Ямата-но Орочи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 104

— Это призыв? — неверяще спросила Куренай. — Не слишком ли силен?

— Их несколько, — оглядываясь по сторонам добавила Анко, вспоминая донесения, которые успела получить по радиосвязи. — Где Кагуя?! Разобраться с призванными тварями они должны были!

— Да тут и без них справляются.

Приготовившаяся уже к прыжку трехглавая собака попыталась сдвинуться с места, но лишь споткнулась, вновь зарывшись всеми тремя мордами в землю. Деревья вокруг нее затрепетали, их листья задрожали, словно на ветру. А через мгновение вверх вырвались хищно изогнутые и кряжистые стволы. Короткие ветви и сучья на черных, изломанных телах оживших деревьев напоминали короткие лапы драконов, крепко впившиеся в шерсть призванного животного. Молодые, белые побеги пронзили толстую кожу и вырвались на свет, распуская зеленые листья, с которых алой росой капали крупные капли крови и свисали лоскуты вырванной плоти.

— Джукай Котан, — завороженно наблюдая за жестокой картиной, прошептала Анко, узнав технику Мокутона. — Охеми?

Глаза девушки бешено заметались по парку Сенджу, выискивая знакомую фигуру. Митараши не заметила, как смертельно побледнел рядом с ней Асума. Но она увидела, как из-за пелены дыма в лапы оживших деревьев вывалилась туша гигантского носорога, вслед за которой показалась грациозно порхающая по земле и перетекающая из позы в позу огромная фигура бледного существа. Оно было настолько гибким и неуловимо подвижным, словно в теле его не было костей. На миг Анко даже увидела в этом существе Кацую, но нет… Всего лишь жаба.

— Чудес не бывает, — постаралась убедить себя Анко, глядя, как тело гигантского носорога утопает в земле, утягиваемое корнями деревьев. — Не бывает…

Сверху донесся скрежещущий звук. Смутная тень птицы мелькнула среди клубов дыма, чтобы камнем свалиться вниз. С небес на землю, подобно метеориту, стремительно рухнули деревянные тории. Пронзительный крик огромной птицы с мощным клювом прервался, когда арка врат с грохотом опустилась на землю, прижимая пойманное меж столбов пернатое чудовище. Со стуком на одни тории обрушились вторые. Третьи упали на распластанные крылья, ломая кости и окончательно лишая тварь возможности взлететь.

Маленькая, в сравнении с призванными животными, человеческая фигура в черном плаще почти потерялась в окутавшем Коноху дыму. Она летела вниз, раскинув руки в стороны. А вслед за ней с низких серых небес вниз пикировал черный силуэт огромного ворона. В облаке быстро пропавшего дыма техники Призыва в воздухе возникла туша массивного хамелеона, от которого человеческая фигура в плаще Акацуки оттолкнулась, гася свое стремительное падение. Призванная ящерица, распластавшись в воздухе, выстрелила длинным языком, целя в преследующего ее хозяина ворона. Вспышка огня. Всполохи белого пламени едва видимыми дорожками пробежали по склизкому языку хамелеона. Искажение в воздухе — язык рассыпается осколками льда и осыпается на землю кусками замороженного мяса. Белое пламя проникает в рот и вырывается из ноздрей ящерицы, которая как раз успевает долететь до земли. Грохот падения, вверх взлетают поднятый ударом мусор и неизвестно откуда взявшиеся снежинки.

— Асума!

Крик Куренай отвлек Анко от стремительного сражения. Сарутоби, о котором она успела подзабыть, оказывается стоял бледнее смерти и стеклянными глазами наблюдал за происходящим перед ним.

— Что с тобой? — взволнованно спросила красноглазая куноичи.

— Это он! — прошептал Асума. — Тот парень!

— Нам бы убираться отсюда, — нервно предложил второй шиноби-южанин. — Эти задавят и не заметят. Тварей все больше…

Анко не обратила внимания на эти слова, пристально взглянув на Асуму и вновь переведя взгляд на бой, стараясь увидеть то, что увидел Сарутоби. И она заметила. Фигуру шиноби в неприметной одежде и с маской Анбу на лице. Она выскользнула из перьев на холке ворона и устремилась вниз, навстречу земле. Но вместо того, чтобы врезаться в нее, мягко опустилась на упругое тело появившегося из облака дыма техники Призыва гигантского слизня.

— Кацую… — завороженно прошептала Митараши.

— Тебя только она смущает? — взволнованно спросил рядом Мибу. — Да тут и без Кацую-сама хватает призывов!

Анко пробежалась взглядом по парку, отметив уже виденную ранее жабу, ловко орудующую посохом. В небесах кружил огромный ворон, по черному оперению которого бежали алые искры. Сжав в пасти толстую шею гигантской панды и набрасывая на ее пухлое туловище кольца своего тела, через крыши в парк перекатился змей. Гигантский паук катил опутанный паутиной и белой пеной клубок с другой стороны. Пара котов драли ревущего быка. Грациозная обезьяна с белоснежной шерстью элегантным броском перекинула через улицу длинное извивающееся тело многоножки.

— Что тут творится вообще? — потрясенно пробормотал Шинобу, наблюдая за битвой гигантов.

Защитное дотондзюцу выдерживало натиск массивных животных, но крыша под ногами ощутимо подрагивала, когда с оглушающим ревом неподалеку пронесся загоняемый в лес котами бык. Его копыта утонули в мягкой земле парка. Огромная туша перевернулась, тяжко завалившись на бок и ломая деревья. Но только затем, чтобы быть окутанной новыми хищными побегами. Все призывы, в чьих глазах читался концентрический рисунок волн на воде, поглощал ненасытный лес. Деревья оплетали их тела, прорастая корнями в живой плоти, питаясь кровью и чакрой, чтобы с удвоенной скоростью устремиться в небеса свежими белыми побегами, усыпанными молодой зеленой листвой.

— Дед рассказывал, что когда-то так появился Лес Смерти, — отрешенно произнес Асума. — После Хаширамы сотворить такое мог только…

— Охеми! — широко ухмыльнувшись, закончила за Сарутоби Анко, не сводя глаз с человеческой фигуры, стоящей на голове огромного слизня. — Вот же зараза мелкая!

***

Выгнувшись в воздухе дугой, Малис проводила меланхоличным взглядом, как мимо ее лица пронеслось несколько кунаев, за которыми тянулся едва видимый след, напоминающий Нити Чакры кукловодов Суны. Прилепившись стопами к потолку, Ринха помчалась вслед за парящим оружием. По мановению пальцев Цучигумо Кагуры кинжалы закружились в смертельном вихре, стремясь настигнуть стремительно ускользающего от них по коридору рыжеволосого противника.

Сложив ручную печать, Малис направила поток чакры в меридианах к тканям и органам. По телу мгновенно пронеслась волна томительной неги. Мышцы словно налились энергией, сердце умерило свой бег, невольный глубокий вдох слегка вскружил голову. Белые лампы госпиталя, которым посчастливилось сохраниться после атаки Кагуры, немного резанули глаза, в которых расширился зрачок, почти полностью скрыв собою радужку. Медицинская техника укрепила тело, объяв кожные покровы едва видимым белым свечением, чтобы Малис могла применить вторую технику.

Шичи Тенкохо!

На миг картинка перед глазами замерла. Чакра хлынула в кейракукей, обрушиваясь на тело и разум. Ринха с кристальной четкостью отметила, как противник ускользает от дистанционно управляемых Цучигумо кунаев, даже от тех, которые он не должен был бы видеть. Она увидела, как нечеловечески спокойны серые глаза, на которых рябью на воде расходились черные круги рисунка Риннегана. И скорость Шичи Тенкохо позволила ей резко оттолкнуться от стены, оставив в штукатурке широкую сеть трещин, чтобы длинным прыжком оказаться за спиной Кагуры и взмахом вспыхнувшей синеватым сиянием Скальпеля Чакры ладони атаковать второго рыжеволосого нукенина из Акацуки.

Как и говорил Орочимару, эти глаза связаны. Если один обладатель Риннегана уклоняется от атак, которые видеть не должен, значит, рядом есть еще один с таким же додзюцу. Он был прав и это сейчас спасло Цучигумо. Вот только ладонь Малис встретилась с черным штырем, боль прострелила пальцы. Целительная чакра тут же исцелила повреждения, но ее утекало слишком много. Словно Малис утратила контроль над своей энергией, чего ирьенин допустить не могла никак. Однако не только исцеление своих ран отняло больше сил, чем того требовалось. Скальпель Чакры, вместо того, чтобы разрубить сжимающие черный штырь пальцы противника, пропал. Его сияние стекло с ладоней Ринха, пропадая в на миг вспыхнувшем вокруг противника сферическом барьере.