Территория сердца (СИ) - Костадинова Весела - Страница 55

Александр на мгновение застыл, явно удивлённый моей реакцией. Его серьёзность враз улетучилась, и он тоже усмехнулся, чуть расслабившись.

— Да, точно, ты не маленькая, — он тихо рассмеялся, а его глаза заискрились. — Просто… ну, знаешь, хотел предупредить.

— Не переживай, — ответила я, всё ещё посмеиваясь. — Я прекрасно понимаю, как это бывает. Езжай спокойно, тем более, что завтра по плану у тебя выходной.

— И у тебя тоже, — заметил он.

— Посмотрим, Александр Юрьевич… ай, — я взвизгнула, когда он внезапно обнял меня и притянул к себе, прямо в коридоре перед лабораторией, — что ты делаешь, отпусти!

— Назови по имени, тогда отпущу! — его взгляд, полный игривости, но в то же время чего-то более глубокого, встретился с моим. Я попыталась сопротивляться, больше из смущения, чем всерьёз.

— Александр… — начала я, но он слегка покачал головой, улыбаясь.

— По имени, Лучик, — повторил он тихо, его голос звучал так близко.

— Саша, отпусти меня, — выдохнула я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Сразу после этого он рассмеялся и, выполнив своё обещание, отпустил меня, сделав шаг назад.

— Что ты творишь? Нас же увидеть могут? — прошипела я, все еще сердясь на него.

— А то никто не догадался, — рассмеялся он. — Мышонок, эти люди знают меня лучше, чем я сам. И ты им нравишься. Здесь не Москва, здесь все намного проще. И сложнее, одновременно. Тебе…. — он снова немного смутился, — по-прежнему…. Неприятно?

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить своё учащённое сердцебиение и привести мысли в порядок. Его смущение было неожиданным, как будто за его игривостью скрывалось нечто более серьёзное.

— Мне странно…. Саш. Непривычно. Ты смущаешь меня, твоя сила и уверенность немного… подавляют. Но мне…. Приятно. Более чем…

Александр шагнул ко мне чуть ближе, словно проверяя, не уйду ли я.

— Спасибо, что говоришь мне это, — ответил он, его голос стал чуть мягче. — Я постараюсь быть менее… напористым. Просто… знаешь, иногда с тобой так трудно держать себя в руках. — Он усмехнулся, но взгляд оставался серьёзным, полным заботы.

Вернулся в гостиницу он действительно поздно. Я так и не смогла заснуть, ходила по своей комнате из угла в угол, пыталась смотреть фильм, но мысли все равно крутились вокруг нас. На душе были и весело и немного волнительно — все происходящее казалось сном, сказкой, конец которой еще не определен. Несколько раз спускалась вниз, попросить чай или кофе, но больше для того, чтобы убить время. Девушка на регистрации, лукаво улыбаясь, сообщила, что у них есть сауна, которую она может включить для меня.

Я ухмыльнулась — возможно завтра ею придется воспользоваться — отцу баня всегда помогала снять похмелье.

Наконец, около двух ночи, я услышала, как подъехала машина. Сердце забилось быстрее. Я подошла к окну и посмотрела вниз — да, это был он. Александр выбрался из машины сам, хотя его заметно покачивало. Некоторое время он стоял на ветру, словно собираясь с мыслями или давая себе возможность немного протрезветь, а затем направился ко входу в здание.

Я облегчённо вздохнула, чувствуя, как моё внутреннее напряжение понемногу рассеивается. Он вернулся. Всё в порядке.

Александр спустился к завтраку поздно, но я уже была к этому готова. Он сел напротив меня, выглядел совсем не так, как обычно: бледный, почти зеленоватый от усталости, с глубокими морщинками боли на лбу. Видно было, что ночь для него была тяжёлой. Он даже не поднимал на меня глаз, казалось, всё, на что у него хватало сил, — это просто сидеть и дышать.

Ни слова не говоря, я поставила перед ним стакан с растворённым лекарством. Он взглянул на него с подозрением, затем посмотрел на меня, но всё ещё не произнес ни слова.

— Пей, — спокойно сказала я, решительно, но без упрёка в голосе.

— Что это, Лучик? — его голос прозвучал хрипло, с оттенком вины. Он опустил глаза, явно чувствуя себя неловко.

— Саш, — я мягко коснулась его небритой щеки, ощущая под пальцами щетину, — просто пей, без разговоров. Тебе станет легче.

Александр посмотрел на меня с удивлением, словно не веря, что я сама касаюсь его. В его глазах мелькнуло что-то мягкое, почти уязвимое. Он на мгновение замер, а затем медленно потерся щекой о мою руку, словно этот короткий момент нежности давал ему необходимую поддержку.

Не сказав ни слова, он взял стакан и залпом выпил содержимое, послушно выполняя мою просьбу.

— Прости, мышонок, я сегодня вряд ли лучшая компания для тебя…. — и снова в голосе прозвучала вина и сожаление.

— Саша, — я чуть прищурила глаза, — если ты хочешь, чтобы я относилась к тебе не как к начальнику или отцу — перестань и во мне видеть маленького ребенка. Если ты считаешь, что я не в курсе, что такое похмелье — ты сильно ошибаешься. Я с детства с мужчинами, не забыл? Охотники, рыболовы, туристы придурошные, а часто и припадочные…. Да я и сама… студенческие годы-то никто не отменял. Так что перестань, пожалуйста. Сейчас станет лучше, после чего пойдешь в сауну, я распорядилась ее включить и она готова. Через час будет готова солянка, а тебе уже полегчает — сразу поешь. И в кровать после этого — надо выспаться. Понял меня?

Саша смотрел на меня, откровенно растерянный и удивленный таким тоном. Он явно не ожидал услышать от меня подобные слова, и некоторое время просто молчал, раздумывая над ответом. Его рот открылся, но тут же закрылся снова, и я увидела, как он пытается осмыслить услышанное.

— Ну что, не привык к такому, да? — усмехнулась я, чувствуя лёгкое внутреннее удовлетворение от своей твёрдости. — Саш, мне не нужна нянька, если что. Я прекрасно проведу этот день и сама. Но сначала реанимирую тебя.

Саша слегка усмехнулся, словно признавая мою правоту, и потёр виски, всё ещё чувствуя последствия ночи.

— Знаешь, мыша, — его голос прозвучал хрипло, но уже с лёгкой иронией, — мне, наверное, надо было напиться значительно раньше.

Я рассмеялась, услышав в его тоне шутливую нотку.

— О, смотрю, тебе уже лучше, раз голос прорезался, — поддела я его, чувствуя, как напряжение постепенно спадает. — Так, сейчас принесу бульон, а потом марш в сауну. Один. Я потом схожу.

— А я то уж размечтался…. — пробормотал он.

— Вот как размечтался, так и смечтаешься обратно, — отрезала я, забирая у девушки официантки заказанный бульон с яйцом. — Ешь давай.

Саша, явно приходя в себя, усмехнулся и, уже с более живым взглядом, поднял брови.

— А как же… лекция о вреде алкоголя? — спросил он, с лёгким вызовом в голосе, словно проверяя, как далеко может зайти в этой теме.

Я усмехнулась в ответ, невольно вспомнив своё детство и юность, и прежде чем успела остановить себя, начала делиться воспоминаниями:

— Кто, я? Лекцию тебе читать? — хмыкнула я. — Я брагу на морошке попробовала в 13 лет. Убойная штука, скажу тебе. Первый раз серьёзно напилась в 16, да так, что думала — не выживу. Про университетские годы вообще молчу, там хватало случаев. Сейчас, конечно, почти не пью, но, знаешь, три недели назад с Владом… — я вдруг поняла, что начинаю болтать лишнее и быстро добавила: — Он не пил, не напрягайся, он меня контролировал.

Саша прищурился, очевидно развеселившись:

— А казалась такой паинькой, прям правильная девочка. И Влад, зараза такая, ничего мне не рассказывал. Тебе с ним легко, да, мыша?

— Да, очень. Если не считать того случая, когда…. Но после этого мы стали друзьями.

— Ты его любишь? — вдруг в лоб спросил Саша и его лицо стало почти каменным.

Этот вопрос застал меня врасплох. Я почувствовала, как замерла, пытаясь осознать, что же скрывается за этим прямым и жёстким вопросом. Ответ всплыл в голове почти сразу, но, глядя на Сашу, я поняла, что этот момент требует полной откровенности. А еще черт внутри меня так и подначивал подразнить, отомстить за все то смущение, которое он вызывал у меня. Но в этот раз я черта заткнула — не стала играть с огнем.

— Люблю, — все-таки не удержалась. — И он меня любит. Только не так, как ты думаешь. Мы похожи, Саш, он и я. У нас примерно один возраст, схожие взгляды, даже одиноки мы похоже. Мы нашли друг в друге то, чего обоим недоставало: умение слушать и рассказывать. Он ночует в своем кошачьем домике почти каждую неделю… но он и пальцем меня не касался.