Нейрографика: личная исповедь Вероники Крацбаршт - Крацбаршт В. - Страница 13

Оценив мои способности, увиденные энергии людей до, во время и после открытых уроков, он, конкретнее и без напора озвучил то, что хотел в разделении работы на три этапа: «Сначала, чтобы я делала с помощью „Нейрографики“ пред диагностику с его клиентами минут 15—20. Потом они шли к нему на массаж, и в заключении пост диагностика и указание с моей стороны на их изменения».

Покинув место проведения фестиваля, я на машине подвезла их домой.

Напоследок, разговаривая о «совместном проекте» с массажистом и его помощницей, я сказала спокойно, бесповоротно и окончательно, что работать в том виде, как они себе представляют, – отказываюсь и ни о каком совместном проекте больше не может идти речи. У меня нет такого права.

Они со мной согласились. Мы все поблагодарили друг друга за опыт, и я, попрощавшись, уехала.

«Нейрографика» и массаж – две отдельные глубокие практики, взаимно дополняющие друг друга.

Кстати, в Институте Психологии и Творчества» открылось новое направление «Нейропластика». В здоровом духе – здоровое тело! И забота о теле тоже одна из важных составляющих в жизни каждого человека! – ведь без него мы в физическом мире не сможем существовать, да и как получать опыт, чтобы прийти к целостности, – к единству Духа Души и Тела?!

Но и это еще не был конец.

Общаться я больше не хотела. Два звонка и одна смс-ка с их стороны, и я решила на время заблокировать телефон, понимая, что нужен другой выход. Отпустила ситуацию и продолжила свою жизнь.

Сдала работу на видеосупервизию в Институт.

На взгляд, по данным коллегой рекомендациям техники выполнения рисунка, понимала, что сделала все, как мне сказали, и он казался законченным. С точки зрения инструктора нейрографики свободное место на листе привлекало мое внимание, но я решила не вмешиваться в технику.

Прошел месяц. Моя работа попала в видеосупервизию, которую провела супервизор Института – Светлана Сафонова.

Вначале она сказала, что почерк узнаваемый, работа прекрасная, сильная, концептуальная. Потом подумала, что мне предложить и озвучила:

«На целом листе как будто есть связь, но кажется, что одна работа наложена на другую дает интересный эффект. Ведь, на самом деле поле слева тоже мое, и я могу там спокойно распространить свое внимание, и через графику интегрировать эту часть своего пространства. В описании, хоть и написано, что, все вроде бы решилось, но то, о чем она сказала, имеет место быть».

Мне предстояло зайти на серую территорию листа. Коллегу не стала беспокоить. Да и сильно меня не волновало ничего.

С удовольствием приняла рекомендации Светланы. В комментариях к видеосупервизии сказала, что обязательно все сделаю! Несколько раз смотрела, чтобы начать, но внутри не шло. Что-то не пускало. Не знала как. Долго не могла себе разрешить туда зайти.

Осознавая, что телефон заблокирован, я понимала и хотела все закончить.

Села и, преодолевая сопротивление нарисовала несколько линий поверх его фигуры. Отложила работу и стала прислушиваться к своим состояниям.

На следующий день зашла на верхнюю часть листа, и там тоже провела линии. Продолжала чувствовать грань и пустоту.

Через два дня я, все-таки, посмотрела видео Павла Пискарева в том месте, где он давал эту технику.

Мое бессознательное на установку: это чужое поле, а за гранью – мое, и необычную интеграцию цветом – поставило запрет.

Уговаривая себя в том, что весь лист – мое пространство, благодаря проявленному ресурсу с одной стороны, я видела, что его фигура растворилась, а с другой – сознание говорило, что она трансформировалась и стала большой. Понимала, что эта фигура дала мне большой опыт, и осознавала, что это не его фиксация. На физическом уровне поднималась тошнота. Появилось выше еще две фигуры поменьше и сопротивление усилилось. Откровения шли одно за другим.

Решила, что в группу уже не буду выкладывать эту работу, а супервизору Светлане Сафоновой выразила свою благодарность за рекомендации, которые я добросовестно и по собственному желанию выполнила. Объяснила, что эта работа была нарисована мною в роли «теплого» клиента. И, что рисовала из состояния пустоты – как «холодный» клиент. Написала о том, что было несколько подходов к работе, и меня сильно тошнит. О том, что в моменте вышло четыре темы на осознание, и это еще не предел. Поблагодарила от всего сердца за ее видение и энергию, и сказала, что пришлю фото рисунка для отчета.

Было около десяти часов вечера. Светлана отозвалась, и с фразой: «Давайте, вечер добрый», ждала фото рисунка.

Я отправила фото, и слушала поднимающиеся состояния сопротивлений.

Тем временем, Просмотрев сообщение, Светлана задала мне три вопроса:

1. Что сейчас с вами?

2. Каково отношение к теме?

3. Что изменилось внутри темы? – и предоставила возможность ответить на один из них.

Я быстро ответила на все три: сильно тошнит, тема не закончилась, потому что мне пришлось его заблокировать, а внутри конфликт из-за отсутствия целостности с пространством. Включила концерт знаменитой певицы Перукуа, слушая мантры. Ждала пиковой точки, – готовилась к работе по «Алгоритму снятия ограничений» сделать выброс, а потом, – прорисовать «Экологичный выход из всех отношений с ЮГГ на всех уровнях» так, как показал Павел на первом вебинаре «Нейрографика коммуникаций».

В ответ я получила новые рекомендации:

«Можно и так. Или линии поля – линии любви внести в работу. На другом уровне посмотреть. Всегда говорю – по отклику. Вероника, ситуация для вас представляет угрозу?»

За время паузы я провела красные линии поля – линии любви на всем листе, и нашла место новой фиксации. Зафиксировала хорошей плотной линией вписавшийся круг важности происходящего.

А прочитав полученный ответ, быстро начала писать, что со мной все хорошо! Чтоб она не переживала! Что со мной все в порядке! Что понимаю происходящее – поднялась психическая энергия, которую встречаю с радостью и я в норме! Провела красные линии и меня отпускает тошнота. Со своим спокойствием она обратила мое внимание:

«Хорошо… Вероника, вы много разных вопросов и тем затронули. И с разных уровней системных точек. И все одинаково важные) Ну вот, сейчас чуток выдохнули)) да, этот лист бумаги послужил вам верой и правдой) для глубокой темы, кейс – это естественно. Наставников и проводников вам в помощь, берегите себя».

Я еще раз поблагодарила Светлану за проявленное ко мне внимание, коучинговые вопросы и новые рекомендации.

В этот вечер она оказалась для меня Проводником на следующий уровень. Проводником с большой буквы – профессионалом, который вел к безопасному выходу, не вмешиваясь в мои процессы. Квалифицированным коучем, знающим свою работу, – наполненным любовью и состраданием!

Дальше, задав себе еще несколько вопросов во время анализа вечерних событий, я переключила себя, и продолжила писать диплом про другой алгоритм.

Мой ум не хотел говорить коллеге о том, что со мной происходило, но, чувствуя и зная себя, я легла спать с мыслью, что обязательно поделюсь с ней продолжением этой истории.

Утром, на свежую голову начала мысленно повторять маршрут интеграции цветом, и: О! Чудо! Инсайт! Причем инсайт не одного слова, а каждое слово этого абзаца! – «сначала произошла само кодировка во время прошедшей первоначальной коуч-сессии, так как в технике присутствовали установки кодирования. Потом желание все-таки прийти к поставленной цели встретило сопротивление. Вмешиваясь в, казалось бы, законченный рисунок, ломала эту грань. Договорившись с самой собой, я раскодировала ту установку, которую поставила, выполняя указания».