Ямата-но Орочи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 231

— Что за бред ты несешь? — отчаянно прошептала Югито.

Вместо ответа Мататаби загадочно улыбнулась и подтолкнула Нии вперед, в какое-то из помещений храма, к которому они успели за время разговора подойти. Нии не особо этому сопротивлялась, не чувствуя впереди угрозы. Но стоило позади захлопнуться раздвижным створкам дверей, а глазам привыкнуть к полумраку после яркого дневного света, как она поняла, что оказалась в довольно опасном месте. Она словно сквозь границу иллюзорного барьера прошла. Хотя почему словно? Это наверняка так и было!

Будь ты проклята, Мататаби!

— Вам необходимо поладить. И не дать Кагуе получить больше влияния на Орочимару. Только его воля позволит нам остаться теми, кто мы есть сейчас.

Югито удивленно приподняла бровь, но быстро забыла о словах биджу. Сейчас были более насущные проблемы. Предназначение павильона, в котором она оказалась, для Нии понятно не было, но он был пуст и достаточно просторен. И сейчас в нем, вместе с самой Нии, оказалось восемь женщин. Глаза Югито сразу зацепились за покрытую покровом чакры Кьюби фигуру Кушины. Вокруг ее глаз проступила оранжевая пигментация, а зрачки напоминали по форме кресты — она явно находилась в режиме Мудреца. Рядом с ней пурпурным пламенем горел остов Сусаноо вокруг Учиха, в глазах которой на серой глади были видны концентрические волны Риннегана. В стороне от них юная Хьюга, вокруг белых глаз на коже проступила сеть вздувшихся вен, по всему телу пылают багрянцем и лазурью линии печати. Хината — ее Нии помнила по недавнему экзамену в Конохе. Еще Югито знала королеву Роурана. Сейчас ее окружала давящая аура нежного сиреневого цвета. Почти такой же, но холодной и нагоняющей жуть аурой была окружена еще одна женщина с золотым венцом на голове и в жреческих одеяниях — Мироку из Страны демонов. И возле нее Шизука из Надешико, окруженная знакомым золотым сиянием техники монахов, янтарным пламенем Шичи Тенкохо, а по ее коже змеились линии печати Бьякуго. Но самая подавляющая чакра исходила от той, которая не была окружена покровом чакры и сиянием силы. Холодные глаза смотрела на всех с бесконечным презрением. Все три глаза Кагуи.

В такой атмосфере Югито совершенно невольно подобралась и потянулась к чакре Ниби. Сине-черное пламя вспыхнуло и побежало холодными языками по ее телу.

— Еще одна! — раздраженно воскликнула Узумаки и грозно уперла руки в бока. — Откуда вы такие беретесь?

— Я невеста Рюджина-сама, как верховная жрица, — бесстрастно напомнила Мироку. — Таков наш обряд. Это лишь формальность.

— От формальности дети не рождаются! И не для всех это просто обряд!

— Я вообще не понимаю, о чем вы говорите, — растерянно заявила Хьюга. — Какой еще мужчина, и при чем тут Хибакари?! Мне нужна моя сестра! Я ее люблю! Я... Орочимару я не люблю...

— И чего ты замялась тогда и краснеешь? — смерила девчонку насмешливым взглядом Сераму. — Хотя я тоже не вижу причин для конфликта. Способностей Орочимару хватает, чтобы снова создать несколько клонов на любой вкус и цвет.

— Если кому-то хватает копии, то нашим проще! — запальчиво согласилась Кушина.

— Только будет ли Орочимару сейчас делить чакру? В этом нет большого смысла сейчас. Только если для Надешико, чтобы соблюсти договор.

— Эти детские склоки ни к чему.

Голос был негромок, но прозвучал как будто в каждом уголке павильона и заставил всех обернуться в сторону его владелицы. Кагуя слегка шагнула вперед, на ее лице сложно было прочитать эмоции, и от этого лично Югито становилось только сложнее. Она нервно сжала кулаки, когда белые волосы могущественной древней богини качнулись. Это от ее движения? Сквозняк? Или она управляет волосами? Нии не могла прочитать намерения Кагуи. И не она одна. Давление чакры становилось сильнее. Это становилось слишком опасным. И тогда она сама начала действовать.

Мысли словно всплыли в ее сознании, формируя образ и заставляя двигаться. Чакра всколыхнулась в теле. Знание о технике, о которой она раньше даже не знала, воплотилось в действие. Ладони Нии заплясали, формируя печати. Синие бусины четок на ее руке задрожали и брызнули в стороны, застыв вокруг Югито в сине-черном пламени. Лазурное сияние брызнуло от них, оно же полилось от самой Нии. Оно растворилось в пространстве и проникло в него, сплетая незримые нити. Югито внезапно почувствовала, как ее собственная чакра замедлилась и застыла. Она словно исчезала, превращалась в льющийся изнутри свет.

— Фуиндзюцу: Сейдо Фуджин, — прозвучал в голове Югито голос Мататаби. — Запечатывющий жизненные потоки барьер. Вот оно в чем дело.

— О чем ты? — напряженно спросила Югито. — Я не знала этой техники. Это ты делаешь?

Она уже практически перестала ощущать в себе чакру. Но это касалось не ее одной — истаял алый покров вокруг Кушины, рисунок Риннегана пропал из глаз Учиха, и потухло пламя Сусаноо вместе с линиями печатей на Хьюга. Чакра словно покинула всех в комнате. Даже Кагуя пошатнулась. Вертикальные веки на ее третьем глазе сомкнулись. Пылающий взор ее Бьякугана упал на Нии. Кагуя словно дыры хотела в ней прожечь.

— Нет. Это не я, — тем временем ответила Мататаби. — Это твой путь.

— Да хватит говорить загадками!

— Ямата но Орочи — Орочи Восьми Ветвей. И вы, его женщины, каждая несете в себе одну из его ветвей. Такова судьба.

— Я не понимаю...

— Это просто мое наблюдение. Искусство Ниндзя, Нинпо. Микото в понимании пяти элементов и ниндзюцу не имеет равных себе, Шаринган и Риннеган позволяет овладеть всеми техниками ниндзя. Боевое Искусство, Кэмпо — Хината смогла использовать Кодекс Перемен Орочимару. Кушина — естественно, Сенпо, Искусство Мудреца. Мироку — это ветвь Махо, Искусства Колдовства, ее связь с загробным миром сильнее, чем у кого-либо из живых, кроме Рюджина-сама. Сераму как королева владеет Искусством Войны — Гунпо. Она могла бы одним лишь словом обратить силу врага против него самого, обманув его. Мне было интересно, какие же ветви должны быть у остальных? Похоже, что твое искусство — это Гахо, искусство печатей и барьеров. А Шизука — наверняка Рьёхо, Медицинское Искусство. А Кагуя... Возможно, ее ветвь — это гендзюцу.

Югито замерла, переваривая слова Мататаби.

— Что за бред ты несешь? Какие еще ветви? О чем ты?!

— Ну... Это просто красиво, разве нет?

Красиво?! Нет, это просто бред одной старой кошки. А вот что не бред, так это сияющие в тенях под потолком разноцветные огни. Нет, не огни. Глаза! Множество активных додзюцу смотрели на них из теней! Югито почувствовала, как у нее все холодеет внутри. Внезапно она вспомнила, что вообще-то находится в одном из храмов Рюджина, известных всякой мистикой и ёкаями. Это тоже один из них?

В наступившей тишине тихо зашелестели двери. Яркий солнечный свет резко рассеял полумрак павильона. На входе показалась человеческая фигура в алом кимоно, подпоясанная пурпурным поясом. Алые глаза проницательно блеснули на бледном лице. Длинная тень от нее пролегла по полу черной кляксой, в глубине которой, словно звезды на ночном небе, мерцали огоньки додзюцу.

— Так это вы, — голос Орочимару был весел. — А я уж думал, что кто-то опять хочет мир уничтожить.

Черные тени в павильоне выцвели и утратили глубину, мерцающие глаза в них растаяли.

— Орочи! — воскликнула Кушина. — Это ты сделал?! Что с чакрой?

— Я? Не совсем, хотя Югито использовала технику не без моей помощи. Ну, вижу, она сработала, поэтому можете развлекаться дальше.

— Орочи!

— Сальма — за старшую, — Орочимару не обратил внимания на крик Узумаки.

— Ты... Ты нормальный вообще, нет? — растерянно спросила Кушина, уже у вновь закрывшейся двери.

Югито даже стало ее жаль.

***

240 год Первой эры

Сталь была не очень качественной. Сварка с дефектами — кузнец при ковке пользовался кварцевым песком в качестве флюса и поленился его толком выгнать из металла или не соблюдал температурный режим. Такой клинок может разойтись при сильном ударе. Да и его баланс оставлял желать лучшего. Короткий и широкий — больше для плотного строя подходит, а не для привычного мне стиля фехтования. Хотя навыков мне хватит, нужно только телу дать привыкнуть. И все равно выбирать не из чего особо, приходится брать, что дают. Либо хитиновая легкая палка, называемая мечом, либо так. С нормальным оружием и раньше бывали проблемы, а сейчас их и того больше.