Зимние расследования - Устинова Татьяна - Страница 5

За спиной у Аси захлопнулась входная дверь. Ушли бабушка с Людочкой, – поняла она, и ей вдруг сделалось страшно. За Алису, за себя, за Хакера, в конце концов.

Ася чувствовала, что Елена Николаевна стоит у нее за спиной, и надо что-то сказать, но не могла подобрать ни одного подходящего случаю слова.

– Извините! – наконец выдавила она. – Мы, пожалуй, пойдем.

– А рассказать ничего не хотите?

– Нет.

– Точно?

И Ася решилась.

– Понимаете, – сказала она и рассказала о тете Оле, о своих наблюдениях за квартирой номер пять, о специализации Хакера.

– Наркотики? – Удивление Елены Николаевны было абсолютно подлинным. Чуткое Асино ухо не уловило в нем ни одной фальшивой ноты.

Но ведь Хакер почуял что-то подозрительное. Пес не мог ошибиться! Или мог?

– А вы попросите вашего Хакера, чтобы он показал предмет, вызвавший его сомнения.

Ася не знала, в какие слова должна быть облечена подобная просьба. И вообще пес – бывший военный, а среди них, кажется, распространены приказы, а не просьбы. Но Хакер, вероятно, все понял. Он подошел к кровати, взял за угол подушку и стянул ее на пол.

– Хакер, фу! – прошептала Ася.

Елена Николаевна подошла, подняла подушку и сняла с нее наволочку.

– Вот оно что! – Она засмеялась, и у Аси отлегло от сердца.

Не может женщина с таким искренним смехом быть преступницей. Но тут соседка вытащила из подушки плоский мешочек из нетканого материала, вроде тех, из которых шьют маски. «Спанбонд», – вспомнила Ася. Мешочек был дважды прострочен вдоль, так, что получились три сросшихся боками колбаски. Внутри них находились какие-то темные гранулы, при виде которых Асины подозрения вспыхнули с новой силой.

– Хакер, это, по-твоему, что? – Елена Николаевна поднесла к носу пса подозрительный предмет.

Тот пару секунд принюхивался, а затем сконфуженно поджал хвост и посмотрел на Асю. «Прости, и на старуху бывает проруха», – явственно читалось в его грустных карих глазах.

И тут стыд накрыл Асю с головой, словно темное грозовое облако. Слезы хлынули у нее из глаз.

– Ася, Асенька, – заволновалась Елена Николаевна, – ну что вы, все в порядке. Хотите чаю? У меня прекрасный, купленный в Китае. Чайную церемонию я вам, конечно, не обещаю, но пятнадцать минут до следующего ученика у меня есть, можно выпить по-соседски по чашечке. Вы как?

Ася, которая все никак не могла успокоиться, нашла в себе силы кивнуть.

– Дочку можете на диван положить, хотите?

Ася хотела, но боялась, что Алиса проснется, и тогда тайна королевского адвоката так и останется нераскрытой. Поэтому она лишь помотала головой и попыталась максимально удобно устроиться на стуле. Хакер улегся у ее ног.

Оказалось, Елена Николаевна – преподаватель китайского языка. Работала в университете, обучая китайских студентов русскому языку. Попутно подрабатывала гидом для туристических групп. Во время пандемии решила заниматься репетиторством. Сейчас у нее, как правильно вычислила Ася, семеро учеников – предприниматель, ведущий бизнес с Китаем, пять школьников и девочка-вундеркинд Людочка.

Недавно Елена Николаевна вернулась из Сучжоу, шелковой столицы Китая, где ее бывший ученик руководит отделом логистики на фабрике. Это ведь именно китайцы изобрели шелк, и много столетий секрет его изготовления держался в строжайшей тайне. Любая попытка вывезти шелкопряда за границу в любом виде – хоть бабочек, хоть гусениц, хоть яиц – каралась смертной казнью. И все-таки в шестом веке византийские купцы, рискуя жизнью, смогли украсть несколько личинок.

Сейчас даже для самих китайцев купить настоящий шелк – задача не из легких. Слишком много появилось синтетических имитаций, смеси небольшого количества шелка с хлопком. Но что не сделаешь для любимого учителя! Из Китая Елена Николаевна вернулась с замечательным подарком – двумя подушками и одеялом из натурального шелка.

Чтобы сделать подушки и одеяла, коконы шелкопряда предварительно размачивают, растягивают на специальных машинах. А то, что вызвало интерес у Хакера, это – как бы получше выразиться? – отходы жизнедеятельности шелкопряда. Считается, что они обладают целым рядом полезных свойств – улучшают сон, память, настроение, кожа становится сияющей и подтянутой.

– Знаете, Ася, забирайте одну подушку. Мне две много, а вам, кажется, она очень пригодится, – закончила свой рассказ Елена Николаевна.

Ася, конечно же, стала отказываться, но соседка стояла на своем.

– Но почему? Почему вы это делаете?

– У меня была знакомая, умная женщина, но после рождения ребенка в ней словно что-то сломалось. Врачи ставили диагноз «послеродовая депрессия», предлагали варианты выхода из этого состояния.

– Что с ней сейчас? Жива?

– Жива, конечно. Смогла выплыть сама, но она была очень сильной. Не всем это удается. Берите подушку, Ася, не сомневайтесь.

В обед Ася вывезла Алису на прогулку и у подъезда столкнулась с тетей Олей.

– Наша соседка из пятой квартиры – учительница китайского языка, и дети, которые к ней ходят, – ее ученики, – сказала она.

– Китайского? А мужик на грязной тачке? – возразила дворничиха.

– Он тоже.

– И хорошо учит?

– Замечательно, – кивнула Ася и пошла по дорожке. Под ногами хрустел свежевыпавший снег, настроение было замечательным.

– Слышишь, Ася, – раздался за ее спиной голос тети Оли, – меня тут как раз недавно спрашивали, есть ли знакомые учителя, чтобы девочку подготовили по русскому и литературе. Может, эта, из пятой квартиры, и по-русски умеет? Ребенок уж очень талантливый, но с детьми в школе не может найти общий язык. Психическое у нее какое-то заболевание. Не шизофреник, нет, как-то по-другому. Типа Альцгеймера.

– Аспергера? – уточнила Ася.

– Пес его знает, может, и его. Ты бы спросила у этой, из пятой квартиры. Возьмется она? Дитя реально книжки любит.

«А может, попробовать? – подумала Ася. – Вдруг и правда талантливый ребенок?» Это ведь именно то, о чем она когда-то мечтала! Понимала, что будет сложно, очень сложно, но отказаться от мысли помочь ребенку, который любит книжки, была не в силах.

– Продукты жизнедеятельности шелкопряда, говоришь? – хмыкнул Иван, вертя в руках подарок соседки из пятой квартиры. – Какашки, что ли? И чем они, интересно, пахнут?

Ася достала из подушки пакетик, понюхала. Пахло зеленым чаем, жасмином, а еще новыми перспективами. Хорошими.

Татьяна Устинова

Счастливый день

Разговор об этой самой экскурсии зашел первого января, ну вы понимаете!.. Первое января – самое время планировать экскурсии, поездки, пикники, летний отдых, зимние забавы и всякое такое, ибо шампанского в холодильнике еще много, на работу пока не надо, завтрак самое раннее в три часа дня, в телевизоре комедия или песнопения, на елке огоньки, никто не ссорится, все довольны, и подарки еще не потеряли новизну и привлекательность.

Сразу хочется чего-то… эдакого. Небывалого. Несбыточного. Невозможного. Например, пятого января. Вот на экскурсию поехать.

Каждый год первого января к пяти часам мы отправляемся в гости к друзьям и там веселимся от души. Шампанского во всех холодильниках очень много. Люди все родные. Елка упирается в потолок. Дедушка Мороз – правда! – водит хоровод и поет, а мы подпеваем и приплясываем. И строим всякие планы. В этом году мы твердо-претвердо решили ехать на экскурсию. Сейчас еще шампанского, и уже можно ехать!.. Когда мы в последний раз были на экскурсии? Вот то-то же, никто не может вспомнить, а, между прочим, жизнь проходит мимо – в этом смысле.

Потом, ясное дело, наступило третье января, потом пятое, потом нужно на работу, начало года, командировки, срочные дела, причем в каком-то необыкновенном количестве, кажется, в прошлом году все же было как-то не так, как-то полегче было, ты не помнишь? А что мы делали в прошлом году в это время?..

Ленка прислала угрожающую записку – терпеть я не могу слова «эсэмэска»! В том смысле, что экскурсия уже через неделю, а мы ни с места. Билетов нет, программы нет, и вообще как будто не едем!