Ямата-но Орочи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 79

Клан Ооцуцуки состоит не из одной Кагуи и ее потомков. Об этом можно было бы догадаться. Но наличие еще одного Ооцуцуки прямо здесь, почти живого, топчущего нашу бренную землю — это уже неожиданность. Этот мир хранит еще много опасных тайн, которые имеют скверную привычку выходить из тени в самый неподходящий момент. Иногда возникает такое чувство, будто сама судьба противится моим действиям. Убрал из Акацуки парочку головорезов раньше времени? Вот тебе вместо них еще более проблемные личности да в большем количестве. Наплодил своих детей вместо Наруто и Саске? Вот тебе еще один Ооцуцуки вместо Кагуи. Тебя стали почитать, как ками? А вот тебе родственники среди демонов.

Вздохнув в ответ на свои мысли, я потянулся к саке и налил в свою пиалу прозрачный напиток. Эту бутылочку и еще пару десятков таких же я принес в подарок Джирайе и Цунаде из храма Кумотори. Священное саке, отличного качества, с фруктово-цветочным ароматом. В отличие от своих старых товарищей, я не большой ценитель алкоголя, но, говорят, это один из лучших сортов. И он нравится не только людям. Словно привлеченная ароматом, из-за моей спины над пиалой нависла бледная тень Хашихиме. Из-под гротескной маски раздался едва слышный стон, в котором я, уже приноровившись к общению, если это можно так назвать, с киджо, уловил вопросительные нотки.

Хашихиме, как и прочие демоны, была бесплотной, она не могла вкусить ни пищи, ни напитков материального мира. Но, как говорит нам многовековая традиция, у духов свои способы принимать подношения. Вспыхнувшие на моей руке языки пламени поглотили поднятую пиалу, облизав керамические стенки и заставив жидкость в них вскипеть и взмыть в воздух белым паром. Болезненно худая, костлявая рука Хашихиме утонула в этом облачке и словно выловила из него блюдце для саке, точно копирующее то, которое опустело в моей руке. Только сакадзуки у Хашихиме было таким же духовным, как сама киджо, и наполненным нематериальным саке.

Капли ртутных слез перестали течь по холодной белой кости маски. Скромно усевшись по левую руку от меня, Хашихиме стыдливо отвернулась и, сдвинув маску в сторону, прикоснулась губами к сакадзуки, пригубив немного преподнесенного ей напитка. Забавная она все же. За последнее время она заметно преобразилась. Как-то очеловечилась, что ли. Маска на лице теперь именно маска, а не искаженная морда. Но все равно девица эта жутковатая. Хорошо, что Джирайя, непонимающе наблюдающий за моими действиями, ее не видит.

Я поставил на пол опустевшее блюдце и после затянувшейся паузы попросил в пустоту.

— Ичики, подай мне свиток.

Браслет в виде змеи на руке зашевелился, в ладонь лег компактный запечатанный свиток, который я тут же протянул Джирайе.

— Костяк Акацуки, сильнейшие члены этой организации — их сейчас восемь осталось, — поведал Джирайе то, что удалось узнать мне. — Лидер зовется Пейном. Он глава Аме, известный в Стране Дождя как Ками.

— Коллега твой? — с серьезной миной поинтересовался Джирайя, принимая свиток и пряча его за пазухой.

— Он силен и имеет Риннеган, — краем глаза наблюдая, как опустошившая сакадзуки Хашихиме мечтательно наблюдает за скачущими в свежих листьях деревьев солнечными бликами, ответил я Джирайе. — Людям хватало и меньшего, чтобы начать именовать человека ками.

— Самые могучие из Трех Великих Додзюцу глаза, да? — нахмурился Жабий отшельник. — Всегда считал, что это миф.

— Это реальность. Сложная в получении, опасная для пользователя и окружающих реальность. Не связывайся с человеком, в чьих глазах застыл рисунок волн на водной глади. Это будет твоим концом.

— Ничего гарантировать не могу, — хмыкнув, ответил Джирайя.

— Богу — богово, Джи.

— Значит, думаешь сам справиться?

— Я к этому готов, насколько вообще можно быть готовым к Риннегану, — кивнув, ответил я. — А в Акацуки хватает проблемных монстров и кроме Пейна. Один из пары Демонов Киригакуре — Хошигаки Кисаме, предавший не так давно второго Демона Тумана — Момочи Забузу. Прорва чакры, запасенная в мечах, и отличные физические качества — его по праву можно наречь Бесхвостым Биджу. Шисуи… Ты сам все о нем знаешь.

— Да, знаю.

— Зецу — тварь, которую невозможно обнаружить и которая способна мимикрировать под любого человека, владеет некоторыми техниками Мокутона. Тоби — одноглазый Учиха, у него Мангекьё с пространственно-временной техникой и способностью становиться нематериальным.

— Одноглазый Учиха с Мангекьё Шаринганом, говоришь? — нехорошо сощурился мой друг.

— Именно он убил Сарутоби-сенсея, — подтвердил я невысказанную догадку Джирайи. — И, кроме них, еще трое. Конан — приемная дочь Ханзо Саламандры. Ангел, способный обращать тело в бумагу. Вариация кеккей генкай и хидена клана Хозуки из Кири. Рюдан… Я думал, что этот джашинит давно подох, но поклонники злого бога живучей тараканов. Части его тел все еще живы и паразитируют на других культистах. Проблемный полутруп. Но Кьюкьёку, последний из Акацуки, еще интереснее — это живая марионетка.

— Что-то вроде Сасори?

Джирайя сам занимался разведкой, так что много знал о том, с чем пришлось столкнуться Суне. Об особенностях техник Сасори он тоже был в курсе. Да и в целом об Акацуки наверняка тоже, но уже по своим каналам.

— Нет. Кьюкьёку — это одухотворенная марионетка, изначально искусственная. Хотя при ее создании клан Широгане тоже не брезговал человеческими жертвами. Но у них были свои методы.

— Много ты узнал о них, хотя всегда запрещал соваться нам в Аме, — пробормотал Джирайя, переваривая информацию.

— Шпионаж в Дожде имеет свои особенности. С чакрой в Амегакуре лучше не лезть.

— Понимаю. И понимаю еще, что ты не зря мне сейчас все это выложил. После Суны Коноха следующая?

— Вероятность высока.

— Да, — досадливо скривился отшельник. — Этот турнир…

— Он нам нужен, Джи.

Военные традиции всегда много значат, а шиноби, пусть и по большей части немногим отличаются от обычных головорезов, все-таки являются военным сословием. Экзамен на чунина — это традиция, которую отменять просто неразумно. Немного модернизировать — это можно. Построить вокруг него систему общего повышения воинского мастерства, стимулировать ниндзя к постоянному совершенствованию. Ввести отборочные турниры в отдельных деревнях, в округах и, наконец, странах для определения лучших из лучших. Чтобы, во-первых, дать здоровым и не всегда сдержанным лбам занять свое свободное время и, во-вторых, в условиях относительного мирного времени поддерживать их боевые навыки.

В числе прочего и поэтому предстоящий экзамен на чунина должен был сопровождаться боями уже действующих шиноби и тактическими играми. В Унии уже давно подобные соревнования проходят. Теперь они просто выходили на международный уровень. Конечно, бои кого-то уровня Каге обычно не проводятся, но в этот раз и подобное может потребоваться. Затянувшееся сражение с южным Листом нужно завершить, чтобы шиноби Минато поняли отведенное им в Унии место и приняли его.

Все-таки прореженные Акацуки ряды йохей-ниндзя принесли мне не одни лишь плюсы. У такого хода событий были и отрицательные стороны. В Унии армия на государственном попечении. Снабжение, пенсия, выплаты, вполне очевидная принадлежность — не всегда это все полезно. Иногда стоит иметь про запас условно независимую группу шиноби для решения мелких тактических или оперативно-тактических задач, в которые нельзя втянуть армию из-за возможного конфликта с другой страной или из-за риска высоких потерь. Не будь Коноха расколота, ее пришлось бы разделить сейчас, чтобы заиметь свою наемную армию.

— Да кто же спорит, что он нам нужен? — пригубив саке, задался риторическим вопросом Джирайя. — Экзамен на чунина или турнир между шиноби — всему миру они нужны. Энергию всяко лучше выплескивать в мирных соревнованиях, чем в войнах. Просто время такое, что провести его будет непросто.

— Проведем.

— Ага, никуда не денемся. Но охранный периметр придется ослаблять и сигнальные барьеры снимать, — досадливо высказался Джирайя, хлопнув по ноге. — Много слишком гостей. Это и в прошлые годы было большой проблемой. А тут еще и готовиться к нападению нужно. Мы ведь будем к нему готовиться?