Неукротимые удовольствия (ЛП) - Райт Сюзанна - Страница 85

Добравшись до Джейми и её семьи, он не удивился, увидев, что Данте и Хендрикс спорят. Снова.

— Прекрати называть меня Попай! — Данте набросился на свою пару. — Джейми, это твоя вина.

Она просто повела одним плечом.

— Что мы можем поделать, если это подходящее прозвище?

Стоя рядом с Хендриксом, племянник Джейми смеялся. Когда Гейб-младший не зависал в будке охраны со своим отцом, он ходил за Хендриксом по пятам.

— Я ищу Милу, — сказал Доминик. — Кто-нибудь из вас её видел?

Они не видели. И по-прежнему нигде не было никаких признаков её присутствия.

Он чуть не уронил своё пиво, когда маленькая светловолосая девочка чуть не врезалась в него, напевая Куджо. София взвизгнула и убежала, когда волк её отца игриво набросился на неё. Она была такой же прирождённой альфой, как её родители и старший брат. В данный момент Кай разговаривал с Гейбом, Хоуп и Тарин возле буфета, пока они раскладывали еду по бумажным тарелкам. Кай совершенно затмевал свою мать, теперь он был почти такого же роста, как Трей, хотя и не такой широкоплечий. Пока. Ребёнок продолжал расти рывок за рывком.

Доминик сделал глоток пива, а затем возобновил поиски своей пропавшей пары. Проходя мимо Рони, он почувствовал, как у него подёргиваются губы. Она вздыхала по своей паре и трём сыновьям, которые собрались за столом с шоколадными крошками и кусочками бисквита на губах и пальцах.

Рони всплеснула руками.

— Почему вы все так поступаете со мной?

Старший поморщился и открыл банку содовой.

— Прости, мам.

— Мы были голодны, — пожаловался младший, сидя на коленях у Маркуса.

Её ноздри раздулись.

— Я голодна.

Суперинтеллектуальный средний ребёнок мрачно посмотрел на свою мать.

— Возможно, ты снова беременна. Статистика говорит, что…

— Не забрасывай меня случайными фактами, Кин.

Доминик сделал достаточно долгую паузу, чтобы спросить Рони и Маркуса, видели ли они Милу, но стражи покачали головами. Отлично.

— Макенна, возможно, знает, — сказал Маркус, делая глоток пива.

Верно. Самки были достаточно близко. Поэтому, избегая сосновых шишек, которыми была усыпана трава, Доминик направился к тому месту, где стояла волчица со своей маленькой семьёй. Сиена и Райан были вовлечены в очередное противостояние. Грубому силовику не нравилось, что его маленькая девочка взрослеет, а ей не нравилось, что он обращался с ней так, будто это не так.

Сжав руки, она проворчала своему отцу.

— Па-а-ап, я не предлагаю мне натирать ноги воском или что-то экстремальное. Я просто хочу мобильный телефон — у большинства детей моего возраста он есть.

— Меня не волнует большинство детей. — Райан поднял руку. — Я же говорил тебе, что у тебя может быть мобильный телефон, когда тебе исполнится тринадцать.

— Это несчастливое число!

Райан стиснул зубы.

— Такой вещи, как удача, не существует.

— Такой вещи, как удача, не существует, — как попугай, повторил маленький мальчик, цеплявшийся за спину отца.

Зак рассмеялся, обнимая свою недавно обретённую пару.

— Ты всегда собираешься подшучивать над своим отцом?

— Да, — ответил Бастьен.

Улыбнувшись их сцене, Доминик кивнул Макенне.

— Я ищу Милу.

Прервав поедание горсти земляники, Макенна наклонила голову. Между её бровями появилась морщинка.

— Когда я видела её в последний раз, она болтала с Фрэнки.

Что ж, сейчас её там не было, но, возможно, Фрэнки могла бы помочь. Доминик кивнул Макенне в знак благодарности и направился туда, где Фрэнки, развалившись в шезлонге, потирала свой беременный живот, в то время как её пара массировал ей шею.

— Ты выглядишь усталой, — сказал ей Доминик. Впрочем, в последнее время она часто выглядела такой.

— Клянусь, здесь так жарко, что я могла бы просто сгореть, — сказала Фрэнки. Шелест листьев на ветке над её головой отбрасывал тени на её лицо. — Меня все время так изматывает не беременность, а этот ребёнок. По какой-то причине он или она ведёт ночной образ жизни. Всегда брыкается и извивается всю ночь, будя меня.

Трик сочувственно улыбнулся ей.

— Нет покоя грешникам.

Её брови приподнялись.

— Так что, серийные убийцы не спят?

— Боже мой. Это просто оборот речи.

Фрэнки издала уничижительный звук «пф-ф-ф».

— Кто-нибудь из вас видел Милу? — спросил Доминик. — Я нигде не могу её найти. Такое ощущение, что она просто исчезла.

Брови Фрэнки сошлись на переносице.

— Ну, ты не заглядывал далеко. Она прямо за тобой.

Доминик развернулся на месте. Мила выходила из-за деревьев с Гретой. Каждая держалась за руку с одной из близняшек. Да, близняшки.

Он был в растерянности на протяжении всей беременности Милы. Она была такой стройной, что он не мог понять, как она может вынашивать двух детей одновременно. Честно говоря, беременность прошла для неё легко. И она перенесла роды со спокойствием и уравновешенностью, которыми стая до сих пор восхищалась.

В тот момент, когда Эмилия увидела его, она просияла.

— Папочка!

Она бросилась к нему на своих маленьких ножках, её тугие кудряшки подпрыгивали повсюду.

Он подхватил её на руки и поцеловал в щеку.

— Вот моя Эм. — Она обвила руками его шею и уткнулась в неё носом. Да, его маленькая кошка манул была настоящей папиной дочкой. — Почему на тебе грязь?

— Это скучная история.

Все было скучной историей, когда Эмилия не хотела отвечать на вопрос. Он хотел назвать свою дочь Мила или Милена в честь её матери, но Мила на это не согласилась. Итак, он предложил Эмилию, что было близко к истине. Он подозревал, что Мила согласилась только потому, что была фанаткой «Игры престолов» и ей нравилась актриса, сыгравшая королеву драконов.

В отличие от своей сестры-близнеца, Диллон не торопился. Нет, он был щенком, который двигался в своём собственном темпе, ни за кем другим. Ему было всего шесть, но у него уже были непринуждённость и развязность взрослого волка-перевёртыша. Валентина часто называла его старой душой.

— Папа, я больше не хочу сестру, — пожаловался Диллон. — Можем ли мы обменять её на мальчика? Или даже просто на домашнее животное?

— Нет, мы не можем. И ты действительно любишь её.

Диллон скривил верхнюю губу.

— Я искал тебя, — сказал Доминик своей паре.

Мила бросила взгляд на близнецов.

— Я искала их.

— Диллон преследовал кролика в подлеске и пытался выманить его, — сказала Грета, стряхивая красную божью коровку со своего топа. — Эмилия предложила ему помощь. Где-то по пути они подрались и скатились в канаву.

Доминик застонал. Хотя Диллон был довольно покладистым щенком и не часто выходил из себя, Эмилия знала, как вывести его из себя — и маленькая кошечка часто это делала, поэтому дети часто ссорились из-за всего и ни из-за чего. Тем не менее, они чрезвычайно защищали друг друга.

— Эмилия неудачница. Я собираюсь поиграть с Бастьеном, — заявил Диллон. Затем он ушёл.

Маленький носик Эмилии сморщился.

— Он неудачник.

Доминик потянул её за локон.

— Никто из вас не неудачник. — Он поставил её на ноги. — А теперь иди, поиграй. — Она направилась прямиком к дочери Джейми и Данте.

Грета приложила руку к груди.

— Твои дети растопили моё сердце.

— Некоторые сказали бы, что у тебя его нет, — съязвила Райли, проходя мимо.

Грета затаила дыхание, свирепо глядя на ворона.

— Некоторые сказали бы, что ты всего лишь потаскушка.

Райли насмешливо приподняла бровь.

— Это лучшее, что у тебя есть, Гретхен?

— Я Грета.

— Плевать.

Как и следовало ожидать, Грета двинулась вслед за вороном, нанося оскорбление за оскорблением.

Доминик обнял свою пару и притянул её ближе.

— Наконец-то мы одни.

Солнечный свет отразился от её висячих бриллиантовых серёжек. Он купил комплект, чтобы она надела его на их церемонию, которая состоялась через месяц после того, как сформировалось запечатление. Со временем их связь только укреплялась, и людей всегда удивляло, что он и Мила не были истинной парой — они были просто такими крепкими.