Вселенная DC. Заметки на полях - Кислицын Игорь - Страница 28

Но в сериале, на мой взгляд, Джейн удалась еще лучше – мало того, что ей подправили историю происхождения, прочнее увязав ее с психологическими травмами, лучше и подробнее показав ее внутренний мир, который представляет собой буквально ветки метро и станции (что было и в оригинале), – все это венчает поистине выдающаяся игра актрисы Дайан Герреро, которая чуть ли не на лету перескакивает с одной личности на другую и играет их очень по-разному. Джейн очень быстро стала моим фаворитом в сериале, и, судя по отзывам, зрителям она приглянулась тоже. Это очень необычный персонаж для супергероики, и хорошо, что сейчас она получает популярность.

Теперь же мы перейдем ко второй части этой большой главы и поговорим о женщинах, которые непосредственно принимали участие в создании сотен и тысяч комиксов, – от сценаристок и художниц до президентов и главных редакторов – и начнем мы как раз с последней, а именно с Карен Бергер.

Если вы не слышали это имя, то знайте – огромное количество ныне культовых комиксов во многом обязано своим появлением этой талантливой и прозорливой женщине, которая в середине 80-х годов решила буквально перевернуть мир комиксов. Но обо всем по порядку.

Многие будущие звезды комиксов увлекались ими с самого детства; Карен была исключением – она бы никогда и не попала в эту индустрию, если бы не дружба с Джоном ДэМэттисем, который постоянно таскал ее в магазин комиксов и заваливал подробностями сюжетов, фактами о персонажах, а один раз даже показал комикс, в котором написал один из сюжетов. Именно Джон и привел Карен, которая к тому моменту закончила Бруклинский колледж по специальности «История искусства», в издательство DC в качестве ассистента великого редактора Пола Левица.

И хотя изначально Карен обещали чисто административную работу, уже спустя полгода Левиц доверил ей редактуру серии House of Mystery, а в 1983 году Карен уже как единоличный редактор работала над макси-серией (серией из 12 выпусков) Amethyst: Princess of Gemworld – фэнтезийном приключении с обаятельной принцессой Аметист в качестве протагониста. Уже тогда у Карен начали проявляться своеобразные вкусы в комиксах – ее не интересовали супергерои, она не знала наизусть всех членов Легиона Супер-Героев и в целом воспринимала супергеройские серии как этакие «мыльные оперы». А вот фэнтези, хорроры, фантастика, новые идеи и концепты интересовали ее гораздо больше, и ее откровенно расстраивало то, что эти жанры так слабо были представлены на тогдашнем рынке комиксов.

Но эта ситуация начала сдвигаться с мертвой точки. Алан Мур, будущий автор «Хранителей» и «Убийственной Шутки», работал над серией комиксов о Болотной Твари, привнеся в нее элементы ужасов, магии, оккультизма и характерного британского юмора – а редактировала ее Карен Бергер. Этот комикс был как глотком свежего воздуха для читателей, так и показал авторам и редакторам две вещи: читатели открыты к новым идеям и в Британии еще прорва талантливых людей. Поэтому Дженетт Кан, тогдашний президент DC (о которой расскажем чуть ниже), предложила Карен составить ей компанию в поездке в Англию на ежегодный фестиваль комиксов и попробовать наладить контакты с местными авторами.

Очень быстро Карен поняла, что талантливых авторов здесь пруд пруди, и многие из них сидят без работы – рынок комиксов Британии переживал не лучшие времена, а там, где платили, платили мало и сопровождалось это ворохом разнообразных проблем. В её первую поездку с ней познакомился Нил Гейман – будущее светило литературы и суперзвезда тогда работал то тут, то там и хотел попробовать себя не в журналистике, а в комиксах и прозе. После нескольких бесед и вороха писем с идеями и сценарными набросками Нил все же получил добро на мини-серию Black Orchid, за которой он предложил идею комикса о Морфее, повелителе снов и грез, которая выросла в культовую серию комиксов «Песочный человек».

К 1993 году Карен уже плодотворно работала со многими авторами и сериями, и ей стало тесновато в рамках DC – и тогда ей предложили возглавить импринт, в котором будут выходить комиксы, не похожие на приключения Супермена или Зеленого Фонаря. Так на свет появилось издательство Vertigo, в которое сразу переехало шесть серий комиксов из «основного» DC. Карен продолжала экспериментировать с идеями и форматами и безостановочно искать новых авторов, что вылилось в целую канонаду культовых комиксов: от провокационного и чернушного Preacher до мистических The Invisibles, от криминального боевика 100 Bullets до эталонной классики киберпанка и сатиры «Трансметрополитен».

Карен магическим образом притягивала к себе таланты, направляла их, строго спрашивала и старалась полностью вникать в рабочий процесс, позволяя сценаристам, художникам и колористам раскрываться на максимум собственных возможностей, обогатив мировую библиотеку комиксов десятками выдающихся работ. Успех Vertigo показал, что комиксы, как и раньше, могут быть не только о супергероях; что они могут говорить со своим читателем на совершенно разные темы, что они способны отражать страхи и чаяния людей и быть злой сатирой на окружающий нас мир; наконец, что их потенциал безграничен и что они не стали всего лишь мимолетным развлечением, появившимся во время Второй мировой войны. Всему этому и мы, и комиксы во многом обязаны той самой Карен Бергер. Но, разумеется, была не только она.

Упомянутая выше Дженетт Кан была не менее выдающейся личностью и профессионалом своего дела, и пусть в нашей стране она практически неизвестна, ее вклад в наши любимые комиксы трудно переоценить, поэтому я считаю своим долгом рассказать о ней.

Дженетт родилась 16 мая 1947 года в семье раввина. Ее брат писал песни, сама же она с малых лет увлекалась комиксами, причем это увлечение поддерживали и ее родители – Дженетт вспоминала, что ее отец любил ежедневные комикс-стрипы, и пока она не научилась читать, Дженетт сидела на коленях отца, который вслух зачитывал коротенькие, забавные истории[11]. В числе своих любимых персонажей она называла Бэтмена, Супермена, рассказывала, что собирала комиксы о Дядюшке Скрудже и приключениях Арчи.

Закончив колледж Рэдклиффа по специальности «История искусств», Дженетт сразу же начала пробовать себя в издательском деле, последовательно запустив три журнала для детей и подростков. К ее большому удивлению, DC ее заметило и предложило работу – как раз на должности издателя. Так в 1976 году Кан присоединилась к компании, выпускающей любимые комиксы ее детства. Дженетт вспоминала, что ее назначение было воспринято неоднозначно некоторыми ее коллегами – следует понимать, что на дворе был конец 70-х годов, и женщины на руководящих постах в целом были явлением нечастым, не говоря уже о комикс-индустрии. Скепсиса добавляло еще и то, что она была довольно молода (ей было всего 28 лет) и не была «своей», придя в компанию «со стороны».

Разумеется, это не было всеобщим впечатлением в компании, и Дженетт очень быстро сработалась с множеством талантливых людей и ключевых фигур индустрии, вроде легендарного редактора Пола Левица, ветерана комиксов Дика Джордано, впоследствии Карен Бергер и многими другими. Спустя пять лет с момента своего назначения Дженетт стала президентом DC Comics – первой женщиной на этом посту и первой женщиной, которая смогла запрыгнуть в комиксах на такую высокую должность. Но чем же конкретно она занималась и почему получила такое признание? Что ж, ее карьера была довольно ухабистой.

Буквально спустя два года с начала работы Дженетт стала инициатором идеи DC Explosion. Это была маркетинговая кампания, которая длилась ровно три месяца – с июня по сентябрь 1978 года, в ходе которой издательство увеличило количество страниц своих комиксов с 17 до 25 и подняло их цену с 35 до 50 центов. Параллельно с этим за три прошедших года стартовало 57 новых серий, и такое лавинообразное расширение предложения читатели оказались не готовы переварить. Это не было прямо серьезным крахом всего и вся, но серии пришлось закрывать, планы менять, а сама Дженетт убедилась в том, что больше не значит лучше.