолжать бороться за своих пациентов. Я буду продолжать дарить им надежду и облегчать их страдания, потому что даже в присутствии смерти есть жизнь. И я верю, что каждый заслуживает того, чтобы прожить свою жизнь с достоинством и миром. У тебя есть девушка?

— Да, — я кивнул.

— Тогда ты вдвойне должен бороться. Бороться для себя, для нее, для своих родителей и друзей. Не дай болезни сломить тебя!

До моей палаты мы дошли в тишине. Девушка принесла мне разогретый ужин, а затем оставила в покое до следующего утра.

Я буду бороться. Буду, потому что мне есть ради кого.

Глава двадцатая. Первый месяц

Стефан

Каждый человек хоть раз в жизни задумывался о смерти. В мгновение ока мы можем потерять близких, друзей, тех, кто был нам дорог. Эти потери оставляют глубокие раны в наших сердцах, вызывая чувство одиночества и безысходности. Мы начинаем осознавать, что жизнь хрупка, как стекло, и каждый момент может стать последним. Грусть охватывает нас, когда мы вспоминаем о тех, кто ушел. Их улыбки, смех, разговоры — все это становится лишь воспоминанием, которое с течением времени может блекнуть, но никогда не исчезнет полностью. Мы часто боимся смерти, ведь она неизвестна. В нашем сознании она ассоциируется с темнотой и пустотой. Мы стремимся найти смысл в жизни, создать что-то значимое, оставить след. Но каков этот след, если он исчезает с нашим уходом? Эти размышления порождают тревогу и грусть, заставляя нас задаваться вопросом: действительно ли мы живем так, как хотели бы? Она также напоминает нам о том, что каждый миг важен, что нужно ценить простые радости — утренний кофе, теплый взгляд любимого человека или тихий вечер в кругу семьи. Мы начинаем осознавать, что настоящая красота жизни заключается в её мимолетности. И хотя мысли о смерти могут вызывать страх и печаль, они также могут служить стимулом для того, чтобы жить более полно и осознанно.