Ямата-но Орочи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 52

— Ты знаешь, что стала целью для опасных людей, Кушина, — мягко напомнил я девушке.

— И? Неважно кто они. Я не знаю и знать не хочу. Я знаю, кто ты! Этого достаточно.

— Кушина, — позвал я распалившуюся куноичи. — Я люблю тебя.

Волосы Узумаки на миг взметнулись, вторя волне гнева в душе девушки, но быстро опали вместе с отхлынувшими негативными эмоциями.

— Это не заставит меня отправиться к жабам! — надувшись и сложив руки на груди, решительно ответила Кушина.

— Зато это заставляет меня заботиться о тебе сильнее, чем о прочих людях. Акацуки уже захватили Санби, Гоби и Рокуби. Они напали на джинчурики Ниби и едва не схватили ее.

— В этой тупой блондинке больше гонору, чем толку, — фыркнув, прокомментировала мои слова Кушина.

— Вопрос времени, когда они придут за тобой и за Чомеем. Пока я занят Страной Пламени, пожалуйста, побудь в безопасности, Кушина.

— Я могу за себя постоять, — продолжала упрямиться Узумаки. — Я что, зря училась? Зря страдала, выжигая себя изнутри чакрой Кьюби? Доводила себя до истощения, пытаясь освоить в совершенстве Конго Фуса? Напрасно рисковала превратиться в большую каменную жабу?

— Все это не зря. Единственное, что ты сделала не подумав — это влюбилась в меня и стала мною любимой, — тихо рассмеялся я, подходя к Кушине ближе и беря ее руки в свои. — Это лишь на время. Побереги себя чуть-чуть, пока я не освобожусь.

— И как долго ждать? — недовольно спросила Узумаки, старательно отворачиваясь от меня, но не отдергивая рук.

— Не дольше месяца, я думаю.

— Не верится, знаешь ли, — поморщившись, ответила Кушина и посмотрела мне в глаза, собираясь что-то сказать, но оборвала себя на полуслове.

Она озадаченно нахмурилась, вглядываясь в меня. Кушина отшагнула назад, насколько позволяли наши сомкнутые руки, и внимательно осмотрела меня с ног до головы.

— С тобой что-то не так, — после нескольких секунд осмотра наконец вынесла она вердикт. — Ты как-то изменился. Неуловимо.

— Постарел? — с иронией предположил я.

— Да куда уж там. Все такой же несолидный, как и раньше, — ворчливо ответила Кушина. — Нет... Тут что-то иное.

— Я хорошо покушал. Наверное, выгляжу здоровее и бодрее обычного.

— Подожди-ка, — лицо Кушины озарилось пришедшей на ум догадкой, девушка сильнее сжала пальцы и посмотрела на наши сомкнутые руки. — Здоровее. Точно! Ты выздоровел. Ты вернулся! Чакра! Она стала стабильна. Я чувствую, как она течет в тебе. Как?! То есть... Давно? Это правда? Я права?!

— Частично. Моя душа вернулась с того света без тела, — кивнув, согласился я, — но это не критично.

Кушина со сдавленным писком кинулась мне на шею, сжав в объятиях, едва не заставив пищать уже меня.

— Боже! Это же здорово!!! — прошептала она, когда смогла наконец выдавить из себя что-то членораздельное.

Она отпустила меня из объятий и ласково обхватила мое лицо руками, глядя на меня безмерно счастливым взглядом. Но очень быстро на ее лицо вновь набежала тень гнева.

— Почему не сказал?!

— А что в этом такого?

— Ты... — ошарашенная моим ответом Кушина даже забыла о гневе и не сразу смогла подобрать слова. — Ты нормальный, вообще, нет?!!

— И что же все-таки в моем выздоровлении такого особенного?

— Ты же жив! Ты вернулся с того света!

— Ерунда какая. Я даже и не умирал, — уж я-то знаю, о чем говорю.

— Орочимару, — не сводя с меня восхищенного взгляда, произнесла Кушина.

— Да, это я.

— Ты идиот, Орочимару...

— Сама такая, — рассмеялся я в ответ, притянув к себе Кушину и обняв. — Кстати... Я встретился с твоим отцом.

— Что?! — дернулась в моих объятьях Кушина. — Как? Как он... Там?

— Сейчас хорошо. После падения Узушио он терзался невыполненным долгом и волнением о тебе, поэтому не мог попасть в Чистый Мир. Сейчас он в лучшем измерении, чем раньше. По матери твоей только скучает. Она в Чистом Мире, а он — в моем.

— Ты же не выдумываешь сейчас сказки, как те, которые рассказывал Тацуко и Саске? — подозрительно спросила Кушина, шмыгнув носом.

— О, нет. В том мире я был очень занят, так что не думай, что я просто ерундой страдал и выдумывал небылицы, не торопясь возвращаться обратно.

Кушина ткнулась мне в плечо лицом. Она беззвучно заплакала. Я же медленно гладил ее по спине. Такая уж она, эта Кушина.

— Ты хоть кому-нибудь сказал, что вернулся? — спустя некоторое время украдкой утерев слезы с уголков глаз, спросила Узумаки. — Кто-нибудь, вообще, об этом знает.

— Не так много людей в курсе моей болезни, но... Вообще-то, кое-кто знает, да.

— Микото? — подозрительно посмотрела на меня Кушина.

— Нет, — отрицательно покачал я головой, не торопясь сдавать Югито.

Уверен, что Кушине сейчас об этом знать не стоит. После единственной случайной встречи в недавнем прошлом джинчурики Ниби и Кьюби были не самого лучшего мнения друг о друге.

— Опять эта девка из Роурана! — пришла к своим выводам Кушина. — Вечно она первая! Так! Я решила! Я не буду прятаться в Мьёбокузане!

— Кушина...

— Ты дослушай сначала, — ткнула меня в грудь кулаком девушка. — Не буду я прятаться в Мьёбокузане, а улечу в Роуран. Как тебе такой вариант?

Гм... В Роуране есть Рюмьяку, и там же есть я, в одном из клонов.

— Допустимый вариант, — в любом случае когда-то встреча Сальмы и остальных произошла бы.

— Отлично!

— Только веди себя прилично, — предупредил я.

— Конечно! А сейчас давай найдем Микото! Вот она удивится!

— Все равно она этого не покажет.

— Конечно! — фыркнув, согласилась Кушина. — Она же Учиха.

15 марта 60 года от начала Эпохи Какурезато

Шорох бесчисленных капель по металлу крыш — он не смолкал в Стране Дождя ни летом, ни зимой. Очень редко погода радовала Амегакуре ясным небом или морозом. Шорох дождя разорвал резкий треск сверкнувшей в небесах молнии. Гром встряхнул небеса, выжимая из них новую порцию влаги. Ливень ударил по и без того вымокшему насквозь черному плащу с алыми облаками. Ручьи холодной воды стекали по рыжим волосам, сбегая по коже вниз, они продолжали катиться по высеченному в камне гневному лику, который украшал одну из башен Амегакуре.

— Пейн, — окликнул сидящего под дождем на своеобразном балконе человека женский голос. — Он пришел.

Оглянувшись назад, на темную арку входа в башню, человек в черном плаще безмолвно поднялся и направился под укрытие крыши. В тени арки была видна еще одна фигура в черном плаще с алыми облаками. Это была женщина с холодным лицом и синими волосами. Еще глубже в тени прятался еще один человек, еще один член Акацуки.

— Ну, в чем ошиблись Какузу и Хидан? — оказавшись под крышей и смахнув с головы воду, спросил названный Пейном.

— Шиноби Кумо часто работают парами, — получил он ответ из темноты. — Джинчурики Ниби была не одна.

— Кто этот ниндзя, который смог убить Какузу со всеми его сердцами? — задала вопрос женщина.

— Найденыш Третьего Райкаге.

— Значит, за Восьмихвостым приглядывает Четвертый Эй, а за Двухвостым — Третий? — сделал вывод Пейн. — Это усложняет работу.

— Четыреххвостый уже найден. Он живет в отдаленном месте и давно не связывался с Ивой. Его поимка не кажется сложной, — напомнила женщина. — Местоположение Однохвостого тоже примерно известно.

— С другими биджу может оказаться та же напасть, что и с Треххвостым, — напомнил человек в сумраке. — Он был запечатан слишком быстро. В два раза быстрее, чем мы рассчитывали. В Хвостатом была только половина чакры. И где еще одна — неизвестно.

— Можно попробовать допросить Санби, половина его все-таки оказалась в Гедо Мазо.

— Можно, но стоит ли тратить на это силы? Не так много людей, способных разделить биджу. И еще меньше тех, кому это могло понадобиться.

— Орочимару, — догадался, о ком ведет речь собеседник, Пейн.

— Третий Райкаге связан с Орочимару. И Третий Казекаге тоже. И оба они охраняют джинчурики, — вспомнила женщина. — Это нормально для Каге, но в их действиях прослеживается нечто общее. Тот же Четвертый Эй оберегает названного брата иначе. И Орочимару скрыл двух своих биджу.