Невестка слепого барона (СИ) - Ром Полина - Страница 95

Взгляд девушки стал очень серьезным, даже несколько жестким:

— Читала, господин Бенсон.

— Ваша бабушка, почтенная графиня фон Ваерман, обещала мне позволить поработать с копиями, – зачем-то похвастался он ей.

***

От момента этой беседы прошло около трех недель. Гости постепенно разъезжались, старый замок пустел. И однажды за завтраком собралось всего четыре человека: старая графиня, её внучка Джулия, баронесса Марион фон Дюкель, молчаливая и уставшая, и сопровождающий ее кузен – баронет фон Бенсон. В трапезной стояла тишина, прерываемая лишь легким звяканьем приборов о тарелки и редкими ленивыми репликами о погоде.

Старая графиня казалась утомленной и, периодически, отставив в сторону чашку с травяным взваром, на мгновение прикрывала глаза.

Все это время Алексис проводил в библиотеке замка, где строгий и брюзгливый старик-архивариус бдительно наблюдал за каждым его движением. Баронет делал выписки, но иногда так увлекался текстом, что даже забывал скопировать для себя нужный кусочек. Эти документы просто завораживали его какой-то необыкновенно яркой и живой речью. Казалось, что они написаны не триста с лишним лет назад, а создаются только теперь. Создаются людьми, смотрящими на мир прямо и открыто, не обремененными тяжестью средневековой морали и нелепыми догмами, и безумно увлеченными своей работой. Алексис чувствовал странное родство душ с этими давно уже покинувшими мир людьми.

— Ну что, баронет? Какое впечатление на вас произвели дневники Освальда фон Ваермана? – задавая вопрос, юная графиня с интересом ждала ответа. И она его получила, хотя и был ответ несколько неожиданным:

— Госпожа фон Ваерман, ваши предки были удивительными людьми, но… – он замялся, подбирая слова.

— Но? – с удивлением переспросила Джулия. – Вас что-то удивляет или смущает?

— Да. Это очень правильное слово, госпожа графиня. Именно «удивляет». В школьных учебниках истории есть достаточно подробный рассказ о том, как граф Освальд создавал первую экспериментальную станцию, сколько лет он потратил на получение новых сортов ржи и пшеницы, как потом взялся за выведение новых пород скота и так далее. А вот о графине Клэр упоминается вскользь, просто как об авторе хороших рецептов хлеба. Но если судить по их дневниковым записям, то это именно графиня Клэр уговорила мужа заняться селекцией. Конечно, такого понятия тогда просто не существовало. Изначально граф считался просто хорошим хозяином. Но его жена, она просто восхитительна! Она стояла рядом с мужем на каждом этапе этой глобальной научной работы, при этом еще и писала собственную «пекарскую книгу». Мне кажется, что ее роль существенно недооценивают!

Старая графиня, которая, казалось, до этого дремала прямо во время завтрака, неожиданно открыла глаза и довольно строго сказала:

— Если бы не графиня Клэр, вряд ли бы ее муж справился с таким объемом работы. Она вела все записи, юноша, при этом работая над своей книгой и в промежутках рожая детей. Ее сборник «Лекарские травы» переписывался, а потом и переиздавался в типографии в течение чуть ли не двухсот лет. Этот сборник спас огромное количество жизней взрослых и детей. Более того, графиня была первой женщиной в этом королевстве, которая получила государственную награду из рук самого короля Эдмунда. Для того времени это было весьма революционно! Я уж молчу о созданных ею школах. Чтобы позволили собирать и обучать женщин, ей пришлось выдержать небольшую войну с тогдашними косными взглядами некоторых священнослужителей! – графиня недовольно поджала губы, тяжело вздохнула и наконец-то завершила свою речь: – Про графа Освальда фон Ваермана написано около десятка художественных романов и бесчисленное количество научных работ. Но где бы мы были сейчас, если бы не эта отважная и дерзкая графиня Клэр?! Боюсь, что до сих пор женщины не только не смели бы заниматься наукой, но даже не могли бы наследовать титул и земли!

— Я абсолютно согласен вами, ваше сиятельство. Именно поэтому я хотел бы попросить у вас позволения задержаться в вашей библиотеке еще на некоторое время. Супружеская пара первых графов фон Ваерманов внушает мне восхищение. Но все же книгу я хотел бы написать именно о госпоже Клэр, невестке Слепого барона.

— Это хорошая идея, мой мальчик, – старуха одобрительно кивнула и обратилась к внучке: – Джулия, ему понадобится помощь, но деловую переписку Клэр я не могу отдать в чужие руки. Ты поможешь юноше?

— Да, бабушка.

Джулия с интересом взглянула на баронета.

И впервые ее взгляд не выражал ни иронии, ни насмешки, только легкую приязнь, одобрение и капельку интереса…

Конец.