Владыка Нила - О'Бэньон Констанс - Страница 13

Снова припомнив наставления Урии, Даная определила, что другой человек, крутившийся возле царя, не кто иной, как Теодот, царский наставник. Хитрые глаза учителя смотрели настороженно когда он по-хозяйски склонялся к царю.

– Царь не говорит по-египетски, юная госпожа, – объявил Теодот. – Ты собираешься запросить переводчика?

– Нет, господин. Я говорю по-гречески – сказала Даная с низким поклоном.

– Тогда изложи свое дело.

Даная опустилась на колени и преклонила голову.

– Милосердный владыка, отец просил меня преподнести тебе самый дивный дар.

– Ты можешь подняться, молодая женщина, и приблизиться ко мне, – сказал Птолемей с неподдельным интересом. – Ты дочь моего придворного дрессировщика животных, разве не так?

Даная старалась не смотреть царю в глаза, считая, что это запрещено.

– Да, великий царь. К сожалению, мой отец покинул наш мир и пребывает в царстве мертвых. – Произнеся эти слова вслух, она почувствовала тупую боль в сердце.

– Что такое! – гневно воскликнул царь, бросив укоризненный взгляд на Парфяниса. – Мой дрессировщик животных умер, а мне ничего не сказали. Почему?!

Глубоко вздохнув и еще больше волнуясь, Даная приблизилась к молодому царю, подозвавшему ее жестом. Подняв на него глаза, она увидела, что он обиженно надул губы.

– Объясни, почему мне не сообщили об этом, – спросил он, поворачиваясь к учителю.

Теодот только пожал плечами, словно это дело не заслуживало внимания царя.

– Я ничего не знал о его смерти, великий царь.

– Это твоя обязанность – узнавать о таких вещах, – заявил евнух Парфянис, и в этот момент Даная поняла, что между этими двумя людьми, самыми близкими к трону, существует тайная вражда. У девушки возникло чувство, что они сражаются за молодого царя, как две собаки из-за кости.

Юный царь с силой ударил кулаком по подлокотнику трона:

– Я хочу иметь дрессировщика животных! Сегодня же начните искать кого-нибудь, кто сможет заменить Мицерина!

Похоже, царя обеспокоила не смерть отца Данаи, а то, что он не сможет найти ему достойной замены. Юноша выражал недовольство так громко, что Даная пришла в смятение.

Она почувствовала внезапно, что стены словно надвигаются на нее, и в горле у нее пересохло.

Слева от царя она наткнулась на пару жгучих пытливых глаз и вдруг поняла, что значит испытать истинный ужас – потому что мужчина, стоявший там, оказался тем самым римским офицером, который поднялся на борт «Синего скарабея» на острове Фарос! Тем властным мужчиной, который поцеловал ее! Но это было еще не самое страшное – во взгляде его явно читалось безмолвное послание, без сомнения, означавшее угрозу. Девушка опустила взгляд, мучаясь вопросом, каким образом он оказался рядом с царем.

Даная пребывала в смятении, потому что римлянин был одет в роскошное платье из тонкой ткани, с широким золотым ожерельем вокруг шеи и золотыми обручами на верхней части рук. Больше всего ее поразило, что глаза незнакомца были по египетскому обычаю подведены краской, а на голове его красовался предписанный этикетом парик высокопоставленного вельможи. Гнев закипел в ее груди, когда она сообразила, что он скорее всего шпион Цезаря.

– Ты сказала, что принесла мне подарок! – капризно воскликнул Птолемей. – Что это такое? Я не вижу никакого подарка!

– О, великий царь! Отец перед смертью просил меня поднести тебе в дар редкостного и удивительного зверя. Это Джабат, ручной гепард.

Царь наклонился вперед, глаза его внезапно загорелись от возбуждения, и он стал больше похож на маленького мальчика, каковым, впрочем, и являлся.

– Я хочу сейчас же его увидеть! Ты принесла его с собой?

– Да, великий царь. Он в клетке, в наружном дворе.

Царь обернулся к страже.

– Немедленно принесите клетку сюда! – Он подал знак Данае. – Подойди ко мне и расскажи об этом удивительном звере!

Девушка сделала несколько шагов и остановилась перед возвышением.

– Гепарда вырастили из крошечного детеныша, и он очень ласковый. Как тебе известно, великий царь, нет зверя, который бегал бы быстрее гепарда, так что он сможет сопровождать тебя, даже когда ты будешь скакать верхом.

Глаза юного царя заблестели.

– А он опасен?

– Нет, великий царь. Если ты знал моего отца, ты должен помнить, что он никогда не посылал тебе животных, которые могли бы причинить тебе вред.

Первый министр спустился к подножию трона и остановился перед Данаей:

– Не смей так фамильярно разговаривать с царем, госпожа Даная! Помни, где ты находишься и к кому обращаешься!

Царь поднял руку, призывая царедворца замолчать.

– Ты нравишься мне, госпожа Даная! Вокруг меня слишком много людей, старающихся мне угодить. Обещай, что всегда будешь говорить мне правду!

– Это обещание легко дать и легко исполнить, великий царь! – Ее взгляд скользнул в сторону мужчины, которого она посчитала римлянином, и замер на его руке, сжимавшей золотую рукоять кинжала. Знал ли царь, что это римский офицер?

– Удалить всех из зала! Я хочу увидеть своего гепарда, – распорядился царственный мальчик. – Парфянис, Теодот, вы свободны! И все остальные с вами.

– Но, великий царь, – запротестовал Теодот. – Я никогда не оставляю тебя одного!

– А теперь оставь! – жестко приказал царь. – Владыка Рамтат, ты можешь остаться, – продолжал царь, прервав Теодота. – Я полагаюсь на твое знание животных. Всем остальным, кроме тебя и госпожи Данаи выйти вон!

– Рад тебе служить, великий царь, – ответил Рамтат, подходя ближе к царю и положив руку на спинку изысканно украшенного трона. Он пристально смотрел на Данаю, словно вынуждая ее рассказать все, что она знает.

Гнев и смущение боролись в душе девушки. Почему этот человек так приближен к трону, если он один из людей Цезаря? Даная настолько погрузилась в свои тревожные мысли, что не заметила, как опустел зал. Она обернулась только тогда, когда массивная бронзовая дверь звякнула, открываясь, и в помещение вошли четверо стражников, внося клетку с гепардом. Она смутно услышала, как царь приказал стражникам поставить клетку на пол и выйти.

– Скорее покажи его мне! – приказал царь Данае прерывающимся от возбуждения голосом.

Даная отперла клетку, взяла с крючка, приделанного внутри, золотую цепь-поводок и пристегнула ее к украшенному драгоценными камнями ошейнику. Гепард зевнул, потянулся и потерся всем телом о ногу Данаи, как ласковая домашняя кошка.

Птолемей, радостно улыбаясь, приподнялся с сиденья.

– А он подойдет ко мне?

– Его обучили подчиняться определенным командам, великий царь. Ты должен хлопнуть один раз в ладоши и сказать: «Ко мне», – и он подойдет.

Птолемей сделал, как она сказала, и гепард двинулся к нему, а Даная крепко держала цепь.

– Если ты хочешь, чтобы он положил голову к тебе на колени, скажи твердым голосом: «Клади».

Мальчик снова уселся на троне и сделал, что ему сказали. В тот же момент огромная кошка опустила голову царю на колени и лизнула его руку.

И снова острый приступ жалости охватил Данаю, когда она увидела, как вспыхнуло от счастья лицо одинокого мальчика.

– Если я возьму его с собой, когда отправлюсь на верховую прогулку, он будет нападать на других людей или животных?

– Нет, великий царь. Джабат никогда не пробовал сырого мяса, поэтому не стремится к нему.

Лицо Птолемея просияло, и он зарылся пальцами в густой мех зверя.

– Это и в самом деле замечательный зверь. Можно ли доверять ему настолько, чтобы он спал у меня в комнате?

– Он никогда не причинит тебе вреда, великий царь. Я только должна отдать ему команду, чтобы дать знать, что он принадлежит тебе, и тогда он будет охранять и защищать только тебя и подчиняться твоим приказам. Но будь осторожен, – предостерегла она. – Потому что, если ты отдашь приказ ему атаковать кого-либо, он растерзает того насмерть.

– Скажи те слова, которые дадут ему знать, что он принадлежит мне! – нетерпеливо воскликнул мальчик.