Не ДРД единой (СИ) - Видум Инди - Страница 2

— Не такой уж он и сраный, если глава рода подорвалась с места и рванула за похитителями, — заметил Шелагин-младший.

На втором канале Живетьева диктовала внуку список того, что ей нужно для ритуала настройки. Подбросить ей на время ритуала сейф в дом? Технология отработана. Вот старушка удивится…

«Не вздумай, — всполошился Песец. — Там сейчас такие меры безопасности включили, что ты вляпаешься и не заметишь. Ты с сейфом в обнимку ее порадуешь куда больше, чем один сейф».

— Я уверен, что его уже выпотрошили и развезли содержимое далеко друг от друга, — сказал Греков. — Если там такие умельцы, что незаметно проникают в один из самых защищенных объектов страны, то вскрыть сейф для них проблемы не составило бы. А значит, Живетьева свой ритуал наводит не на сейф, а на что-то в нем.

— А теперь поподробнее о вине Живетьевых перед нами, — заинтересовался князь.

— Я вам никогда не докладываю непроверенную информацию, — уперся Греков. — Тем более эта — довольно специфическая. Александр Павлович не даст соврать. И источник тоже специфический. У меня нет объяснения некоторым его знаниям и умениям. Но вернемся к сейфу Живетьевых. У меня есть подозрение, что содержимое перетаскивали через Изнанку.

— Рискованно.

— Рискованно, но ничем иным не объяснить и быструю доставку сюда и экранирование содержимого. Если не тащить весь сейф, а только что-то значимое оттуда, чтобы оно пофонило, то вполне реально это сделать хорошо обученной группой. Портал недалеко от Дальграда есть, и от нашего до него часа четыре хода.

Ага, значит, княжеская семья не только в курсе существования Прокола, но и в некотором роде его подмяла без сообщения об этом императору. Но четыре часа на Изнанке в одну сторону — многовато, даже если ни с кем не драться. Уровень там не меньше третьего, иначе бы я его засек. Да и Зырянов, который фактически сидит на этом Проколе, говорил о весьма оживленной обстановке.

— И встает вопрос, — продолжал Греков. — Если мы находим имущество Живетьевых, возвращать его или нет.

— Разумеется, нет, — сказал Шелагин-младший.

— Саша, ты не отдаешь себе отчет в том, что значит испортить отношения с целительским родом, — мягко сказал князь. — Какие бы там ни были ценности, подозреваю, что их все равно смогут использовать только целители, а значит, для нас они бесполезны. Так что единственное, что мы можем с Живетьевых получить, — это признательность целителей и скидку на их услуги.

Скептический хмык был сдвоенным и наверняка принадлежал Грекову и Шелагину-младшему.

— Не все так просто, отец, — возразил Шелагин. — Но если мы найдем этот сейф, то можем разойтись с Живетьевыми миром под клятву. Леш, узнай, кто в Прокол за последние сутки входил-выходил.

— С нашим вряд ли пройдет. Кстати, я давно говорю, что там порядок надо навести, а не отдавать на откуп этой банде. По дальградскому узнаю. И если там найдутся те, кто больше восьми часов на Изнанке, то нужно рвать туда и брать их тепленькими.

— Действуй. Если не успеваешь — найми команду в Дальграде, — решительно сказал князь. — Сейф или его содержимое должны быть в наших руках. Иметь Живетьевых в должниках дорогого стоит.

Мне уже жаль тех, кто неосторожно задержался на Изнанке больше необходимого минимума: всех их при выходе ждет допрос с пристрастием и проверка.

Греков начал названивать и отдавать приказы еще при княжеской семье, быстро от них удаляясь, так что скоро я перестал его слышать, поскольку настраивался на княжича. А вот Шелагины разговор продолжили.

— Ты же в курсе подозрений Грекова относительно Живетьевых? — уточнил князь.

— В курсе. Но я согласен с ним, что тебе сообщать об этом рано. Источник считается ненадежным и требует проверки. Слишком серьезные вопросы затрагиваются. И в случае подтверждения придется многое менять. Тебе не понравится. Но расскажу я при любом исходе проверки. Либо как анекдот, либо как пояснение, почему все надо срочно менять.

На этом месте прослушку я вынужден был прервать, потому что голова начала буквально раскалываться от боли. Чересчур большая получилась на нее нагрузка. Я прикрыл глаза и отправил на себя Волну Исцеления. Стало полегче, но ненамного.

«Сейчас бы тебе зелья алхимического хлебнуть, которое снимает последствия ментальной нагрузки. Но оно только на третьем или четвертом уровне алхимии идет».

«Почему ментальной?»

«Как почему? Такие варианты прослушки на ментал завязаны. Ты пока недостаточно тренирован, а слушал сразу два канала. А это не двойная нагрузка. Там что-то нелинейное по усилению нагрузки в зависимости от количества каналов».

«То есть на несколько лучше не замахиваться?»

«Понемногу слушать для тренировки стоит. Так долго, как сегодня, на постоянку — нет. Критичных повреждений нет, иначе бы я тебе сказал раньше, но головная боль тебе на сегодня обеспечена. Кстати, у тебя в ближайшее время встанет вопрос, что брать: следующий модуль алхимии или первый — артефакторики. Перерыв после обоих будет примерно одинаковый, в неделю, так что на это ориентироваться нельзя, только на пользу».

Это было совсем не кстати, потому что только добавляло головняка, хотя физическая головная боль после разрыва подслушки постепенно утихала.

На третьем уровне алхимии было столь нужное мне зелье, позволяющее заставить допрошенного допрос забыть. Как выяснилось, там же есть зелье, снимающее боль при использовании заклинаний ментальной группы. Эти несомненные плюсы уравновешивались столь же несомненным минусом: для зелья, вполне возможно, потребуется что-то с Изнанки более высоких уровней, чем у меня есть.

Артефакторика давала же очень много возможностей, столь мне необходимых по созданию артефактов для записи и проигрывания. Но я подозревал, что такая возможность появится отнюдь не с первым уровнем.

Поэтому склонялся в пользу алхимии: недостающие ингредиенты можно прикупить. Во всяком случае один раз — точно. Признание Живетьева можно будет записать на камеру, а сказать он может куда больше, чем мне удастся подслушать. С другой стороны, если подслушивание будет вестись артефактом, по которым у меня есть военная подборка модулей, то информации будет намного больше. Правда, я ее могу в одиночку не переварить. А для Шелагина я пока еще «ненадежный источник», поэтому довериться ему в этом вопросе не могу.

Ну и с артефакторикой у меня еще непонятно что получится, в то время как с алхимией у меня уже точно все хорошо. Примерно это я и высказал Песцу, обосновывая свой выбор.

«Все хорошо? Да ты оптимист, — недовольно фыркнул он. — Чем выше уровень алхимических зелий, тем сложней и дороже их приготовление и больше вероятность ошибки. А значит, процент отбраковки растет. А что касается артефакторики, так у тебя проверка была на кожевничестве — все у тебя с ней хорошо. Сродство есть, иначе бы ты не получил нужные свойства в конечном продукте».

Сродство… Нет бы похвалить, сказать, что у меня на редкость прямые руки, в которые что ни попадет — на выходе имеем качественный продукт…

«То есть ты предлагаешь брать первой артефакторику?»

«Нет. Первой нужно брать алхимию. Объясняю. Там гарантированно будет необходимое тебе зелье, а первого уровня артефакторика тебе ничего не даст, ее нужно будет качать хотя бы до второго».

«Тогда зачем ты меня спрашивал?»

«Чтобы отвлечь тебя от больной головы и заставить шевелить мозгами по другому поводу, — невозмутимо ответил он. — И научить правильно расставлять приоритеты».

Обсуждение фотографий закончилось, и Олег с Лихолетовым радостно распрощался, толкнув меня ногой, чтобы и я не задерживался. Я попрощался, даже не заикнувшись о возможности что-то еще прикупить через Гильдию, потому что все эти покупки были с двойным дном. Как мне показалось, этот факт Лихолетова немного расстроил.

— Ну что? — спросил Олег, как только мы вышли из Гильдии.

Я поставил защиту от прослушивания и ввел родственника в тему, выложив все, что услышал, а заодно похвалив его провидческий дар.