Ямата-но Орочи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 77

— Мир шиноби пожирает слабых! К чему приводить их в пример, отец? — раздраженно ответил Четвертый Эй. — Акацуки уже знают про Югито, а вы выпустили ее из деревни. Чем вы вообще думали?!

— Уж не думаешь ли ты, что было лучше последовать совету некоторых, и перезапечатать Двухвостого в новом сосуде, о котором Акацуки не знают? — набычившись и посмотрев на сына исподлобья, спросил Третий Эй.

— Это крайний вариант, — прямо встретил взгляд отца ныне действующий Райкаге.

— Но даже он предпочтительнее отправления Югито в Коноху? — хмуро спросил глава клана Нии.

— Двухвостый должен остаться в деревне! — вновь гневно воскликнул Четвертый. — Его нельзя отдавать Орочимару!

— Белый Змей не тот человек, который поднимет руку на гостей, — покачал головой Третий. — Нии вернется в Кумо живой и здоровой.

— Да, кому, как не тебе, это знать, — сложив руки на груди, недовольно заметил Четвертый. — Орочимару возвращает людей живыми, но здоровыми ли?

— А ты был бы и рад, если бы я не вернулся вообще, щенок?! — длинные космы волос на голове Третьего Эя начали вставать дыбом от захлестнувшей его тело пока еще невидимой райчакры.

— Ты и не вернулся, отец, — c искренней болью на лице ответил нынешний Райкаге. — Мой отец, Райкаге, так и остался на той войне. Вернулся лишь твой образ. Словно клон. Истинный ты никогда не отпустил бы джинчурики к кому-то вроде Орочимару, кто уже выкрал одного биджу из чужой деревни!

— Да будьте вы все прокляты! — схватившись рукой за голову, Третий Эй оперся второй об обломки стола. — Каждый, будь он неладен, видел своего Третьего Райкаге! Третий Эй такой, Третий Эй сякой, он делал это, он делал то, он поступил бы так, он поступил бы эдак... Да пропади все пропадом! Я — это я!!! И я решил, что нельзя складывать все яйца в одну коробку! Ты можешь прятать Би, как тебе угодно. Но Югито будет под защитой Орочимару, пока ты не выбьешь дурь с перезапечатыванием биджу из своей башки!

— Не забывай, кто сейчас Райкаге, — грубовато ответил отцу Четвертый.

— Ты не забывай, что это значит — быть Райкаге! — со сдерживаемой яростью ответил сыну Третий Эй. — Югито отправилась не под крыло Орочимару. Орочимару устроил в Конохе совместный экзамен. И дураку ясно, что это не банальное утверждение рангов желторотой молодежи. Белый Змей планирует поставить точку в войне двух Листов, сшибив своих учеников и выкормышей Кинохи Желтой Молнии. Он уверен в своем превосходстве. Сейчас, когда Страна Дракона на подъеме после победы над Пламенем, нужно показать ей на место. Ходят слухи, что могут быть и показательные спарринги джонинов. В Конохе это зовется Дентотеки но Шиноби Кумите. В этих поединках мощь джинчурики будет не лишней.

— Орочимару устраивает не экзамен, а бескровную войну, — кивнув, согласился с Третьим Эйем глава клана Нии. — Это шанс собрать информацию о шиноби Страны Дракона и напомнить им о нашей собственной силе.

— У Змея большие амбиции, — с силой сжав кулаки, заявил Райкаге. — Страна Железа теперь часть его страны, больше нет нейтрального места для собрания Каге. А нынче Орочимару объявляет совместный экзамен и приглашает к себе шиноби прочих стран. Так же действовала старая Коноха, обозначая свою власть над мелкими соседями. Все это не просто так. Вестись у него на поводу нельзя!

— Но если есть возможность осадить и напомнить, что в мире шиноби пять Великих Держав, то воспользоваться этим можно, — жестко заметил Третий. — И оставлять инициативы Орочимару без ответа тоже глупо. Это хитрый змей. Он не совершает моих ошибок. Имея силу растереть в пыль сотню-другую шиноби, Орочимару не забывает о силе своих ниндзя и о союзниках. Его дочь — жена Казекаге, сам он имеет какую-то связь со жрицей Страны Демонов, которая начинает подминать под себя раздробленные княжества на западе, ты едва не уступил ему Страну Снега из зоны влияния Страны Молнии, что бы там ни творилось в Кири, но и это наверняка не обошлось без Орочимару. Это восьмиглавый и восьмихвостый змей, в какую страну ни ткни — везде его голова или хотя бы хвост.

— Про это я и говорю, отец. Амбиции. Рюджинкё расползается чумой, Уния Дракона поглощает земли и уже имеет больший вес, чем Страна Огня — задавить бы этого Змея... Не подними голову эти треклятые Акацуки, можно было бы что-то и предпринять.

— Но Суна в Стране Песка существует. И шиноби Минато не вошли в ряды армии Орочимару, — напомнил Третий. — Орочимару не только шиноби, он занимает место над дайме. А у нас и сейчас есть дайме.

— Хах. Так вот к чему ты ведешь, отец, — неприязненно произнес Четвертый Райкаге. — Ну, нет. Не для того создано Кумо, чтобы разделить долю Конохи! А вот потрепать зарвавшегося Змея было бы неплохо. А заодно и Акацуки. Ладно, пусть Югито покрасуется в Конохе. Если это привлечет Акацуки, то это будет проблема Орочимару...

Глаза начало жечь сильнее, картинка начала расплываться и тускнеть. Додзюцу имело свои ограничения. Отняв руки от лица, я болезненно сощурился и замотал головой. Под веки словно пригоршню соли насыпали. Жжет неимоверно! Слезы полились ручьем, заставив зашмыгать носом. В унисон с сидящей рядом Югито.

— Ты как? — повернулся я к девушке, пытаясь сквозь пелену слез понять, как она отреагировала на пересказанную мною суть разговора с Райкаге.

Кажется, Югито уже не сидела, подставив лицо весеннему солнцу. Да и скрылось оно, солнце это, за тучами. Вроде бы. Разглядеть ничего толком не получалось. Но скоро я ощутил касание озябших пальцев на шее. Нии осторожно обняла меня. Сквозь одежду ощущались твердые шарики бус, намотанных на руку Югито. Она потерлась щекой о мою щеку и опустила голову мне на плечо.

— Мне холодно.

Сколько лет прошло, а эта фраза, сказанная Югито впервые на заснеженном горном перевале после битвы, в которую ее бросили, словно котенка в ведро с водой, звучала по-прежнему. Я, все еще ничего не видя, обнял девушку в ответ, помогая согреться.

— Я плохо на тебя влияю. Ты совсем размякла. Плачешь из-за всякой ерунды, — погладив Югито по спине, ворчливо заметил я.

— Я не плачу! — чувствительно ткнула меня в бок Нии. — И не из-за ерунды! Меня хотят убить, вообще-то! Ты понимаешь, нет?! Не Акацуки, а Райкаге! Хотят сделать наживкой!

— Есть те, кто хочет тебя защитить. Думай об этом. Ты не одна. Иначе не была бы сейчас здесь.

— Где здесь-то? В глуши? Может, мне и в самом деле стоит остаться здесь? Хотя бы месяц-другой. Я так устала от всего этого... — пожаловалась Нии. — Клан недоволен решениями Четвертого. Многие считают, что можно вернуть правление Третьего. А другие и вовсе считают, что лучше последовать примеру Страны Пламени или Унии Дракона... Акацуки опять же. Я так устала от всего этого.

— Ну вот, отдохнешь в Конохе.

— Угу. Как же. Отдохнешь там, — заворчала Югито. — За мелкими присматривай, за чужими приглядывай, а если еще и эту полоумную Узумаки встречу... У-у-у...

— Все будет хорошо, — успокаивающе похлопал я по спине девушку.

Хотя вот бы кто меня самого в этом убедил. Соревнование по типу традиционного совместного экзамена на чунина, которое предложил провести Кизаши, было идеей со всех сторон неплохой. В рамках правил завершить конфликт, разделивший Коноху, таким образом было можно. А еще и вытянуть из Страны Воды группу ниндзя из стана поддерживающих Забузу и Теруми. Кири и вся островная страна сейчас закрыты похлеще Амегакуре, показать всем, чья там теперь власть было бы не плохо. Пусть даже гражданская война еще не завершилась, и единого нового Мизукаге официально так и не появилось. Да и перевести конфликт времен большой войны, когда Ото воевало с Кири, из военной плоскости в соревновательную тоже не помешало бы.

В общем, идея-то у Кизаши была здравая. Вот только время для ее воплощения сейчас было не самое подходящее. Акацуки из-за одного биджу напали на Суну, и Коноха может стать следующей на очереди. И Райкаге прав — появление Югито в Листе станет лишним поводом для Пейна отправить кого-нибудь деревню посетить. Это, конечно, неприятно. Но когда-нибудь чего-то подобного все равно стоит ожидать. Не лучше ли самому тогда спровоцировать противника?