Невинная для генерала драконов (СИ) - Сафир Юлианна - Страница 33

Как жил дядюшка Матеус, прежде чем стать моим опекуном, а затем и лордом, я знала лишь из слухов. По слухам, он вел никчемную жизнь, прогуляв все свои деньги на карты и женщин. Как же судьба бывает несправедлива.

Но я планировала сама управлять поместьем, оставалось чуть меньше года, когда смогу стать полноправной хозяйкой. Осталось лишь найти способ избежать брака с лордом Гансом Лейтом. При мысли о нем меня передернуло от отвращения.

Лорд Матеус терпеливо ждал, пока я устроюсь в кресле напротив него, и долго выжидательно смотрел на меня. Его взгляд буравил меня, как будто бы хотел проникнуть в саму душу.

— Ничего не хочешь мне объяснить, Калиста? — наконец, выплюнул дядюшка, — его голос сочился ядом.

Я честно не понимаю, к чему он ведет. Признаться, что я была на празднике Дня Огня, куда мне было запрещено ходить?

— Если вы о праздновании Дня Огня, то я не чувствую за собой вины, — сказала я и задумалась.

Раньше я старалась утаить от него все свои неподчинения его воле и приказам, чтобы избежать наказаний. Но этим утром я почувствовала, что с меня достаточно.

Пора бороться за свою свободу.

— Не строй из себя идиотку, Калиста! — прокричал он, его лицо раскраснелось еще больше. Уже стоит переживать за его самочувствие?

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — стояла на своем, чувствуя, как внутри растет решимость.

Я видела, как дыхание окуна стало тяжелее. Сейчас точно грядет буря.

Но в этот момент в двери кабинета поскреблись. На крик дядюшки, чтобы нас не беспокоили, не обратили внимания и открыли дверь.

Марта не зашла, а вплыла в комнату. На злое пыхтение своего лорда женщина не обратила внимания. Она подошла к столу и поставила на него поднос, который держала в руках. Затем раздала нам по чашке, на стол водрузила свежее печенье и так же молча удалилась, закрывая за собой дверь.

Вот она, искренняя забота: принести отвар и немного еды, зная что я голодная, не смотря на возможное наказание от лорда Матеуса.

Я взяла в руки горячую чашку с отваром. Принюхалась. Так и есть — настой из мяты, ромашки и лаванды, мой любимый. Наверное, Марта понимает, что сейчас время успокоить нервы. А вот лорд Матеус к принесенному остался холоден.

«А ему бы не помешало успокоить нервы», — мелькнула мысль.

Я успела сделать лишь глоток, как дядюшка встал из-за стола, прошел взад-вперед по кабинету и начал… орать. Никогда его таким не видела. Его голос, полный ярости и возмущения, заполнил все пространство кабинета, заставляя меня вжаться в кресло. Что же такого я натворила, что вызвало такие бурю эмоции?

— Ты хоть понимаешь, что устроила, негодница? — кричал дядюшка, его лицо побагровело от гнева.

А вот я была абсолютно спокойна. Даже удивительно, что меня больше не заботили его претензии. Я снова отпила отвар, чувствуя, как теплая жидкость успокаивает.

— Как теперь отмыться от такого унижения⁈ — продолжал распаляться мужчина, размахивая руками.

Еще один глоток. Аромат мяты окутал меня, как защитный кокон.

— Ты о моей репутации совершенно не заботишься? Что ты молчишь? — продолжал бесноваться Матеус, — его голос срывался на визг.

Четвертый глоток. Я чувствовала, как спокойствие наполняет меня изнутри.

— Перестань изображать из себя святую добродетель! Признавайся, где ты была, неблагодарная?

Я набрала полные легкие воздуха, выдохнула, повторила действие и… не успела произнести ни слова, как меня выбили из равновесия следующие слова лорда Райта:

— Что ты устраиваешь за представление⁈ Где ты была все это время? Тебя не было два чертовых месяца!

Что?

И тут меня словно молнией пронзило.

Это правда! Все правда!

Я действительно попала в прошлое!

Была рабыней… Прошла ритуальный лес… Открыла в себе ведьмовские силы…

И… в последнем бою потеряла любимого… Дракориана…

* * *

… Я уже несколько часов провела в лесу, сидя на старом поваленном дереве, которое облюбовала еще в детстве. Листва шелестела над головой, словно пытаясь утешить меня.

Почему я пришел именно сюда? Мне хотелось побыть одной. Приведите мысли в порядок. В голове до сих пор не укладывалось, что я потеряла. Не просто любимого, частичку себя.

Для чего Верховная призвала меня в Авраантику? С ее же слов, чтобы спасти мир. Получилось ли у меня? Я не понимаю. Если я сделала все неправильно, то и Авралии уже не должно было существовать. Или же мир сейчас на границе гибели?

Если, черт возьми, все произошло так, как и предрекала Верховная, и проклятие в самый последний момент сработало, то… что?

Снова столько вопросов и ни одного ответа.

И душу раздирающая тоска… Тоска по людям, с кем успела если не подружиться, то очень близко сблизиться.

Галатерея. Захариус. Верховная.

Дракориан.

Слова проклятья эхом отдавались в моей голове, словно древнее заклинание:

«Пусть все драконы вернутся в людей, забыв крылья и огненное дыхание. Пусть мир меняется, став добрее и светлее, без войны, без рабства, без страданий».

Нужно проверить, есть ли у меня сейчас ведьмовская сила. Это будет лучшим доказательством того, что все происходящее было реальностью, а не сном.

Но не успел я ничего предпринять, как меня отвлек звуков шагов. Это была Марта, она знала о моем укрытии, где я часто скрывалась ото всех, ища уединения. Увидев меня, на ее морщинистом лице отразилось облегчение.

Сегодня, когда в кабинете дядюшки на меня обрушилось понимание того, что со мной происходило, я тяжело поднялась с кресла, извинилась и, пока опекун не пришел в себя, быстро вышла из его кабинета и скрылась ото всех.

— Калиста. Как ты, девочка моя? Все поместье ищет тебя. Лорд Райт… — тут женщина запнулась, явно подбирая слова, — лорд Райт негодует. Мы очень переживаем за тебя.

Я неопределенно пожала плечами, сейчас мне не хотелось говорить.

— Калиста, лорд Райт отдал приказ отправить весточку твоему жениху. Уже пришел ответ, через три дня он приедет сюда.

Глава 50

Это он

«Элантра вэйрис, нока сэйрим, фалтор эйрис», — слова древнего заклинания слетели с моих губ, как будто я всю жизнь их знала.

В тот же миг мир вокруг меня словно ожил. Вода в ручье изменилась свое течением, закручиваясь в причудливые спирали. Увядший цветок у моих ног вдруг расправил лепестки, наливаясь яркими красками. Легкий ветерок, коснувшийся моей щеки, принес с собой ласковый шепот. Земля под ногами задрожала, как бы в предвкушении.

Моё сердце забилось чаще. Это было… невероятно.

Я помнила свои ощущения, когда впервые открыла свой дар в Авраантике, но сейчас они были совершенно другими. Тогда сила бурлила во мне, как неукротимый поток. Теперь же я почувствовала лишь слабый отголосок той мощи, которой обладала ранее. Я отдала большую часть своих сил, чтобы спасти мир, спасти Авраантику и, возможно, обрести счастья в Авралии.

Уже несколько дней я старалась пробудить свою силу ведьмы. С каждым разом это получалось все лучше. Природа откликнулась на мой зов, как будто старый друг. Я слышала шепот листьев, песню ветра, журчание воды. Мир вокруг меня стал живым, говорящим, полным тайн и чудес.

Вероятнее всего, я уже никогда не почувствую ту мощь и силу, которой обладала в Авраантике, но для меня это было не важно. Чувствовать природу, понимать ее — для меня стало значимо, как человеку важен воздух.

… Поговорить с опекуном все таки пришлось.

В разговоре с дядюшкой я сказала, что ничего не помню. Говорить о том, что побывала в прошлом, точно не стоило. Матеус бы быстро определил меня в лечебницу, посчитав сумасшедшей.

Хотя опекун снова долго кричал и даже… угрожал, я не отступила. Твердо стояла на своем: ничего не помню, не знаю. Его гнев разбивался о мое спокойствие, как волны о скалы.

Проходили лекари, но лишь разводили руками. Они сказали, что я, возможно, пережила сильный стресс, и воспоминания не хотят появляться.