Афганский рубеж 2 (СИ) - Дорин Михаил - Страница 54

Генерал пошёл на выход из кабинета и встретился взглядом с Кешей.

— Ты кто, сынок?

— Лейтенант Петров. Можно просто Кеша, — выпалил Иннокентий.

Не мог он не выкинуть какой-то трюк. Офицеры обалдели от такой простоты. Я же совсем не удивился.

— Ну, и что ты мне скажешь, Кеша? Есть мысли, как нам действовать.

— Товарищ генерал, так если ж мы не поможем, их с Пакистана расстреляют. Своих не бросают у нас…

— Не хуже тебя это знаю, — сказал Целевой и повернулся к остальным.

Генерал-лейтенант снял очки и потёр переносицу. Его сомнения понятны. Когда на Советский Союз столь велико внешнее давление, международный скандал не нужен совершенно. Даже некоторые социалистические государства не поддерживали решение о вводе войск.

Так что генерал не просто так отвергает предложение Тростина.

— Чтобы не произошло, как бы ни было плохо, «ленточку» не пересекать, — произнёс Целевой. — Мы держим афганский рубеж. Войны с другим государством нам не нужно.

Генерал-лейтенант вышел в коридор, но быстро вернулся с задумчивым видом.

— Валерий Иваныч, что у тебя в резерве на направлении высоты 799? — обратился он к Кувалдину.

— Две роты 170го полка укомплектованы полностью. По 80 человек в каждой и по 12 БМП. Гранатомётно-пулемётный взвод в каждой роте в полном составе.

— Выдвигай одну на помощь разведчикам. Похоже, именно там и собирается идти Масуд. Работаем, товарищи!

Тут же завертелась «машина» по организации боевых вылетов. Командир 727го полка отдал распоряжение готовить пару на сопровождение колонны, и ещё несколько держать в готовности к вылету.

— Что⁈ Так пускай быстрее шевелятся! Всем тяжело, — сказал командир джелалабадского полка по телефону.

Енотаев вышел со мной и Кешей в коридор, чтобы поставить задачу в тишине.

— Почему выключился? Моей команды не слышал? — наехал на меня Ефим Петрович.

— Слышал, командир. Сомневаюсь, что я бы много чего сделал на полупустых баках, пока здесь шло совещание, — ответил я.

Енотаев выдохнул и продолжил.

— Ты видел какой там рельеф? Там невозможно маневрировать и не заходить в Пакистан, — сказал комэска.

— Тогда решение очевидно. Задача какая?

— Готовься. Джелалабадцы работают в интересах мотострелков. Мы — разведки. Как будет команда, начинаете работать парами в районе высоты 799. Позывной авианаводчика Торос. Частоты боевых каналов вы знаете.

Я кивнул и Енотаев нас отпустил. Но один вопрос стоило задать.

— Командир, а что делать с пришлыми из Пакистана?

— Ты приказ слышал? Вот и выполняй. Не вздумай без команды что-либо делать, — ответил Енотаев.

Не успели мы с Кешей войти в стартовый домик, как уже поступила команда на вылет. Я отправил Петрова на вертолёт, сам подозвал к себе лётчиков моего звена.

— Работы много. Юрис, район хорошо изучил?

— Да. Ориентиры запомнил, — ответил Залитис.

— Сидишь в готовности. Если что, пойдёте в паре с Семёном. А я сейчас туда с Васюлевичем. Готов? — обратился я к Ивану.

Тот кивнул и начал надевать шлем. Кислицын вышел из стартового домика и показал, куда нам лететь. Но это было уже лишним.

На часах 7:00. Пекло на аэродроме такое, что к фюзеляжу вертолёта не прикоснёшься. Губы высыхают мгновенно.

А над лётным полем продолжает «играть» знакомая мне мелодия. Гул двигателей и свист винтов, рёв моторов спецмашин и шум заправщиков керосина. Смотришь на это всё и на душе трепетно.

Несколько месяцев назад мой реципиент мог лишиться этого. Списали бы на землю, и всё. А смотреть на полёты со стоянки, когда ты ещё недавно сидел в кабине… При всём уважении к Героям-техникам, ГРП и Аэродромщикам, но мне бы хотелось летать.

— Товарищ командир, вертолёт готов. Заправка полная, оружие проверено, блоки заряжены, — доложил мне Валера Носов.

— Спасибо! — поблагодарил я бортового техника и быстро осмотрел вертолёт.

Кеша уже занял место в своей кабине и проверял расчёты в накопленном планшете. Я обернулся назад, чтобы посмотреть, где мой ведомый. А он уже в кабину полез!

— Пора, — сказал я про себя, надел шлем и пошёл занимать место в кабине.

Времени у нас не так много. Кислицын хоть и обозначил нам вылет в 7.24, но стоит поторопиться. Там на высоте у парней ситуация не из простых.

Запуск произвели. Системы проверены, предохранительные чеки с вооружения сняты.

— 304й, готов? — запросил я Ивана.

— Готов, 302й.

— Омар, 302му парой на полосу вырулить для взлёта.

Ответа от руководителя полётами сразу не последовало. На часах уже 7.20. Задерживаться нельзя.

— Омар, 302му.

— 302й, транспортный заходит. На стоянке пока.

Я посмотрел по сторонам. Никакого самолёта не видно.

— Омар, 302му, у нас по времени взлёт.

— Я вас понял. Но нужно завести, — ответил руководитель полётами.

Ну раз надо, так надо!

— Принял. 4й, за мной, — сказал я в эфир.

Вырулив на магистральную, я сразу поднял рычаг шаг-газа. Оторвался от бетона быстро, несмотря на повышенную температуру. Слегка смещаюсь влево, чтобы не выйти на полосу и не мешать заходить транспортному самолёту. А он, к слову, только проходит дальний привод.

В эфире, как мне показалось, сразу начался вопль известной мне личности по фамилии Баев. Чего ему в штабе не сидится⁈

— Омар, 302й взлёт парой произвели. Пройдём левее полосы.

— Понял. Не возражаю, — спокойно ответил РП, а на заднем фоне слышен громкий крик Кузьмы Ивановича.

Заняли расчётную высоту и курс в район 799й высоты. Полёт в район работы решил выполнять точно над рекой. Так, мы скроемся за складками местности.

Река петляет из стороны в сторону. Не так уж и просто лететь над этими серыми водами. Ведомый Васюлевич идёт позади и чуть выше меня для безопасности.

— Торос, Торос, 302му, — начал запрашивать я авианаводчика.

До выхода в район совсем немного. Надо слегка подняться над ущельем, чтобы увидеть высоту визуально.

— 4й, плавно набираем до выхода из ущелья.

— Понял, готов

— Паашли!

Отклоняю ручку управления на себя и перескакиваю высокий холм. Мы сразу попадаем в эпицентр.

— Влево уходи! — скомандовал я Ивану, заложив крен.

С земли заработал пулемёт, чуть не прошив нашу кабину в переднюю полусферу. Лечу у самой поверхности земли. Тень вертолёта скользит над высохшей травой и отдельно перемещающимися людьми в разного цвета одеяниях. Ощущение, что лежим на правом боку. Вот-вот будет касание лопастями, но не тут-то было.

— 2й, по тебе работают. Захожу на цель, — произнёс в эфир Ваня.

Пока же я облетал район с огромным количеством душманов. Переложил вертолёт в левую сторону и смог увидеть, как ведомый работает НАРами по противнику.

На земле пошли разрывы. Пыль начинает подниматься и застилать всю местность. Надо теперь прикрывать Ваню.

— Горка! — скомандовал я, чтобы Кеша слышал предстоящие действия.

— Слева разрывы. Высота подходит к отметке 500… 600.

Ручку управления отклонил влево, а педаль вправо. Вертолёт быстро разворачивает, а меня в кресле слегка подкидывает вверх. Мгновенное состояние невесомости, и начинаю пикировать на цель.

По фюзеляжу что-то стучит, но нашему «шмелю» на это всё равно. Ручка пошла от себя, нос вертолёта наклонён, и перед глазами появляется скопление духов. Быстро снижаюсь, скорость растёт. Пора работать!

— Пуск! Ухожу вправо, — доложил я.

Вертолёт болтнуло, а обзор перед собой заполонил дым от НАРов. Слегка задираю нос и выпускаю ловушки. У духов могут и ПЗРК иметься в наличии.

— Торос, 302му!

— Отве… ю! Веду бой на высоте. Место подскажи своё, — запросил у меня авианаводчик.

Кеша быстро сообразил и выдал в эфир наше местоположение. Я же успел рассмотреть, что происходит у подножья высоты 799.

А там был сплошной дым и много кого ещё… Реальная обстановка оказалась хуже некуда. Я решил, что надо докладывать наверх.

— 001й, 302му, — запросил я генерала Целевого, который должен был находиться в воздухе в Ан-26.