Кёнинг от звёзд к звёздам. Тетралогия (СИ) - Тутынин Антон - Страница 84

И теперь эту энергию, что содержалась в словах, Вальтер стирал, трансформируя в тепловую энергию. Железо оковки и серебряные пластинки, что были запрятаны в толще стенок и дверей, стремительно разогрелись, вскоре потеряв всякую магическую активность. Из‑за чего мощная недавно защита просто перестала существовать! Деревянные элементы фургона лишь стараниями Вальтера при этом не запылали ярким пожаром, быстро разогрев воздух в помещении.

«Шурх! Шляк!» – в красных вспышках, внутренние замки́ дверей плавились, мгновенно вытекая наружу раскалёнными лужами. После чего барон принялся открывать двери одну за другой, сняв с себя перед этим всякую маскировку.

Когда сквозь третью дверь на него взглянули испуганные, но искрящиеся надеждой глаза Норы, он на секунду замер, после чего шагнул внутрь и стремительно захватил ошарашенную девушку в объятья. Голова его почти сразу потухла, вернувшись к обычной вздорной причёске, а часть внутреннего напряжения спала, сменившись облегчением.

– Успел! – прошептал он, прижимая её пушистую головку к груди.

Нора тоже медленно отошла от шока и неверия, сперва обхватив его талию тонкими ручками, а после и вовсе тихонько заплакала. Ростом Вальтер возвышался над ней теперь почти на две головы – тело его с подпиткой силой ифрита уже давно достигло полной физической и половой зрелости, присущей человеку лет двадцати‑трёх. Это в его шестнадцать! Тогда как Нора всё ещё росла и только‑только начала созревать как женщина.

– Ты пришёл… Ты пришёл за мной! Как же я ждала… я верила и ждала! Вальтер, забери нас отсюда, пожалуйста… Эльза и Рико тоже где‑то здесь, мы должны их спасти!

– Конечно пришёл. Разве я мог бросить вас на произвол судьбы?! Рико я уже нашёл – он жив, но сильно ранен. Эти ублюдки его долго пытали… А Эльза должна быть в одной из этих камер рядом. Идём! – вытянув растрёпанную, одетую в грязное свалявшееся платье девушку наружу, он открыл ещё две двери, где нашёл и вторую похищенную девицу. Эльза сидела на полу, уткнувшись лицом в свои колени.

– Эльза… Эльза! – позвал её Вальтер, присев рядом на одно колено. Но та никак не реагировала на его слова, пока он не коснулся наконец её плеча.

– А?! Я не сплю! – сонное лицо, «украшенное» кровоподтёками и огромным синяком, резко поднялось, уставившись на незваного гостя. Девушка не сразу узнала, кто перед ней, и долго не могла понять, что от неё хотят, но как только узнала Вальтера, ойкнула, закрыв лицо руками, тут же сжавшись в комочек.

– Эльза… Ты чего? Ну же, погляди на меня, – Вальтер нежно погладил девушку по голове, но та лишь отрицательно помотала головой, наотрез отказавшись открыть лицо. Для молодой впечатлительной красавицы, привыкшей ловить на себе восхищённые взгляды юношей и мужчин, привыкшей к мысли о важности красоты в высшем обществе, предстать перед важным для неё мужчиной в столь неприглядном виде было смерти подобно! Мало того, что у всех женщин от их ухоженности и внешнего вида зависела их самооценка, так ещё и в силу возраста Эльза была крайне впечатлительной и эмоциональной особой, склонной гиперболизировать масштаб проблемы.

– Это всего лишь синяки и ссадины. Через неделю будешь как новенькая. Ну же, красавица, нам пора уходить из этого места, – мягко, но настойчиво стащив её ладони вниз, Вальтер заставил Эльзу взглянуть в его глаза. – Вот молодец. Всё будет хорошо, я обещаю.

Приложив ладонь к её синяку, Вальтер поделился с девушкой своей энергией, разгоняя её метаболизм, и заодно выпустил внутрь волну белого пламени, начавшую медленно расщеплять застоявшуюся кровь в мягких тканях, снимая отёк. Проведя большим пальцем по растрескавшимся губам девушки, он также поступил и с ними. Лицо Эльзы начало медленно принимать нормальную форму и цвет, а внутри тела поселилось приятное ощущение жаркого тепла. Одновременно он оценил и другие повреждения её тела, порадовавшись что кости девушки не пострадали, хотя в области рёбер тоже было множество синяков.

– Вставай, Эль, пойдём отсюда! Вальтер прав, ты всё равно у нас красавица – а синяки скоро уйдут. Всё кончилось, Эль, теперь всё будет хорошо! – наконец и Нора включилась в беседу, потянув за руку свою подругу. Искренне улыбаясь, она старалась её поддержать, прекрасно понимая, что та чувствует. – Не стоит расстраивать Вальтера своей хандрой, правда ведь? Он же пришёл за нами! И вообще, мы тебя любим в любом виде.

– Угу… хорошо, я попробую…

Все трое вскоре оказались снаружи, в темноте и под проливным дождём. Проведшие в затхлом помещении больше двух суток, девушки с радостью подставляли лица под прохладные струи дождя, наслаждаясь невероятно чистым воздухом.

– Как же прекрасно снова просто дышать! – едва сдерживаясь, чтобы не закричать, проворковала Эльза, продолжая держать Нору за руку. – Я боялась, что там и умру, в камере… от побоев или пыток.

– Разве им позволено пытать благородное сословие? – удивился барон.

– Меня из рода изгнали… – вдруг поделилась страшной новостью девушка, – Я теперь никто…

На несколько секунд установилась почти мёртвая тишина, разбавленная лишь шумом дождя и голосами далёких патрулей. Но тут вдруг вдалеке раздались крики, сверкнула красная вспышка, и лагерь зашевелился словно встревоженный улей. Кто‑то явно попытался влезть к Рико в фургон!

– Простите, дамы, что вам придётся это увидеть, но я не могу поступить иначе… – попытался как‑то подготовить девушек к предстоящему действу барон. Но те его странным образом удивили, отреагировав совершенно иначе, чем он ожидал.

– Убей их, Вальтер! – заявила Эльза, глядя ему прямо в глаза.

– Мы видели, что они творили на твоих землях. Ты в своём праве, – поддержала подругу Нора.

– Убей их всех! – ещё раз добавила Эльза, сверкая влажными глазами. Даже тусклого света далёких костров хватало дабы разглядеть плескавшуюся в них ненависть.

Обе девушки тут же обнялись, прижавшись друг к другу, после чего зажмурились, старясь не смотреть на происходящее по сторонам. И Вальтер тотчас сделал свой ход!

В небе, под самыми тучами, над ними проявилась огромная белая свастика, начавшая вращаться со всё нарастающей скоростью. Вскоре округу затопил серебристый свет, разогнавший ночную мглу, и каждое живое существо, какое коснулась эта энергия, предстало перед разумом ифрита словно на ладони. Вальтер ещё в первый раз понял, что эта техника свастичных символов странным образом совместима с его природой, но только сейчас начал понимать всю её глубину.

Он словно видел мини‑кару в своём разуме, виртуальную область, видимую сразу со всех сторон. Вальтер теперь знал, кто и куда бежит, кто какую магию активировал, видел численность противника и их вооружение, безошибочно ощущал траекторию и скорость движения целей, и даже магический потенциал мог ощутить, вычисляя сильнейших практически сходу!

Невероятная сила, созданная всего одним символом… Откуда она вообще взялась в мире смертных?

Не дав опомниться своим встревоженным врагам, Вальтер протянул руку перед собой, раскрытой ладонью вперёд, сформировав на ней большой красно‑белый шар. Тот ярко сверкал, освещая округу, а начав вращаться, вдруг резко сжался до размеров горошины, в то же мгновение ослепив весь лагерь яркой вспышкой. Норе и Эльзе даже пришлось уткнуться глазами друг другу в плечи, дабы им не было больно.

Разворот руки влево, туда, где выжившие командиры собирали вокруг себя паладинов и клириков, и в черноту ночи улетел смазанный силуэт миниатюрной бомбы, породив в той стороне мощный выплеск энергии. Пробил вовремя полёта насквозь один из фургонов, подбросив его остатки в воздух, наполовину испарил две повозки за ним, и взорвался направленной волной плазмы, сметая всё на своём пути! Широкий конус испепеляющего жара пронесся сквозь ливень и людей за пару мгновений! Всё, что было на его пути, обратилось в прах…

Разворот левее, и в руке Вальтера сформировалась новая сфера, точно также сжавшись в яркой вспышке до размеров горошины, после чего выстрелила куда‑то в неизвестность, расширившись в полёте широким конусом. В небо взлетали ошмётки людей, лошадей, остатки повозок и шатров, кричали люди, лишившиеся частей тел и обожжённые волнами жара. А Вальтер всё продолжал стрелять, крутясь вокруг своей оси. При этом его глаза всё ещё были закрыты, ибо он прекрасно видел поле боя и без них!